Эффект присутствия - Михаил Юрьевич Макаров

Кладов слушал, полуоткрыв рот, отчего в совокупности с расслабленными лицевыми мышцами выражение его лица казалось неумным.

«Чудной он какой-то, — подумал Кораблёв. — Вроде не пьяный, не пахнет от него».

— У вас телефон в квартире есть?

Простой вопрос вызвал у хозяина заминку.

— Е-есть.

— Разрешите позвонить.

— Пожалуйста.

Кладов уступил дорогу, пропуская Сашу внутрь квартиры. Как только они поменялись местами, Кораблёву на грудь передними лапами взлетела псина. Лохматая, бело-рыжая узкая морда тянулась вперед, мелькнул вываленный розовый язык. Саша выставил вперёд руки, отстраняя собаку, норовившую лизнуть его в лицо.

— Извините! — Хозяин с усилием потащил собаку за ошейник из прихожей.

Телефон находился на полочке, привинченной к стене. Набирая известный только посвященным городской номер дежурной части (по «02» вечером не дозвонишься), Кораблёв огляделся. Дверь в ванную комнату была полуоткрыта. На дне ванной стояла алюминиевая молочная фляга емкостью тридцать восемь литров, по боку которой струилась вода из крана. Тесный коридорчик был заставлен множеством больших жестяных банок с наклейками «Томатная паста». Несколько пустых жестянок хищно щерились неровно обрезанными краями.

«Зачем ему столько пасты?»

— Милиция, — на третьем гудке в трубке отозвались.

— Это Кораблёв, прокуратура. Я на Васнецова уже полчаса как пляшу. Где группа?

— Александр Михалыч, золотой мой, всех собрал. Судика долго искали, в гостях судик зависал, из гостей забирали! — Энергия так и пёрла из Андреича. — Саша, там реально двойное убийство? Не напутали ничего доблестные наши сотрудники ГИБДД?

— Все так.

— Значит, правильно я начальника поднял, в область доложил и план «Сирена»[8] ввел. Все, дорогой, через пять минут группа у тебя будет. Удачи!

Участковый, не проявляя намерений экипироваться в присвоенную ему форму одежды, умильно наблюдал за деятельным Кораблёвым.

— Выходите поскорее, — Саша мотнул головой в сторону лестничной площадки и покинул квартиру.

На улице уже курили прибывшие техник-криминалист Гурьева Лариса, старший участковый Муравьев и малознакомый Кораблёву оперативник по линии антиквариата Савченко. Эта группа была доставлена на «дежурке» из здания УВД, с Ворошилова. Подлётное время заняло не меньше тридцати минут. Можно было пешком пройти туда и обратно, причём прогулочным шагом.

«Криминалист не ахти попался. Лариска по жизни сонная. Никогда никаких следов не находит. Опер — не зональный, народа здешнего не знает. Только на “сходи-опроси” пригоден. Вот участковый добросовестный, старая гвардия».

— Юрий Анатольевич, это ведь ваша территория? — стащив перчатку, Кораблёв протянул руку Муравьеву.

Тот, прежде чем ответить на рукопожатие, приложил ладонь к срезу зимней шапки и представился по форме:

— Старший участковый инспектор майор милиции Муравьёв.

Он делал так каждый раз, когда встречался с Кораблёвым или с другим сотрудником прокуратуры. То ли прикалывался, то ли страховался на всякий случай.

Заданный ему вопрос Муравьев за козырянием мимо ушей не пропустил.

— Участок не мой, Лазутина участок, он на сессии. А зона ага, моя. А вы теперь заместитель прокурора?

Последнюю фразу майор произнес вполголоса, чтобы не услышали остальные.

— Исполняю обязанности! — Саша сделал жест рукой, обозначавший, что ничего еще с его замством не решено, и вообще, сейчас не время обсуждать кадровые вопросы.

Введя милиционеров в курс дела, он предложил Муравьеву и Савченко не мешкая приступать к поквартирному обходу.

— Сейчас уже почти половина десятого. Скоро люди спать лягут, многие просто дверь не откроют. Нас интересует в первую очередь «девяносто девятая». Приезжала ли раньше? К кому? Когда? Кто на ней ездил? Видели ли ее сегодня? Во сколько? В каждом адресе выясняйте данные всех проживающих. Кого сегодня нет, когда отсутствующие появятся. Потом все равно повторно обходить.

Оперуполномоченный Савченко, на вид Сашин ровесник, коренастый, с крепкими скулами, быстроглазый, слушал снисходительно. Во взгляде его читалось: «Кого ты, червь кабинетный, учишь как с людьми разговаривать».

— В общем, я в первый подъезд иду, а ты, Алексей, во второй, — распределил объекты Муравьёв.

На секунду майор задумался и просиял вдруг.

— А ведь тут, — он посчитал по окнам, — на третьем этаже сотрудник наш живет, Коля Кладов.

— Во-во, — кивнул Кораблёв, — заодно его поторопите, Юрий Анатольевич. Я уже был у него в гостях и все объяснил.

Муравьев скрылся в ближнем подъезде. Оперативник Савченко вразвалочку двинулся к дальнему, на ходу закуривая. Вот-вот на место должно было нагрянуть большое милицейское начальство. Не исключалось, что ему нарежут другую задачу. Зачем, спрашивается, делать ненужную работу? У розыска свои боссы.

Саша занялся криминалистом.

— Лариса, пока тут столпотворения нет, сделайте, пожалуйста, хорошую панорамную съемку. Во-он с той точки…

— Только у меня мало плёнки, двенадцать кадров всего, — сразу обозначила свой потенциал Гурьева.

Как всегда — работать еще не начали, а проблемы уже нарисовались.

2

30 декабря 1999 года. Четверг.

21.00 час. — 21.45 час.

— Кто-то нагрешил сильно, а, Вадим? — начальник милиции Сомов, кряхтя, уселся вполоборота к Птицыну.

— Я за собой ничего не чувствую, Евгений Николаевич, — исполняющий обязанности начальника КМ[9] отозвался в тон.

Сообщение об обнаружении двух криминальных трупов отвлекло Сомова и Птицына от душевной предновогодней посиделки в узком мужском кругу. На троих не одолели ещё и бутылки «Каспия». Принимавшая сторона, предприниматель Савельев, друг и бессменный спонсор городской милиции, запротестовал против скоропалительного отъезда гостей.

— Евгений Николаевич! Вадим Львович! Неужели без вас не разберутся? Есть, наверное, кто помоложе, кому руку надо набивать?

С сожалением взирая на богато сервированный стол, Сомов вздохнул и замотал коротко стриженой седой головой.

— Нет, Лёнь, это всё равно что жене в койку дублёра отправить. Давайте, мужики, по одной на ход ноги, и мы помчались.

— Может, вернётесь через часик? Я подожду. — Огорчённое выражение лица придавало русому великану Савельеву сходство с ребенком.

— Часом не обойдемся. — Сомов поднял наполненную рюмку. — Давайте, чтоб нам сегодня подфартило.

Водитель начмила уложил в багажник «Волги» объёмистые пакеты с новогодними подарками, собранные Савельичем для семей Сомова и Птицына. Гости обнялись с радушным хозяином, пообещали в праздники обязательно созвониться и уселись в машину. Начальник УВД — на законное командирское место, и.о. начальника КМ — на сиденье за водителем. Разместиться позади Сомова было невозможно, он всегда до отказа отодвигал своё кресло.

Начальник милиции, поднеся ко рту тангенту автомобильной рации, вытаскивал из дежурного максимум информации о происшествии.

— Личность водителя предварительно установили, тащ полковник, — сквозь треск помех частил Андреич, — Калинин Пётр Владимирович… кх…кх… шестьдесят восьмого года, судимый по