Дневник порнографа - Дэнни Кинг

— Ага, у вас, наверное, и рукопожатия особые предусмотрены, — ответил я, однако не услышал смеха, на который рассчитывал.

Мы шли по коридору, с каждой стороны которого тянулись офисы. Ярдов через двадцать появилась большая двойная дверь, а за ней — офис без перегородок. Здесь я не увидел ни нью-йоркских видов, ни всяких занудных политических журналов (во всяком случае, на первый взгляд). Все стены были увешаны цветными плакатами и фотоснимками. Столы — сплошь завалены журналами, шкаф у дальней стены ломился от коробок с видеокассетами, слайдами и все теми же журналами. На одной из полок стояла чуть не дюжина фаллоимитаторов. Так обычно ставят ружья. Вот она, пещера Аладдина!

— Здесь мы работаем, — сказал Стюарт, пока я хлопал глазами. — Все четыре журнала делаются в этой комнате. Тут сидит около… — он быстро считал, шевеля губами, — …около двенадцати человек. Просто рановато еще, поэтому и нет никого.

Я глянул на часы. Половина одиннадцатого. В комнате было три человека — с газетами и «Гарри Поттером» в руках. Немного рановато, значит? Чтоб мне… Я хочу здесь работать!

— У всех есть телефоны, почти на все компьютеры установлена электронная почта, большинство подключены к Интернету.

— Как пить дать это единственное место в Лондоне, где не выгоняют за просмотр порносайтов… — подумал я вслух.

— Возможно, это единственное место в Лондоне, где ни у кого не возникает такого желания, — ответил Стюарт, а я почувствовал себя полным идиотом и впредь решил обойтись без прозрений. Закрыть пасть, одним словом.

— Ну вот, хорошо, такие дела. Просто я хотел показать вам офис. Стандартная процедура. А теперь мы устроим коротенькое собеседование в одной из дальних комнат. Я дам вам задание, и мы посмотрим, как вы с ним справитесь. Правильно, вот сюда.

Я прошел вслед за Стюартом в большой, едва обставленный кабинет. Посередине торчал огромный стол, вокруг — полдюжины стульев, в конце стола был установлен компьютер. Все напоминало обычные собеседования, которые я так ненавидел.

— Садитесь, — показал мой спутник на одну сторону стола, а сам сел напротив.

Стюарт схватил с полки за своей спиной несколько номеров «Блинга» и положил их передо мной. Один из них у меня уже был, а два других — еще нет. Интересно, отдаст он мне эти выпуски?

— Вот наш журнал. Наверное, вы его узнали. Множество девушек… — пролистывал он страницы, а я про себя краснел. — Несколько статей, юмор, немного спорта…

Я старался вежливо кивать, словно замечал хоть что-нибудь из перечисленного.

— Много читательских писем, правдивые признания, все такое… Куча рекламы в конце — о ней вам заботиться нечего. Вот…

Он развернул журнал ко мне.

— Вопросы?

— Правдивые признания действительно правдивы?

— Вряд ли. Их пишет постоянный автор… Если бы вы ее увидели, то сильно засомневались бы, что в ее жизни случалось хоть что-то подобное. Мы лишь каждый месяц меняем ее имя. Вот читательские письма — настоящие. Только я не помню, эти настоящие или нет…

Стюарт разглядывал лежащий между нами журнал.

— Их нужно редактировать, это будет входить в ваши обязанности, — сказал он, и у меня возникло ощущение, что работа уже в моих руках. — Еще вам придется писать рассказы для отдела юмора, а также обзоры, девичьи аннотации… Одним словом, все, за исключением авторских материалов и рекламы. Как видите, работы хватает.

— Что еще за девичьи аннотации? — спросил я.

— Подписи к фотографиям.

Он открыл журнал. На странице была изображена высокая стройная блондинка: она покатывалась со смеху. Снимок был сделан в конюшне. Стюарт показал на несколько абзацев текста, цитата из которого была вынесена в угол картинки.

— Так я буду с ними беседовать? — радостно спросил я.

— Вряд ли, — ответил Стюарт, листая журнал. — Эта из Венгрии, эта из Чехии, вот эстонка, а эта — русская, еще одна — из Уолверхэмптона. Никто из них не говорит по-английски. Нет, вы просто смотрите на фотографии и прикидываете, что тут можно написать, пытаясь вообразить, как бы они стали отвечать на ваши вопросы. Можно полистать предыдущие номера.

— Вообразить… — протянул я, просматривая текст.

Девушка мечтала спрятаться в грозу под каким-нибудь навесом, и чтобы две фермерские руки, и чтобы во все щели, и чтобы вокруг — лошади…

— Да, их выдумывают. Вы нам уже кое-что присылали, мы пустили это в дело.

— А, ну ладно.

Я попытался скрыть разочарование. Оказывается, сами девушки ничего такого не говорят. Выходит, я приходил в неистовство по воле каких-то типов вроде меня самого?

— Так вот… А почему вы хотите работать в «Блинге»? — спросил Стюарт, глядя на меня через стол.

«Ну… Здорово день напролет работать с голыми бабами, чтобы они по очереди делали тебе минет!»

Естественно, я не сказал этого вслух, хотя если вы решили поработать в порножурнале, то идете вы туда именно за этим — даже и не думайте открещиваться.

— Ну… — начал я, судорожно придумывая ответ.

Я знал о собеседовании за несколько дней, заранее боялся этого вопроса, но так и не придумал убедительного ответа.

— Меня всегда интересовал мир моды.

— А при чем тут порнография? — спросил Стюарт, и я торопливо отступил.

— Не знаю, — признался я. — Ни при чем. Просто мне казалось, что тут будет весело, вот и все. Нынче я работаю в очень уж официозном месте. Хочется сменить обстановку.

Вот как скажет сейчас, что у них тут не «Олтон Тауэрз»![4]Однако Стюарт ничего такого не сказал.

— Да, годится, — согласился он.

Лучший ответ придумать было сложно. Скажи я ему, что всегда обожал порнографию и всю жизнь мечтал работать в этой области — шансов у меня не было бы почти никаких. Кому охота вкалывать вместе с человеком, который при одной мысли о порножурналах начинает капать слюной? Становится как-то не по себе. Разве нужен владельцу кондитерской фабрики двухсоткилограммовый обалдуй в качестве работника?

— За сколько вы должны предупредить о своем уходе?

— Как правило, за две недели, но если понадобится раньше, я договорюсь.

Да если он даст мне работу, я брошу все завтра же и к чертовой матери!

— Деньги? — спросил Стюарт.

— Я смогу платить вам не больше сотни в неделю, — пошутил я.

Мы посмеялись, и он про себя решил отнять от первоначальной суммы пару тысяч.

— А если серьезно?

— Если вы дадите мне мою нынешнюю зарплату — будет здорово, — ответил я и прибавил к своей нынешней зарплате четыре тысячи.