Пик Дьявола - Деон Мейер

— Продолжайте, — кивнул судья, белый мужчина среднего возраста, с двойным подбородком и румяным лицом. — Отвечайте на вопрос, мистер Мпайипели.

— Чем вы занимались до того, как переключились на сельское хозяйство? — повторил адвокат.

— Был разнорабочим в фирме, торгующей мотоциклами.

— Сколько времени?

— Два года.

— А до того?

Сердце у него забилось чаще. Тобела понимал, что не должен медлить с ответом и проявлять неуверенность.

— До того я служил телохранителем.

— Телохранителем, значит.

— Да.

— Давайте еще ненадолго углубимся в историю, мистер Мпайипели, а потом вернемся к вашему ответу. Чем вы занимались до того, как вы, по вашим словам, служили телохранителем?

Где, интересно, он раздобыл сведения?

— Я был солдатом.

— Солдатом?

Тобела не ответил. В костюме и при галстуке было жарко. По спине стекали струйки пота.

Индус порылся в лежащих перед ним документах и вытащил из кипы бумаг несколько листков. Подошел к прокурору и протянул один ей. То же самое он повторил с судьей, а еще один листок положил перед Тобелой.

— Мистер Мпайипели, по моему мнению, вы, как бы это помягче выразиться, немного лукавите.

— Возражаю, ваша честь! Защита запугивает свидетеля, и вопросы не имеют отношения к делу!

Прокурор прочла документ, и ей стало не по себе. В ее голосе послышались визгливые нотки.

— Протест отклонен. Продолжайте!

— Мистер Мпайипели, мы с вами можем целый день жонглировать словами, но я слишком уважаю суд и не допущу ничего подобного. Позвольте мне вам помочь. Вот здесь у меня газетная вырезка, — адвокат помахал в воздухе документом, — в которой говорится, цитирую: «Мпайипели состоял в «Копье нации»,[4]получил спецподготовку в бывшем СССР и бывшей Восточной Германии, до недавнего времени был связан с наркосиндикатом в Кейп-Флэтс…» Конец цитаты. Речь в статье идет о некоем Тобеле Мпайипели, которого два года назад разыскивали власти в связи со внезапным… снова цитирую: «подозрительным исчезновением важного осведомителя».

Прокурор вскочила, но перед тем метнула на Тобелу испепеляющий взгляд, как будто он ее предал.

— Ваша честь, я протестую! Свидетель не является обвиняемым…

— Мистер Сингх, объясните суду, куда вы клоните?

— Сейчас, ваша честь. Я прошу всего лишь несколько секунд вашего драгоценного времени.

— Продолжайте.

— Мистер Мпайипели, речь в статье идет о вас?

— Да.

— Извините, я вас не слышу!

— Да!

— Мистер Мпайипели, я утверждаю, что ваша версия произошедшего на автозаправочной станции столь же уклончива и так же грешит пробелами, как и ваша биография в вашем изложении.

— Что?..

— Вы — высококвалифицированный военный, получили отличную подготовку, участвовали в партизанской войне, были террористом…

— Возражаю, ваша честь, — это не вопрос.

— Протест отклонен. Дайте ему закончить, мадам!

Прокурор села и покачала головой. На лбу, за очками в золотой оправе, появилась глубокая морщина.

— Как будет угодно суду, — ответила она, хотя, судя по ее тону, она не была согласна с мнением судьи.

— Кроме того, вы, по вашим словам, два года служили телохранителем. Повторяю, телохранителем! Замечу, вы работали на некоего крупного наркодельца… Как пишут газеты…

Женщина-прокурор снова встала, но судья ее опередил:

— Мистер Сингх, вы испытываете терпение суда. Если хотите представить доказательства, дождитесь своей очереди.

— Приношу вам искренние извинения, ваша честь, но свидетель, который принес присягу, а потом лжет, оскорбляет суд…

— Мистер Сингх, избавьте меня от разъяснений и задайте свидетелю свой вопрос!

— Как вам будет угодно, ваша честь. Мистер Мпайипели, каковы были конкретные цели полученной вами военной подготовки?

— Я проходил ее двадцать лет назад.

— Пожалуйста, ответьте на вопрос.

— Меня готовили для контрразведывательной деятельности.

— Включала ли ваша подготовка умение обращаться с огнестрельным оружием и взрывчатыми веществами?

— Да.

— А навыки рукопашного боя?

— Да.

— А умение находить выход в чрезвычайных ситуациях?

— Да.

— Устранение противника и исчезновение с места событии?

— Да.

— Когда вы были на автозаправочной станции, то, по вашим словам, повели себя следующим образом, цитирую: «Услышав выстрелы, я спрятался за бензоколонку».

— Война закончилась десять лет назад. На автозаправочную станцию я приехал не воевать, а заправить машину…

— Мистер Мпайипели, для вас война не закончилась десять лет назад. Вы участвовали в боевых операциях в Кейп-Флэтс, поскольку были обучены убивать и наносить повреждения противнику. Давайте обсудим вашу роль в качестве так называемого телохранителя…

Прокурор буквально взмолилась:

— Ваша честь, я самым настоятельным образом возражаю…

В тот миг Тобела увидел лица обвиняемых; они открыто смеялись над ним.

— Протест поддерживаю. Мистер Сингх, достаточно. Вы высказали свою точку зрения. Есть ли у вас конкретные вопросы, которые касаются событий, произошедших на автозаправочной станции?

У Сингха обвисли плечи, как будто его ранили.

— Да, ваша честь, как будет угодно суду.

— Тогда спрашивайте!

— Мистер Мпайипели, неужели вы забыли, что именно вы первый напали на обвиняемых, когда они вышли из здания станции?

— Я не нападал на них.

— Вы ничего не путаете?

— Ваша честь, защита…

— Мистер Сингх!

— Ваша честь, обвиняемый… извините, свидетель уклоняется от ответа!

— Нет, мистер Сингх, это вы уводите допрос в сторону.

— Как вам будет угодно. Мистер Мпайипели, вы утверждаете, что не набрасывались на обвиняемых с угрозами?

— Нет.

— У вас не было при себе ни гаечного ключа, ни иного орудия…