Беги, если успеешь - Алексей Макеев

– Тебе не показалось, что этот колобок чего-то крутит? – спросил Крячко, отхлебывая холодное пиво из высокого бокала, на стекле которого был вытиснен аляповатый герб какого-то несуществующего княжества. – Был с Рештиным в самом тесном контакте – и ни хрена не знает. Да еще под конец и дергаться стал. Подозрительная фигура.

– Фигура и в самом деле не самая светлая, – согласился Гуров. – Но я бы не спешил с подозрениями. Во-первых, мы еще не знаем, что, собственно, произошло. Рештин уехал на несколько дней в отпуск. В Лазурный Мыс, по словам жены, он наезжал регулярно. Ничего особенного в этом не было. Никаких неприятностей здесь он никогда не имел. Более того, насколько нам известно, здешние власти приветствуют каждого, кто вкладывает деньги в развитие этого чудо-города. И Рештин получал здесь только положительные эмоции. Мы сами видели с тобой прошлогодние снимки. Счастливый загорелый плейбой на фоне морского пейзажа. Никаких поводов для тревоги.

– Но Рештин исчез, – сказал Крячко. – Сгинул. Растворился.

Они сделали привал напротив отеля «Титаник», где всего на какие-то сутки останавливался человек, поисками которого они были теперь заняты. В кафе под открытым небом решили выпить прохладительного и обдумать дальнейшие действия. Слишком многое в этой истории казалось непонятным обоим.

Перед Гуровым стоял бокал с минеральной водой. Употреблять с утра что-то крепче воды он не имел никакого желания. Предложение друга опробовать легкое виноградное вино, о котором так убедительно рассказывал им Юрий Леопольдович, Гуров отверг сразу же и бесповоротно. Сошлись на бокале пива. Полковник Крячко был, однако, разочарован таким оборотом дела. Атмосфера приятного ничегонеделания, разлитая в голубом воздухе этого города, действовала на него расслабляюще. Ему хотелось понырять в море, выпить вина в уютном погребке, поглазеть на загорелых девушек в ярких купальных костюмах. Заниматься поисками незнакомого человека Крячко совершенно не хотелось, хотя он был полностью согласен с Гуровым, что в этой истории не все чисто.

– Рештин исчез, – задумчиво повторил за ним Гуров. – Но вряд ли растворился. Такой человек просто не исчезает. Имея такой счет в банке и таких высокопоставленных родственников, человек не может исчезнуть просто. За этим всегда стоит чей-то интерес.

– У него ведь дядя в Белом доме, верно? – сказал Крячко. – Но я так понял, что они не очень-то ладят?

– Мало ли что, – возразил Гуров. – Резонанс, сам знаешь, какой. Ладят – не ладят, а такими родственниками разбрасываться не принято. Тем более если, не дай бог, что-нибудь случится – сразу же встанет вопрос о наследстве и дележе богатства. А это уже не игрушки.

– Да, вопрос ключевой, – кивнул Крячко. – А кто претендует в первую очередь?

– На наследство Рештина? – спросил Гуров. – Да уж точно не Юрий Леопольдович Вазалевский. И это соображение не позволяет мне рассматривать Юрия Леопольдовича как подозреваемого. Я не вижу причин, по которым Вазалевский захотел бы избавиться от своего благодетеля. Если с Рештиным случилось нечто серьезное, вряд ли это пойдет на пользу бизнесу Вазалевского. Скорее наоборот, его ждет неизбежный крах.

– Так кто же? Жена? – с проницательным видом сказал Крячко. – Формально она первая подняла тревогу. Обычное дело, когда хочешь отвести от себя подозрения.

– Вся штука в том, что, как мне удалось выяснить, жена не может претендовать на свою долю в наследстве, – объяснил Гуров. – Вроде бы у них брачный контракт так хитро составлен, что в случае развода или смерти супруга жена получает сущие гроши. Рештин ей нужен живой и здоровый. Отсюда та снисходительность, с которой она относится к его маленьким и не очень маленьким шалостям.

– Тогда кто же?

– Брат – Рештин Борис Геннадьевич, – сказал Гуров. – Он работает в той же системе менеджером. Молчаливый и, как говорят, очень упрямый человек. Всегда добивается своего, даже если теряет при этом больше, чем приобретает. Старший брат предпочитает не допускать его к непосредственному руководству компанией. Но знающие люди объяснили мне, что завещание составлено в его пользу.

– Завещание? Ты хочешь сказать, что Рештин-старший в свои сорок лет уже задумывался о бренности жизни?

– Богатые люди начинают жизнь с того, что составляют завещание, – назидательно заметил Гуров. – Это только такие голоштанники, как ты, думают, что будут жить вечно. А они с самого начала заботятся о том, чтобы передать дело в надежные руки.

– Да, морока! – вздохнул Крячко. – У нас этим занимается отдел кадров. В смысле – передачей дела в надежные руки. Но, значит, получается, что… гм… исчезновение Рештина выгодно в первую очередь его братцу?

– Я тоже об этом подумал, – признался Гуров. – Но в качестве версии это пока не проходит. Нам нужно разобраться, что произошло здесь, в Лазурном Мысе. Без этого мы просто не сдвинемся с места. А вдруг все наши построения – что-то вроде замков на песке? Вдруг Рештин просто решил свернуть куда-то налево?

– Хочешь сказать, что он решил повторить сюжет «Шведской спички»? – ухмыльнулся Крячко. – Это было бы здорово! В таком месте не должно быть места преступлениям. Здесь нужно гонять на водных лыжах, нырять с аквалангом и приударять за девушками…

– Я просто высказал предположение, – недовольно поморщился Гуров. – В общих чертах. И кстати, вероятность такого поворота событий совсем невелика. Как опытный сыщик ты должен это понимать.

– Но помечтать-то можно? – обиженно спросил Крячко.

– Мечтай молча, – посоветовал Гуров. – И вообще, хватит рассиживаться. Допивай свое пиво, и пошли к метрдотелю гостиницы. И не забывай, что в проспекте это заведение рекламирует себя пятизвездочным отелем. Веди себя соответственно. Шуток тут наверняка не понимают, особенно твоих. И вообще, это теперь другая страна.

– Что же это за страна такая, что здесь шуток не понимают? – проворчал Крячко, вставая.

– Ну, может быть, где-нибудь и понимают, но только не в отеле под названием «Титаник». Это имя с самого начала настраивает на серьезный лад.

– Да уж, с чувством юмора у того, кто придумывал название, совсем плохо, – пробурчал Крячко. – Как ты думаешь, что он имел в виду?

– Я думаю, что прежде всего размеры и роскошь, – ответил Гуров. – Вряд ли он намекал, что отель повторит судьбу легендарного лайнера. Хотя я не исключаю, что элемент предвидения все-таки здесь присутствовал. Развернулись они широко, но, кажется, ожидания оказались завышенными. Наплыва богатых туристов не замечается.

– Люди вообще существа довольно инертные, – заметил Крячко. – Их трудно раскачать. Чтобы сюда рванули туристы, здесь должно произойти что-то необыкновенное, что привлекло бы всеобщее внимание. Например, мы с тобой раскроем жуткую тайну исчезновения Рештина. Если постараться, такую фишку можно очень выгодно продать – в качестве рекламы. Между прочим, мы с тобой могли бы сорвать хороший куш.

– Морской воздух определенно действует на тебя не лучшим образом, – сердито заметил Гуров. – Нас прислали сюда по особому распоряжению руководства главка, по очень серьезному делу. Здесь другое государство, и полномочия наши весьма ограниченны. К тому же нас поджимает командировочный фонд. А ты строишь воздушные замки, как какой-нибудь девятиклассник.