Бриллиантовая месть - Марина Серова

Как только мы дошли до кабинета его отца, Игорь дернул дверь. Заперто. Он достал ключ из кармана и вставил его в замочную скважину.

– У тебя есть ключ? – Меня это удивило.

– Отец настоял, чтобы у всех членов семьи был ключ от офиса. На всякий случай. Я его с собой везде ношу. Не знаю зачем. Из каких-то сентиментальных чувств, наверное. – Мужчина улыбнулся.

Меня это слегка даже умилило. Сын, упорхнувший из-под родительского крыла, все равно привязан к родителям. Его беспокоит состояние матери. Он носит с собой ключи отца.

Я улыбнулась. А Игорь открыл дверь и вошел.

– Ну, тебе придется браться за это дело. Ты проиграла. – Мужчина вышел и прислонился к двери.

Он выглядел значительно бледнее, чем был пару секунд назад. С лица пропала улыбка и веселый румянец. Игорь выглядел так, будто увидел призрака.

– Что там такое?

Игорь отошел, пропуская меня. В нос ударил противный запах чего-то кислого и какой-то гнили. Тут же стало холодно от работающего на всю катушку кондиционера. А за столом сидел Костров. Мертвый. На шее неуклюже примотанное окровавленное полотенце. Весь костюм в крови. Глаза закрыты.

Я выдохнула. Да уж, теперь от работы не отвертеться. Труп – это серьезно. Самоубийство? Вот уж вряд ли, решила я, мельком глянув на тело. Самоубийца не будет заматывать шею полотенцем. Не станет включать кондиционер, чтобы дольше сохранить происшествие – если преступление можно так назвать – в тайне. А ведь день-два под кондиционером смазывают всю картину преступления: окоченение трупа идет по-другому, ну и все в таком духе.

Хорошо, у нас криминальный труп. И кто его мог убить? А главное, когда. Но еще интереснее – зачем? Какой мотив?

Я быстро начала перебирать в голове различные мысли. Конкуренты, чтобы отжать бизнес. Обиженный сотрудник, которому не выдали премию. Сам Игорь?! Ох, вот это вряд ли.

Так, что-то я торможу. Видимо, мечты об испорченном отпуске не отпускают.

– Игорь! – скомандовала я. – Звони в полицию.

Мужчина стоял бледный, еле сдерживая рвотные позывы. Господи, все снова делать самой.

– Алло? – Голос подполковника Кирьянова, сменивший гудки, успокаивал.

– Зеленая, четырнадцать. Труп. Срочно, Киря! Я потом все объясню.

– К трупу без нас не лезь, – буркнул Киря, и я сбросила звонок.

– Никто не должен узнать об этом, – тихо прошептал Игорь.

– Ты о чем сейчас вообще? – удивилась я.

– О том, что мой отец… что его… – пробормотал мужчина.

– Кто не должен узнать? И вообще, давай выйдем отсюда, – предложила я. Игорь с готовностью шагнул за дверь, дождался, пока выйду я, и прикрыл ее за собой, я согласно кивнула. Осмотреть место преступления успею и позже, вместе с криминалистами или после них. А тело разглядывать – уж извините, удовольствия мне это не доставляет.

– Пресса, – пояснил мужчина. – Ты не представляешь, что за буря поднимется. То ли убит, то ли самоубился… Бизнесу – крах, нам – потрепанные нервы. А отца… его все равно не вернуть.

– Хорошо, – кивнула я. – Я лично попрошу подполковника Кирьянова работать аккуратнее. А теперь скажи мне, нет ли здесь возможности выпить кофе? От этой жары голова с трудом соображает.

Игорь, казалось, обрадовался возможности заняться хоть каким-то делом. Устроил меня в кресле – на подходе к кабинету его отца был небольшой пятачок зоны отдыха с парой кресел и журнальным столиком – и ушел куда-то. Вернулся, впрочем, быстро, принес мне большой стакан лавандового рафа, и я с наслаждением принюхалась к аромату. Глотнула. Сладкий, крепкий кофе, с едва заметным цветочно-травянистым привкусом – то, что надо. Кофеин и быстрые углеводики, м-м-м…

Сам Игорь устроился в кресле напротив меня, перед ним стоял стакан с простой водой. Так мы и ждали полицию, молча.

Наконец приехал мой давний друг Володя Кирьянов с группой оперативников и криминалистами. Я кивнула на дверь кабинета, Киря хмыкнул и раздал своим людям указания, сам же подошел к нам.

– Это сын покойного, – кивнула я на Игоря, – Костров Игорь Александрович. Соответственно, Александр Костров – за той дверью. А это, – указала я на Кирю, – Кирьянов Владимир Сергеевич, подполковник полиции, скорее всего, он и будет заниматься расследованием.

– Скорее всего, – согласился со мной Киря и пожал руку Игорю. – Так, рассказывайте, что тут произошло.

Я кратко отчиталась: приехали, зашли в кабинет, увидели тело, позвонили ему. Кабинет закрыли, ничего там больше не трогали. Камер ни в помещении, ни вокруг него нет, поскольку покойный их не любил, а возможно, ему было что скрывать.

– Володь, поаккуратнее только, – попросила я. – Чтобы пресса ничего не разнюхала. Сам понимаешь, Костровы – семейство, которое не сходит со страниц нашего местного «глянца». А такого рода популярность только помешает расследованию.

– Варианта о самоубийстве ты не рассматриваешь? – кивком согласившись с тем, что работать будет аккуратно, спросил Кирьянов.

– Нет, конечно! Отец не мог бы, – возмутился Игорь, а я добавила:

– Нет, Кирь. Ну кто в здравом – или не очень – уме, решив покончить с собой, врубит кондиционер на полную и замотает шею полотенчиком? Глупость же! А в остальном – думаю, твои эксперты куда как больше нам расскажут.

– Нам? – сделал вид, что удивился, Кирьянов.

– Нам, конечно, – вяло улыбнулась я, одним глотком допивая свой кофе. – Так уж получилось, что меня наняли расследовать связанные с этой семьей странности. Верно ведь, Игорь? – вопрошающе вскинула я бровь в адрес своего нанимателя.

– Так и есть, – кивнул тот. А Киря насторожился?

– Странности?

– Ну да. Игорь рассказал, что у его матери недавно пропал крупный бриллиант. Теперь вот – кто-то убил его отца.

Пока мы разговаривали, криминалисты успели отработать, и тело, замотанное в черный пластик, вынесли из кабинета. Кирьянов отошел от нас с Костровым буквально на несколько минут, о чем-то переговорил со своей командой и, вернувшись к «уголку отдыха», сказал:

– Тело уже увезли. «Пальчики», какие были, сняли, разумеется. Я попросил ничего не трогать лишнего. Ты сначала осмотри все сама, я займусь трупом. Потом пришлю своих ребят тебе в помощь, если надо будет.

Я поблагодарила друга. Да, действительно, осмотреться самой не помешает.

– Кирь, а по поводу причин смерти? – уточнила я.

– Пока ничего не скажу, вернусь в управление – переговорю с экспертами, здесь вас с господином Костровым выслушивал, с ребятами не разговаривал, – коротко улыбнулся друг. – Ты же знаешь, информацией, как и всегда, поделюсь. И жду ответной любезности.

– Само собой, – согласилась я. – Тогда вечером свяжемся, ладно?

– Конечно, – и Кирьянов, откланявшись, уехал. Игорь же напряженно смотрел на меня.

– Таня, ты же действительно возьмешься за это дело?

– Ну я же сказала. За тройную