Где собака зарыта? - Марина Серова

— Нет, — тут же ответил Глеб. — Я ни с кем стараюсь не ссориться. Даже с теми, с кем это порой очень непросто сделать.

— Это с кем же?

— С Гараевым, например, с нашим тренером. Благо я еще мячи регулярно забиваю, а то вообще спасу не было бы. С остальными-то он не больно церемонится. Но порой и на меня наезжает не по делу. А когда наезжают без причин, сами понимаете…

— А когда причина есть?

— Ну, тогда еще куда ни шло, — уклончиво ответил Крашенинников.

— Так, может, все-таки есть какая-то причина, по которой на тебя кто-нибудь мог наехать?

— Ну, должен я деньги, — после некоторого раздумья сказал футболист. — Ну и что… Нет, Андрюха не будет со мной так поступать.

— Кому ты должен и сколько?

— Три тысячи «зеленых», за машину… Другу своему… Еще с прошлого года…

— А когда должен был отдать?

— Еще зимой, но я не смог. Кризис все-таки… Да я видел его недавно! — Глеб повысил голос. — Он, конечно, был раздражен, но ведь все понимает. Если в высшую лигу в этом году выйдем, я ему точно отдам.

Я узнала фамилию и адрес Андрея, которому Глеб был должен деньги, и записала приметы неизвестных хулиганов. На прощание Крашенинников еще раз заверил меня в том, что его кредитор здесь абсолютно ни при чем.

«Не очень густо», — думала я, выходя вместе с Крашенинниковой-мамой из больницы. Но это же только первый этап дела, впереди встреча с дочерью Аллы Николаевны, Оксаной.

Возможность пообщаться с ней представилась мне сразу же по возвращении в квартиру Крашенинниковых. Оксана уже вернулась с занятий.

Она оказалась довольно высокой и стройной длинноволосой девушкой с резкими, почти подростковыми манерами.

— Украли у меня паспорт. Не знаю кто… Встретили, навешали и деру, — примерно такими рублеными фразами она обрисовала мне свои проблемы и исчезла в своей комнате.

Алла Николаевна зашла к ней и после пятиминутного разговора с дочерью пригласила в комнату и меня.

— Я вас оставляю вдвоем, — сказала она.

Как только за матерью закрылась дверь, Оксана равнодушно спросила:

— Ну и что вас интересует?

— Давай на «ты», — предложила я. — У нас не такая большая разница в возрасте.

Оксана пожала плечами.

— Так что же ты хотела у меня узнать?

— То, что на тебя напали и отобрали паспорт, я слышала. Но кто напал? Ты вообще не запомнила их?

— Ну почему не запомнила? Один — высокий, лысый. Другой — поменьше и потолще. Больше ничего не помню. У меня голова болела… И вообще… — в тоне Оксаны начали прорываться нотки раздражения.

— Что вообще?

— Достали все, — Оксана неожиданно резко встала со стула и прошла в угол комнаты.

Там стоял компьютер. Она включила его и через минуту уперлась в игру «Дум». Я исподволь стала наблюдать за ней. По тому, как азартно мочила она всех своих виртуальных врагов, отпуская по ходу борьбы резкие высказывания, я поняла, что девочка находится в явно невротическом состоянии.

— Говорят, ты за границу собралась?

— Да нужна мне эта заграница… — неожиданно агрессивно отреагировала Оксана. — Я хочу спокойно пожить хоть чуть-чуть, а тут — справки, фотографии, хрень всякая, мать покоя не дает… Тьфу! У нее на работе проблемы, значит, все должны на уши вставать.

— Ты что, думаешь, паспорт у тебя случайно украли?

— Думаю, да, — упрямо качнула она головой, и волосы закрыли ей лицо. Нервно поправив их, она снова уткнулась в компьютер.

— Оксана, а у тебя есть друг? — неожиданно спросила я.

Этот вопрос застал ее врасплох. Она прекратила двигать мышкой и, уперев взгляд в монитор компьютера, несколько секунд сидела молча. Потом снова встрепенулась, повернулась ко мне и с вызовом спросила:

— А какое это имеет значение?

— Просто ты оставляешь впечатление очень крутой девчонки. А поведение твое под стать любому парню. Мне интересно, какие парни на тебя западают?

Оксана скептически покривилась.

— Это не они западают, а я… И все на каких-то… Ах, твою мать! — она чуть отвлеклась от игры и тут же поплатилась за это своей виртуальной жизнью.

Отложив мышку в сторону, повернулась ко мне и сказала:

— Так, лабуда какая-то все попадается. Ничего интересного. Амбиций до фига, а толку никакого. На уме только чтоб в постель затащить, а делать там ни хрена не умеют.

— Оксана, что приготовить тебе на ужин? — заглянула в комнату Алла Николаевна.

— Я же сказала, что сегодня ничего не хочу есть! — взвилась Оксана. — Какого черта! А если опять приготовишь сосиски со спагетти, так ешь сама, меня от них воротит!

Алла Николаевна пожала плечами, осуждающе покачала головой и удалилась.

Оксана немного погодя встала, вышла из комнаты и вскоре вернулась с кухни, держа в руках пакет чипсов. Набрав горсть и отправив себе в рот, вновь уселась за компьютер.

Тут зазвонил телефон, и Оксана бросилась к трубке.

— Алло… Это опять ты? Сколько можно! — голос Оксаны срывался на истерику. — Что тебе надо? Да пошел ты…

Она, размахнувшись, шмякнула трубкой об аппарат. Я уже подумала, что телефону пришел конец, однако малайзийская пластмасса «Панасоника» стойко выдержала удар.

— Неудачи на любовном фронте? — спросила я.

— Это к делу не имеет никакого отношения, — отрезала Оксана и вдруг скривилась.

Лицо внезапно исказилось, как будто она только что съела что-то непотребное или в комнате неожиданно распространился какой-нибудь неприятный запах. Кислятина на лице Оксаны сохранялась примерно с полминуты, потом она вздохнула и повернулась ко мне. По ее настроению я поняла, что она сейчас поставит ребром вопрос о моем пребывании в ее комнате. Вряд ли эта девочка скажет мне что-нибудь стоящее… И тут, просуммировав в своей голове все впечатления от общения с ней, я озарилась догадкой.

— Ты, извиняюсь, случаем, не беременна? — спросила я вдруг, опережая ее фразу.

Оксана тут же сжалась в комок и, уже открыв рот, замолчала.

— Я права? В этом виноват тот, кто звонил? — продолжала я натиск.

На лице девушки появилось явно заметное покраснение. Было видно, что внутри ее бушуют нешуточные страсти.

— Токсикоз уже проявляется, как я заметила? — Этим вопросом я абсолютно добила ее.

— Ну и что? — вздохнув, ответила она вопросом на вопрос и сразу как-то успокоилась. — Все бывает в жизни…

— Мать, естественно, не в курсе?

— Ей некогда, ей с налоговой разруливать надо, — резко сказала Оксана.