Асмодей Pictures - Георгий Зотов

(Столешников переулок, неприметный домик)

Корнелий привычно доехал до искомого заведения на метро: пробки ужасны, тут не придерёшься — идеальная работа чертей из отдела бытовых неудобств. Многие бесы питали неприязнь к высокомерным «бытовикам» и неустанно писали на них тонны кляуз в канцелярию Коллегии Демонов, но следует признать — исключительно из чувства зависти. Это были высокие профессионалы своего дела. В 1985 году в Москве вообще не существовало пробок, а вот менеджеры отдела за ничтожные двадцать лет превратили движение в столице в кошмар. Мат и драки автомобилистов, их перепалки с пешеходами и ГАИ также копили грехи, повышая шансы человечества на изощрённые адские муки: если Корнелий экономил каждый грамм маны, то «бытовики» в мане попросту купались. И, разумеется, считали себя высшей кастой демонов.

Добравшись до ветхого здания с облупленной табличкой «Адская Кухня», он постучал в дверь. Открылась прорезь, Этельвульф пихнул внутрь чёрную пластиковую карточку: копилку маны и одновременно удостоверение личности. Лязгнули засовы. На пороге возник юноша лет восемнадцати — гнилостный запах мокрого дерева выдавал в нём лешего в человеческом костюме из искусственной кожи. Корнелий на секунду представил себе его истинное лицо — тёмное, во мху, поросшее сучками и древесными грибами.

— Заходите, господин искуситель, — любезно сказал леший, отступая назад.

Демон спустился по лестнице вниз, в окутанный полумраком подвал со сводчатыми потолками: ни дать ни взять — средневековый монастырь бенедиктинцев. Почти все столики были заняты жующими и выпивающими бесами, на стенах висели перевёрнутые распятия и развесистые рога лосей, официантки, облачённые по случаю близости Чёрного Воскресенья в одежду монахинь, разносили заказы. Он присел за стол, и возле Корнелия сразу остановилась миловидная ведьма, с шутливой богобоязненностью сложив обе руки.

— Развратной ночи и нескучного блядства, — приветствовала она. — Что закажете?

— «Тушёный ангел», — сообщил бес, едва взглянув на меню.

— А на гарнир? — казённо поинтересовалась ведьма. — «Адская картошка» с перцем, макароны «Путы зла» или попробуете новое предложение — «Потроха святоши»?

— «Адскую картошку», — кивнул Корнелий. — Побольше соуса. Бокал разливного тёмного пива «Седьмой грех» и на закуску порцию сухариков «Чесночный мученик».

— Минет будете брать? — осведомилась официантка. — Сегодня акция — берёшь одно прелюбодеяние, два — в подарок. В принципе, у вас по карточке на секс скидка пятьдесят процентов как бесу, работающему с духовными особами. И чистый спирт за вредность.

С дальнего столика Этельвульфу замахал руками бес в джинсах и свитере.

— Я приятеля встретил, — сказал Корнелий. — Может, потом уже оргию сообразим — после того, как безбожно и неудержимо напьёмся в стиле диких свиней. Большое спасибо.

— Пожалуйста, — улыбнулась официантка. — Ваш заказ принят, ожидайте кушанье.

Через секунду на стул рядом с Корнелием грузно плюхнулся тот самый бес в джинсах, осторожно держа на весу пиво. Тут же отхлебнул половину бокала и сплюнул пену.

— Корнеша, братан, сто лет тя не видел! — завопил гость. — Чо как, сучара?

Этельвульф еле заметно скривился. Староанглийскому демону по природе положено проявлять чопорность и официальность. Пусть он последние пятьсот лет жил в России — привыкнуть к бесам-выскочкам, коим всего четверть века от роду, было физически невозможно. Чёрт Мурмур, как и он, числился полукровкой (рождён от эстрадной певички) — сын адского герцога с таким же именем (в среде русских демонов его уважительно именовали Мурмур Мурмурович). Отец занимал пост сопредседателя в Коллегии Демонов: по статусу он мог воскресить любого мертвеца и заставить отвечать на свои вопросы. Согласно мифу, герцог летал на грифоне — однако в поездках обходился без сказочной птицы. Грифоны и драконы передохли достаточно давно, ещё до пуска первой железной дороги, не выдержав местной экологии. Худощавый и низкорослый юноша с выдающимися скулами на плоском лице, Мурмур являл собой классический образец золотой молодёжи, в любых разговорах произнося: «Папа то, папа это». В весьма нежном возрасте он уже достиг должности соглядатая (восьмой разряд демонов) и работал под прямым руководством Астарота в отделе прелюбодеяний: внушая девушкам ночные сны с Бредом Питтом, приводящие затем к жестокой мастурбации под одеялом.

Этельвульф окинул приятеля взглядом. Настроение почему-то испортилось.

— Бывало и хуже, — откровенно ответил он.

Принесли пиво. Он сдул пену и глотнул тёмную жидкость. Печально, с каждым столетием пиво всё хуже. Эх, какой потрясающий эль некогда варили на границе с Шотландией! Нынешнее поколение людей вряд ли узнает, что такое хорошее пиво.

— С попом этим никак? — понимающе кивнул Мурмур. — Да, хреново, конечно. Знавал я однажды демона, так ему дали миссию вегетарианца одного соблазнить. Вот мучился бедняга. Дошёл до ручки — устроился в любимую фирму «объекта» пиццу доставлять.

— А как пицца может погубить душу? — удивился Корнелий.

— С этим сложно, — согласился Мурмур. — Но в пост, чувак, — оно запросто. Вегетарианец всегда заказывал «Не убий» — особую лепешку с овощами и соевым сыром. Бес извёлся, пытаясь развести «объект» оскоромиться — без толку. Один раз для профилактики яду сыпанул. Тот траванулся, выздоровел — и опять соевый сыр жрёт. У демона в мозгах от перенапряжения что-то лопнуло, отказался от миссии — а это ж наказание, срок сразу. Встречал я его потом на каторге, близ этажа восемнадцать «бэ»: считай, нет больше парня. Совсем бедняга докатился, по ночам монстра в шкафу в детских спаленках изображает.