Погоня за призраком - Лев Дворецкий

— Ну, мне пора, — Тимофей поднялся. — Вам еще что-нибудь заказать?

— Нет, спасибо, — отказалась Тоня, — я еще немного посижу, допью свой кофе, а потом пойду домой.

Тимофей расплатился и вышел на улицу. Ему не хотелось опаздывать на встречу с Женей — надо было обсудить с ней дальнейшие планы. Он успел вовремя, однако ее еще не было. Дежурный по управлению сообщил Ливанову, что его вызывает полковник Сергеев.

В кабинете кроме полковника сидела Женя. Тимофей хотел было доложить, как идет работа, но Сергеев остановил его, пригласил сесть, отпустив Женю «продолжать работу в том же духе». И только когда она ушла, внимательно выслушал Тимофея. Сказал, что беседовать ни с Сениным, ни с майором милиции Назаровым ему нет необходимости, так как он должен вылететь туда, где уже работал. По имеющимся сведениям, в ряде банков той страны находятся крупные счета некоторых российских деятелей. О незаконных манипуляциях Зубкова с валютой рассказала ему Евгения Маслова. Но у нее одни лишь подозрения. Доказать же достоверность сведений можно только с помощью Мигеля и Махмуда. А что касается информации Антонины, то ее еще надо проверить. Следователи МВД, расследующие ограбление, пришли к выводу, что именно она впустила преступников в помещение банка.

Сергеев поднял трубку, набрал номер, поручил кому-то заказать для Ливанова авиабилет и оформить визу. Посмотрел на часы, покачал головой:

— Времени в обрез, но ничего, успеем. Записывай, — и стал называть фамилии: — Геннадий Зубков, Гавриил Калганов… всего десять человек. Это те, у кого банковские вклады якобы превышают сто миллионов долларов. А вот еще десяток бывших высокопоставленных гражданских и военных чиновников, имеющих в оффшорных зонах более скромные счета. — Среди названных оказался и генерал-полковник в отставке Корольков. Сергеев, разумеется, не обратил на это внимания. Разве мог он помнить эпизодическую историю с кипрским вкладом бывшего военачальника Игоря Королькова? Но Тимофей, услышав фамилию отца, замер от неожиданности. Его бросило в жар. Чтобы не выдать своего смущения, он склонился над бумагами. Но полковнику было не до него. Продиктовав Тимофею список, он продолжал: — А Женя старается, целится, как говорят, не в бровь, а в глаз. За короткий срок вышла на Зубкова и еще некоторых лиц, на которых у нас уже есть материал. Как ей удалось, непонятно.

— Может, стоило спросить? — подал мысль Ливанов.

— Спрашивал, она ушла от ответа. Даже обиделась, кажется.

Тимофей уже пожалел, что отвлек Сергеева своим вопросом и невольно увел его от главной темы. Но полковник сам закруглил разговор о Масловой, задумчиво добавив:

— Торопливость — не всегда достижение. Тебе все понятно, вопросы есть?

— Только один. Сколько у меня времени для решения задачи?

— Ты прилетишь туда утром. Мигель и Махмуд будут уже в курсе. Я им позвоню. Они тебя встретят, и вы сразу приступите к работе. К концу следующего дня ты должен быть здесь. Все. Машина ждет тебя внизу.

По дороге Тимофей размышлял о превратностях судьбы. Один, казалось бы, случай, а потянул за собой столько событий. Они познакомились с Махмудом в бою, когда были по разные стороны баррикад. Потом жизнь свела их, они подружились. Махмуд стал верным помощником Ливанова, бывал с ним в острых переделках. И теперь они продолжали дружить, хоть и живет Махмуд в своей далекой стране. Махмуд помогал Тимофею в первую его командировку, привлек к этому делу и своего отца. Мигель, крупный предприниматель и банкир, был умным и осторожным человеком, который обстоятельно обдумывает каждый шаг. Жаль, что Сергеев вызвал его в Москву, прервав работу. И вот теперь он снова отправляется туда, в далекую африканскую страну.

В самолете Тимофей обратил внимание на двух парней. Они вели себя спокойно: так же, как и другие пассажиры, дремали, ели, пили, читали газеты, иногда общались со стюардессой. Более того, не в пример некоторым, крепких напитков в рот не брали. Одному на вид было немногим за тридцать, другому — до тридцати. Крутые плечи, мускулистые шеи выдавали в них спортсменов или, во всяком случае, натренированных ребят. Одного взгляда Тимофею оказалось достаточно, чтобы интуитивно почувствовать к себе интерес.

Самолет по расписанию делал одну посадку, и в течение часа пассажиры отдыхали в зале аэропорта. Когда лайнер приземлился и всех пригласили к выходу, Тимофей притворился спящим. Стюардессе, которая подошла его будить, он предъявил удостоверение сотрудника спецслужбы:

— Мне нужна ваша помощь.

— Вы заболели? — встревожилась бортпроводница.

— Нет-нет, со мной все в порядке. Дело в другом. Когда пассажиры возвратятся в самолет, мне надо минут на десять-пятнадцать где-то спрятаться.

— Зачем? — удивилась девушка и тут же одернула себя: — Конечно, я понимаю, сделаем. Только мне нужно доложить о вашей просьбе командиру экипажа. Если он позволит, я открою вам багажный отсек, и вы там посидите, сколько нужно.

— Отлично. — Тимофей поднялся. — О моей просьбе никто не должен знать, кроме командира, естественно.

В зале ожидания было многолюдно и шумно. Тимофей подошел к бару, у которого сидели заинтересовавшие его парни. Заказал пива. Краем глаза заметил, как парни нарочито отвернулись и стали оживленно о чем-то беседовать. К бару подошла девушка, которую Тимофей видел в самолете.

— Мы, кажется, с одного рейса, — он решился заговорить с ней.

Она кивнула и спросила в свою очередь:

— А вы куда летите?

Он ответил.

Девушка разорвала обертку на плитке шоколада, отломила кусочек, положила в рот, протянула ему шоколад.

— Угощайтесь.

— Спасибо, но я не ем сладкого, — соврал он.

— Напрасно, — покачала она головой. — Шоколад очень полезен мужчинам.

Тимофей рассмеялся:

— Я был уверен, что женщинам.

Она почему-то покраснела и быстро переменила тему:

— А вы бывали в том городе, куда мы летим? — Я слышала, он красив?

Тимофей кивнул.

Он не мог не заметить, что те двое прислушиваются к их разговору. Зачем? Простое любопытство или лишнее подтверждение, что за ним следят? Проверка покажет.

Объявили посадку, и пассажиры потянулись к выходу. Девушка заторопилась, вскинула руку:

— До встречи в самолете!

Тимофей неторопливо допил пиво, дождался, пока все уйдут, и в одиночестве последовал в «рукав», ведущий в салон лайнера. У входа маячила стюардесса, рядом с ней — высокий мужчина в форменной одежде пилота.

— Командир экипажа Виктор Гаврилов, — представила его бортпроводница.

Тимофей протянул руку, назвал себя.

— Татьяна говорила мне о вашей просьбе. Я не против. Только поймите правильно, я хотел бы взглянуть на ваше удостоверение. — Убедившись, что все в порядке, командир кивнул: