Спасительная любовь - Карла Кэссиди

– Меня прислали сюда вчера поздно ночью, чтобы в дом не входил никто, кроме компетентных сотрудников. Кто-то должен приехать меня сменить, но я так понимаю, это не вы. – Он кивнул Джоржине и дружелюбно улыбнулся.

– Мы приехали осмотреть место, – отозвалась она. – Утром Миллер сформировал опергруппу под началом Александра.

– Мы надеемся найти что-нибудь такое, что осталось незамеченным вчера ночью, – добавил Александр.

– Идите помучайтесь. – Джо махнул рукой в сторону входной двери. – Там не заперто, и все, что нужно, лежит в коробке на крыльце.

– Спасибо.

Пройдя через ворота, они подошли к двери, где стояла коробка с бахилами и латексными перчатками.

Джоржина надела защитную амуницию и снова почувствовала, как застучало сердце, в кровь хлынул адреналин. Войдя в дом вслед за Александром, она постаралась не обращать внимания на то, как его легкая куртка подчеркивает широкие плечи, а черные брюки ладно облегают узкую талию и длинные стройные ноги. Она старательно гнала от себя воспоминания о том, как ее пальцы касались его мускулистой обнаженной груди, а ноги обвивали его ноги.

В спальне у них все получалось великолепно. Но стоило выбраться из постели, она не могла наладить отношения. Джоржина решительно отбросила эти мысли.

Джексон был воплощением южного мужчины, и обстановка, которой гордился бы любой южанин, дышала теплом и гостеприимством.

По обеим сторонам огромного дивана, обитого тканью цвета бургунди с золотом, стояли кресла того же цвета. Большой кофейный столик с квадратной деревянной столешницей украшал роскошный букет цветов. Комната выглядела очень красиво, но очевидно использовалась не часто и не являлась сердцем этого дома.

– Похоже, здесь ничего не трогали. – Александр прошел в следующую комнату, обставленную более небрежно, но явно ту самую, где Джексон проводил большую часть времени.

Огромный телевизор с плоским экраном над каменным каминным порталом, два глубоких кожаных кресла давали возможность удобно смотреть кино или созерцать танец огня в очаге. Здесь тоже ничего особенного, никаких следов борьбы.

Они молча вошли в кухню, где стоял большой стол, а с кухонной вешалки на стене свисали кастрюли и сковородки. Все чисто, везде порядок. Александр провел рукой по волосам.

– Кажется, отчет, где сказано, что их забрали прямо из постели, соответствует действительности. Похоже, все на своих местах. Пойдем наверх.

Джоржина кивнула.

В первых двух спальнях и ванной, выходившей в коридор, они не увидели ничего необычного.

Чувствуя, как напряглось тело, Джоржина вслед за напарником вошла в хозяйскую спальню. Огромная кровать стояла неубранной. С той стороны, что ближе к двери, простыни свисали на пол.

Александр, застыв на месте, как статуя, внимательно разглядывал кровать.

– На мой взгляд, постель выглядит странно.

– Судя по тому, как свисают простыни, такое впечатление, что кого-то сталкивали с кровати, – заметила Джоржина.

– Согласен. – Желваки на его щеках заходили снова. Он указал на прикроватную тумбочку с другой стороны. – Но как можно было стащить их с кровати, если у Джексона под рукой лежал пистолет?

Пистолет действительно лежал на тумбочке рядом с лампой, даже в темноте схватить его не составило бы труда. – Может, он их одурманил? Подсыпал что-то в пищу, которую они ели перед тем, как лечь. Или в питье. – Его мозг быстро рисовал различные варианты.

– Надо вызвать криминалистов, пусть проверят все содержимое холодильника. Может, найдут что-нибудь напичканное наркотиками.

Он по-прежнему стоял в шаге от кровати и, словно в каком-то трансе, водил глазами по комнате. Джоржина его не отвлекала, зная, что так он сосредотачивался, представляя себе картину преступления в поисках зацепки.

Она невольно подумала, мучают ли его до сих пор ночные кошмары, следит ли кто-нибудь за тем, чтобы он нормально питался? До нее не доходило слухов о том, что он с кем-то встречается, но это еще ничего не значило. У него было два года, чтобы начать новую жизнь, а это большой срок для одинокого мужчины, особенно такого деятельного, как Александр.

– Интересно, свет горел или нет? – наконец произнес он, обернувшись к ней. – Ты не помнишь, что написано в отчете? Горел свет, когда сюда приехали агенты?

Она задумчиво нахмурилась, пытаясь вспомнить.

– Не горел. Джексон крупный парень. Интересно, если их как-то одурманили, как один человек смог перетащить их бесчувственные тела вниз и затем в машину?

Александр внимательно осмотрел ковровое покрытие у кровати в том месте, где одеяла и простыни касались пола, а потом, выйдя из комнаты, окинул взглядом коридор и лестницу.

Снова повернулся к Джоржине, лоб пересекла глубокая поперечная складка.

– Не знаю.

– Может, они не были одурманены. Скажем, преступник застал их врасплох. Появился на пороге с пистолетом, прицелился в Марджори, не дал Джексону возможности схватить свой ствол.

– Может быть, – согласился Александр. – Дайка загляну в хозяйскую ванную, вдруг увижу что-нибудь. Потом можем уходить.

Он исчез в ванной, Джоржина почувствовала, как его боль и тревога за друга отозвались в ее сердце. В числе похищенных оказался его друг, что существенно затрудняло расследование.

После дела Гилмер Александра мучили кошмары. Он впал в такую черную тоску, что она сомневалась, сможет ли он выкарабкаться. Со страхом думала, что неудача в этом деле его окончательно сломает.

– Сейчас шесть тридцать. Если хочешь, тормознем около «Нетти’c», возьмем что-нибудь поесть и обсудим все, что стало известно. Не знаю, как ты, а я сегодня ничего не ел, кроме рогалика, да и тот рано утром.

Она колебалась меньше секунды, прежде чем ответить.

– Конечно, «Нетти’c» вполне подойдет. Кроме того, если я скажу «нет», ты можешь остаться без еды и на весь вечер.

Александр натянуто улыбнулся.

– Я всегда терпеть не мог есть в одиночестве.

Этот ресторанчик давно стал излюбленным местом агентов ФБР, потому что находился всего в нескольких шагах от их работы. Цены были приемлемыми, порции большими, еда вкусной.

Александр старался преодолеть овладевавшую им неуверенность. Надеялся найти что-нибудь в доме Джексона, но в других местах не нашлось ничего, стоило ли удивляться, что и здесь ничего не обнаружилось.

Напомнив себе, что занимается этим делом меньше двадцати четырех часов, он решил поесть, а потом, забрав домой папки с отчетами, тщательно изучить все еще раз.

Перед выездом из офиса он приказал команде собраться завтра к семи утра в оперативном штабе, несмотря на субботу. До окончания расследования выходные и праздники отменялись.

Никто из команды не связался с ним, пока они с Джоржиной отсутствовали, значит, ничего нового не появилось. Александр надеялся, что к утру все изменится.