Рынок для убийства - Фрэнк Грубер

— Вы можете проследить ваше генеалогическое древо на протяжении девяти столетий?

— Пятнадцати! — Драгар поправил горделивые усы. — Вы подумали, что я ссылаюсь на благословенного святого Стефана? — Он покачал головой. — Есть куда более великий венгр, чем король Стефан. Он умер в 453-м…

— Аттила! — воскликнул Танкред.

Драгар просиял:

— Аттила, сын Мандзака.

Чарльз внимательно посмотрел на своего собеседника:

— Вы можете проследить ваших предков до Аттилы?..

— Был бы лишь счастлив, если вас это и впрямь интересует. — Драгар просигналил официанту, который как раз проходил через вестибюль отеля. — Конечно, это займет некоторое время, и боюсь, что у меня пересохнет в глотке. Что вам заказать?

— Имбирный лимонад.

— Шутите! Вы же солдат…

— И все же имбирный лимонад.

Драгар повернулся к официанту:

— Мне джин с перцем. Мой друг пожелал… — Он с надеждой бросил взгляд на Танкреда, но, не увидев пощады в его лице, произнес с тяжким вздохом: — Имбирный лимонад.

Когда официант удалился, Танкред сказал:

— Историки расходятся во мнении, были ли люди, населявшие Венгрию в девятом и десятом веках, прямыми потомками тех, кем правил Аттила.

— У них одни и те же корни, — объявил Драгар. — Орды Аттилы происходили из Центральной Азии. Как и те, что нахлынули в Европу позже. Это традиция моего народа, мистер Танкред. Она передавалась из уст в уста от поколения к поколению. Как сам Аттила был в состоянии проследить свое происхождение на тридцать три поколения, так и моя семья смогла проследить свое происхождение до Аттилы. Этот великий завоеватель имел более шестидесяти сыновей от многочисленных жен. Его любимым — и официально назначенным наследником — стал Еллак. У Еллака родился сын по имени Денгезич.

— У Еллака был еще и брат по имени Денгезич, — вставил Танкред.

— Верно! А вы знаток нашей истории! — Драгар выпятил губы и начал считать на пальцах: — Денгезич породил Чоуэна, Чоуэн — Ругилу, Ругила — Шама, Шам — Бледу… Вы не против, что я употребляю библейский термин «породил», мистер Танкред? Это упрощает задачу, и именно так я запомнил это из уст моего дорогого отца, Белы. Так где я остановился? Ах да, Бледа породил Откара, Откар — Мандзака — то же самое имя, как и у отца великого…

— Как много поколений вы собираетесь мне перечислить? — поинтересовался Танкред.

— Шестьдесят восемь. Мандзак породил…

— Очень хорошо, — не выдержал Танкред. — Верю вам на слово.

Драгар испустил смешок:

— Не могу вас винить. Это поистине ужасающий список имен. Вы согласны с тем, что я прямой потомок Аттилы?

— Склоняюсь к этому, — осторожно ответил Танкред.

— У меня есть причина привести вам генеалогическое древо моей семьи, мистер Танкред.

Танкред с любопытством уставился на венгра:

— Причина?

— Не так часто удается встретить историка, — объявил Драгар. — Особенно такого талантливого историка.

— Я не историк. Моя книга «Привет, Цезарь!» — роман. Хотя он и базируется на исторических фактах, я позволил себе вольное их трактование, можно сказать, исказил действительность…

— Признаю, что это так… И тем не менее вы интересовались европейской историей, изучали ее. — Драгар сделал паузу. — Мистер Танкред, вы можете сказать по памяти, где был похоронен великий Аттила?

— Ну нет, — отозвался тот. — Местоположение европейской столицы Аттилы — спорный вопрос. Некоторые считают, что она находилась на месте нынешнего Будапешта. Другие помещают ее ближе к Токаю…

— Точно! — воскликнул Драгар. — Прошло пятнадцать столетий. Старые реки высохли, образовались новые. Древние названия забылись. Там, где когда-то были одни болота, возникли большие города, древние города превратились в пустоши. Нации и народы изменились. Возьмите Францию. Во времена Цезаря земля, которую занимают французы, принадлежала кельтам. Римляне завоевали их. Волна за волной германцы пересекали Рейн и добавляли свою кровь романизированным кельтам. Даже мой великий предок Аттила однажды удерживал власть над тем, что ныне составляет большую часть новой Франции. А сегодня венгры занимают землю, когда-то управляемую Аттилой. Только его могила — увы! — в чужих руках.

— Вы верите, что его столица была дальше к северу?

— В Карпатах, как утверждают некоторые авторитеты? — Драгар покачал головой. — Нет, древние гунны были степным народом. Они не любили горы. Я верю, что Этцельбург — так этот город называли германцы — находился гораздо дальше к югу, чем принято полагать. У Дуная — да, но ближе к великой цитадели Сингидунум.

— Белграду?

— Вы знаете современное название?! — воскликнул Драгар. — Да, Белград, Белый Замок древних времен. Мистер Танкред, как изучающий историю, вы знаете, что Сингидунум был одним из старейших городов в мире. Он был древним уже тогда, когда его захватили римляне. Первоначально это была столица кельтов, открывших для себя железо. С помощью железного оружия они прокатились по всей Европе и даже нагрянули в Азию. Ассирийцы и хетты научились пользоваться железом от кельтов. В древние времена считалось, что тот, кто удерживает Белград, правит Европой. Возле скалы Калмегдана было больше битв, нежели в любом другом месте на земле.

— И вы верите, что столица Аттилы была ближе к Белграду?

— Сравнительно ближе. — Губы венгра многозначительно вытянулись. — Мистер Танкред, какой самый примечательный факт из погребения Аттилы вам лучше всего запомнился?

— Ну, гробы, пожалуй. Гиббон утверждает, что тело Аттилы было помещено в гроб из чистого золота, который, в свою очередь, заключили в серебряный гроб, а потом уже в железный.

— Совершенно верно! — воскликнул венгр. — Но Гиббон на этом не останавливается. Он сообщает, что гроб опустили в просторный колодец и вместе с ним погребли сокровища Аттилы: короны, снятые им с голов побежденных королей, золото, добытое силой у римских императоров, и прочую добычу, захваченную у многих покоренных наций. Все… все это сбросили в огромный колодец. Величайшие сокровища из тех, которые когда-либо знал мир. — Глаза смуглого мужчины блестели. — И они никогда не были обнаружены, мистер Танкред. История непременно отметила бы такую богатую находку. Однако таких сведений нет. Сокровища все еще там, где они были погребены в 453 году нашей эры. — Драгар выдержал паузу, затем драматически заключил: — Как прямому потомку Аттилы, эти сокровища по праву наследства принадлежат мне. Они мои… и я знаю, где они находятся.