Ледяной дождь - Стюарт Макбрайд

Тихо ругаясь, Логан одной рукой пытался застегнуть плащ, желая всем уродам водителям автобусов сгореть в адском огне. Он провел ужасную ночь: после удара в живот его три часа штопали доктора из неотложной помощи. И наконец выпроводили под холодный проливной дождь в четверть шестого утра в эластичном бандаже и с пузырьком обезболивающих таблеток.

У него был целый час, чтобы поспать.

Логан прошлепал по лужам до входа с Квин-стрит, вошел и остановился возле закругленной стойки дежурного, с плаща на пол стекала вода. Его квартира была в двух минутах ходьбы, а он все еще мокрый насквозь.

– Доброе утро, сэр, – приветствовал его из-за стеклянной перегородки узколицый дежурный сержант, которого Логан не узнал. Он нацепил на себя дежурную вежливую улыбку и прибавил: – Вам помочь?

– Доброе утро, сержант, – со вздохом сказал Логан. – Я должен был работать с детективом-инспектором Макферсоном.

Вежливая улыбка пропала, как только сержант понял, что Логан не принадлежит к обычным представителям гражданского общества.

– У вас большая проблема: у него нож в башке. – Он сделал несколько движений, имитируя удары ножом, и Логан еле сдержался, чтобы не отскочить. – Вы… – Он заглянул в лежащий на столе блокнот и начал листать страницы вперед и назад, пока не нашел то, что ему было нужно. – Вы детектив-сержант Макрай?

Логан подтвердил, что он детектив-сержант Макрай, и для доказательства этого помахал своим удостоверением.

– Хорошо, – сказал дежурный сержант, не двинув на лице ни одним мускулом. – Очень даже замечательно. Вам следует доложить о прибытии детективу-инспектору Иншу. Он сейчас проводит совещание… – Сержант взглянул на настенные часы. – Начал пять минут назад. – На его лице снова появилась улыбка. – Он не любит, когда опаздывают.

Логан на двенадцать минут опоздал на совещание, начинавшееся обычно в семь тридцать. Комната была заполнена полицейскими, мужчинами и женщинами очень серьезного вида. Все, как один, бросили быстрый взгляд через плечо, желая посмотреть, как он незаметно пытается войти, тихо закрывая за собой дверь.

Стоявший перед ними детектив-инспектор Инш – высокий лысый мужчина в костюме с иголочки – прервался на середине предложения и сердито взглянул на Логана, хромавшего через всю аудиторию к единственному свободному месту в первом ряду.

– И как я уже сказал, – продолжил инспектор, снова бросив сердитый взгляд на Логана, – патологоанатом в своем предварительном отчете пишет, что смерть наступила приблизительно три месяца назад. Три месяца – это слишком большой промежуток времени, чтобы какие-либо улики сохранились на месте преступления, особенно когда дождь льет как ненормальный. Но это совсем не означает, что мы прекратим искать эти улики. Отпечатки пальцев будем искать в радиусе полумили от того места, где было найдено тело.

Аудитория застонала. Это сколько же квадратных метров нужно будет тщательно осмотреть, причем без особой надежды найти хоть что-нибудь. И не через три месяца. А сейчас, когда дождь льет как из ведра. Работа будет долгой, мокрой и грязной.

– Я понимаю, что для вас это как палец в заднице, – сказал инспектор Инш, роясь в кармане пиджака в поисках жевательной мармеладки. Найдя, он внимательно осмотрел ее, сдул пылинки и сунул в рот. – Но мне на это наплевать. Убит трехлетний мальчик, и именно об этом мы с вами говорим. И мы поймаем ублюдка, который сделал это. И чтобы никакого дерьма. Понятно?

Он сделал паузу, ожидая, что кто-то скажет что-нибудь против.

– Хорошо, – кивнул инспектор Инш. – И поскольку мы остановились на дерьме… Прошлой ночью кто-то слил информацию в «Пресс энд Джорнал», что мы нашли тело Дэвида Рида.

Он продемонстрировал свежую утреннюю газету. Заголовок на первой странице вопил: «ОБНАРУЖЕНО ТЕЛО УБИТОГО РЕБЕНКА!» Первую страницу занимали фотографии улыбающегося Дэвида Рида и палатки оперативной службы, освещенной изнутри вспышкой полицейского фотографа. Силуэты находившихся в палатке людей тенями обрисовались на ткани.

– Они обратились к матери за комментарием, – сказал инспектор, повысив голос, и помрачнел. – Еще до того, как мы смогли сказать этой несчастной корове, что ее сын мертв!

Инш швырнул газету на стол. Аудитория сердито загудела.

– Все вы можете в ближайшие пару дней ожидать встречи с сотрудниками отдела собственной безопасности… Но поверьте мне, – нарочито медленно прибавил детектив-инспектор Инш, – охота на ведьм, которую они вам устроят, будет для вас как пикник с плюшевыми медвежатами по сравнению с тем, что для вас устрою я. Когда я найду того, кто это сделал, я за яйца подвешу его к потолку.

С минуту он пристально оглядывал присутствующих. Потом объявил:

– Хорошо, задание на сегодня.

И, усевшись на край стола, зачитал список: кто делает поквартирный обход, кто обследует берег реки, кто остается отвечать на телефонные звонки. Единственным, чье имя не было произнесено, оказался детектив-сержант Логан Макрай.

– И пока вы не ушли, – сказал Инш, вскинув руки, как будто собираясь благословить свою паству, – я хотел бы напомнить вам, что билеты на театральный спектакль-пантомиму этого года уже в продаже, и их можно приобрести у дежурного. Не забудьте приобрести билетик!

Батальоны пошаркали к выходу; те, кому досталась наиважнейшая миссия отвечать на телефонные звонки, свысока посматривали на остальных, которым весь день предстояло мокнуть под дождем. Логан топтался в конце очереди, надеясь увидеть знакомое лицо. Год на больничном – и ни одного человека, к которому можно обратиться по имени.

Инспектор заметил, что он замешкался, и подозвал его.

– Что там случилось прошлой ночью? – спросил он, как только последний полисмен покинул помещение, оставив их наедине.

Логан вынул из кармана записную книжку и начал читать:

– Тело было обнаружено в двадцать два пятнадцать неким Данканом Николсоном…

– Это не то, что я имел в виду, – сказал инспектор, снова присел на край стола и скрестил руки на груди. Обладая громадным туловищем, лысый и в новом костюме, он выглядел как хорошо одетый Будда. Только не был дружелюбным. – Констебль Ватсон высадила вас у отделения неотложной помощи в начале третьего утра. Вы на службе меньше суток и уже провели ночь в госпитале. Дедушка Дэвида Рида сидит у нас в камере предварительного заключения по обвинению в нападении на офицера полиции. И, в довершение ко всему, вы прихрамывая приходите на совещание. С опозданием.

Логан неловко пожал плечами:

– Но, сэр, мистер Рид был очень возбужден. На самом деле это не его вина, если бы из «Журнала» не позвонили, он бы…

Инспектор Инш резко оборвал его:

– Вы должны были работать на детектива-инспектора Макферсона!

– А-а-а… да.

Инш глубокомысленно кивнул, достал из кармана жевательную мармеладку, сунул ее себе в рот, предварительно проделав ритуал со сдуванием пылинок, и, жуя, произнес: