Верхом на «Титанике» - Дарья Донцова

– Валечка, ты? – оживилась Ангелина.

– Я, бабулечка, – произнес изкоридора нараспев нежный тенорок.

Незнакомец сильно «акал» и не выговаривал «л»,«бабулечка» прозвучало: «бабувечка».

– Иди сюда скорей! – занервничалапенсионерка.

– Сейчас, только руки помою! –ответил Валя.

– Танечка идеально воспиталамальчика, – шепнула мне старуха, – если вошел он в дом – немедленно вванную. Главное в жизни – чистота, телесная и душевная.

– Трудно не согласиться с вами, –кивнул я, и тут в гостиную вошел Валентин.

Ростом молодой человек был невысок, а может,он казался меньше за счет сутулости. В облике внука Ангелины не было ничегопримечательного. Тысячи подобных мужчин с самой заурядной внешностью живут нетолько в России, но и по всему земному шару. Коротко стриженный шатен саккуратным носом, голубыми глазами, похожими на прозрачные леденцы, из особыхпримет лишь очки.

– Здравствуйте, – вежливо сказалВалечка.

– Солнышко, это представительблаготворительного фонда, – зачастила Ангелина, – представь, егозовут, как твоего дедушку, Иван Павлович.

– Очень приятно, Валентин, – вежливопредставился мужчина и протянул мне руку.

– Пойду еще чайку сделаю, –засуетилась Ангелина, – Валечка, ты голоден?

– Нет, бабуля, спасибо, – улыбнулсявнук.

– Но как же! Время обеденное!

– Я в библиотеке перекусил, – нежнымтенором, чуть нараспев сказал Валя, коверкая «л».

– Валя! Ты ел сосиски!

– Нет, бабуля, чай с булочками.

– Это не еда! Ты голоден!

– Нет-нет, абсолютно сыт!

– Плюшкой невозможно наесться, –отрезала Ангелина и ушла.

Валентин посмотрел на меня поверх очков.

– Извините, но для бабушки я ребенок,неразумное существо, которое надо постоянно воспитывать. Утешает лишь одно –мою маму она тоже считает младенцем.

– Такое поведение свойственно пожилымлюдям, – улыбнулся я, – Ангелина Степановна очень любит вас!

– Да, – признал Валентин, – мнеповезло, я окружен самыми лучшими родственниками на свете. Так вы из фондаМаркоса?

– Да-да, – быстро соврал я.

– Мне дают стипендию?

– Понимаете, я мелкий клерк и не принимаюникаких решений.

– Но без вас работа фонда Маркоса будетне такой эффективной, – возразил Валентин, – в системе нужен любойвинтик, я тоже не профессор, не заведующий кафедрой, скромный преподаватель, номои лекции необходимы. Мир состоит в основном не из начальников, а из простыхлюдей.

Я почувствовал расположение к Валентину.Ангелина Степановна права – ее невестка правильно воспитала сына. Очень нехочется обманывать обаятельного историка, но у меня нет другого способаподтолкнуть его к откровенному разговору.

– Условия получения стипендиисуровы, – начал я издалека.

– Да, – подхватил Валентин, –американцы очень мнительны.

Я приободрился, разговор сразу свернул внужное русло, хорошо, что симпатичный Валя ожидает положительного решения отфонда. Не так давно один из моих приятелей оформлял визу для поездки вВашингтон, и я отлично знаю, каково ему пришлось.

– Исключительно из служебнойнеобходимости я вынужден задать вам пару вопросов, заранее прошу извинения,если они покажутся вам некорректными, – осторожно сказал я.

– Понимаю, – кивнул Валентин, –несколько преподавателей из нашего вуза уже получали стипендии, я в курсе тембесед и заранее подготовился, имею на руках справки о состоянии здоровья:СПИДом, сифилисом, гепатитом не болен. Наша жилплощадь оформлена на маму, уменя есть счет в банке, не очень большой, но показывающий моюплатежеспособность. Не имею детей, не плачу алиментов, не был судим, необременен исполнительными листами, никаких бывших жен илиродственников-инвалидов нет. Вам показать бумаги? Да, еще меня предупреждали,что сотрудники фонда обычно осматривают жилплощадь кандидата. Прошу наэкскурсию по квартире. Хотя, как я уже упоминал, она принадлежит юридическимаме, фактическая хозяйка бабушка. Нас здесь прописано трое. Понимаете, я несобираюсь навсегда оседать в Америке, не хочу использовать получение стипендиикак шанс для эмиграции, мне хорошо на родине, но стажировка в США…

– Простите, – вклинился я в егоплавную речь, – значит, никаких невыполненных обязательств вы ни перед кемне имеете?

– Именно так, – подтвердил Валентин.

– Мы собирали о вас сведения.

– Понимаю.

– Выяснилась интересная деталь.

В глазах Валентина промелькнуло удивление.

– Какая?

– В России останется ваша невеста, –делано хмуро ответил я, – где гарантии, что вы не захотите, получивстипендию и визу, оформить отношения и перетащить свою половину в США? У насбывали подобные случаи, и американская сторона была очень недовольна такимразвитием событий.

– Невеста? – поразилсяВалентин. – Простите, но это бред! И потом, я не настолько глуп, чтобыобманывать ваш фонд, меня предупредили о тщательной проверке. Кроме того, ястараюсь не лгать людям без особой на то причины. Имей я серьезные отношения скакой-то женщиной, непременно указал бы это в анкете, написал бы: «Предполагаювступить в брак».

– Вам знакома Олеся Беркутова? – влоб поинтересовался я.

Валентин вздернул брови.

– Откуда…

– А вот и легкий перекус, –затараторила Ангелина Степановна, вкатывая в гостиную сервировочныйстолик, – сейчас мы с вами поедим, поболтаем. Ах, как хорошо, что Валечкаполучит стипендию!

Внук говорливой бабушки бросил на меняумоляющий взгляд, я кашлянул и нарочито официальным голосом произнес:

– Уважаемый Валентин Евгеньевич,поскольку беседа с кандидатом должна носить строго конфиденциальный характер,думаю, будет лучше продолжить ее на нейтральной территории.

– Пойдемте в мою комнату, –моментально отреагировал Валентин.

– А чаек? – обиженно протянулаАнгелина.

– Позднее, бабуся, – натянутоулыбнулся внук.