Любовь как улика - Наталия Антонова

– Нет, – покачала головой Екатерина, – тогда я и позвонила Вадиму. Мы встретились, и я всё рассказала ему.

– А он?

– Он стал утешать меня, мы бродили по парку, потом я устала, и он пригласил меня к себе домой. Мне тогда всё было безразлично, и я согласилась. Тогда у нас всё и произошло в первый раз. Мне было так больно, что я хотела отомстить мужу за измену. Но когда я переспала с Вадимом, мне не стало легче. Наоборот, я почувствовала себя оплёванной и попросила его отвести меня домой. Он не стал меня удерживать, просто сказал на прощанье, что он всегда к моим услугам. И я стала звонить ему время от времени, когда мне было особенно плохо. Мы не всегда шли к нему домой. Часто просто гуляли в парке, сидели, обнявшись, на лавочке, целовались.

– Вы не боялись, что вас увидит муж?

– Борис не ходил в парки, он считал это занятие пустой тратой времени.

– Но вас могли увидеть знакомые.

– Мне было тогда так плохо, что я об этом даже и не думала.

Мирослава могла себе представить, в каком состоянии находилась молодая женщина. Но вместо того, чтобы начать строить жизнь с новым человеком, она цеплялась за обломки семейного корабля, терпящего бедствие.

Думала она и о том, мог ли любовник Екатерины быть причастен к убийству её мужа. Что, если Карасёву надоела неопределённость отношений, и он решил не ждать, когда узел развяжется, а разрубить его одним ударом? Такое тоже было возможно.

Мирослава задала осторожный вопрос:

– Вадим Карасёв не уговаривал вас уйти от мужа?

– Да, он говорил об этом, – подтвердила её догадку женщина.

– А предложение он вам, случайно, не делал?

– Предложение не делал, – покачала головой Катя, – но в случае, если я уйду от мужа, временно пожить у него предлагал.

– Временно? – удивилась Мирослава.

– Ну да, у Вадима же квартира однокомнатная.

– Так вы думаете, что он не был влюблён в вас?

– Не знаю. Мы с ним никогда не говорили о любви.

– А о чём же вы с ним говорили?

– В основном о моих проблемах.

«Да, такие разговоры изо дня в день наскучат любому мужчине», – подумала Мирослава и спросила:

– И больше ни о чём?

– Иногда о театре. Вадим фанат оперетты.

– Понятно. Вы тоже любите оперетту?

– Люблю, – призналась Катя, – но не до фанатизма.

– А Ариадна знала о вашем романе с Вадимом?

Вопрос оказался настолько неожиданным для Екатерины, что она даже отпрянула и быстро пробормотала:

– Нет, что вы! Нет!

– Почему вы так в этом уверены?

– Если бы Ариадна что-то узнала, она сразу же сказала бы мне. Вы просто плохо её знаете. Она человек прямой. И всё лепит в глаза.

– Однако она не сказала вам о Кристине и о Регине.

– Вы имеете в виду дочь Бориса? – помрачнела Екатерина.

– Её самую. Или вы думаете, что Ариадна не знала о наличии сестры?

– Мне неизвестно, знала она о ней или нет. Но то, что она никогда не заводила со мной разговор о любовнице отца, я могу объяснить только одним.

– Чем же?

– Она щадила мои чувства.

– Возможно, – не стала возражать Мирослава, но добавила: – С точки зрения Ариадны, вы были очень удобной женой для её отца.

– Прошу вас, не говорите так! – Глаза женщины наполнились слезами.

– Катя, посмотрите правде в глаза! Вы же превратились в тень своего мужа и даже хуже! Вы растворились в нём! У вас не было своей жизни, исключая эпизодические встречи с Вадимом Карасёвым. Но он скорее служил вам болеутоляющим средством.

Екатерина разрыдалась в голос.

«И чего она её так мучает?» – подумал Морис, но влезать в разговор двух женщин не стал. В глубине души он надеялся на то, что Мирослава знает, что делает.

И она действительно знала. Ей хотелось так встряхнуть молодую женщину, чтобы из её подсознания вылетели все осколки её надуманной любви. Влюблённость молоденькой студентки в своего учителя не редкость. Но зацикленность на своей влюблённости до такой степени – это уже болезнь.

– Когда закончится вся эта история, вам, Катя, обязательно в первую очередь нужно будет устроиться на работу, завести друзей.

– А как же Вадим? – по-детски наивно спросила сквозь слёзы Екатерина.

– Спите со своим Вадимом на здоровье. Но не возводите его на пьедестал кумира, не считайте, что на нём свет сошёлся клином. Вокруг полно достойных мужчин, будьте открытой к отношениям с ними.

– Вы, что же, предлагаете мне спать со всеми подряд? – неожиданно обиделась Катя.

– Я вам не спать с ними предлагаю, а общаться и найти среди них свою половинку.

– А. Но я боюсь, – призналась женщина.

– Чего?

– Что будет так, как с Вадимом.

– То есть?

– Я ведь вовсе не хотела с ним спать, просто не выдержала его напора. А потом втянулась, и всё пошло по наезженной колее.

– Когда вы виделись с ним в последний раз?

– Мы расстались с ним незадолго до гибели Бориса.

– Чья это была инициатива?

– Моя, – тихо сказала Катя.

«Интересно, как она на это решилась», – подумала про себя Мирослава, а вслух спросила:

– Что же вас подтолкнуло к принятию такого решения?

– Мне стало стыдно перед мужем.

– Вот как? – удивилась Мирослава, а потом решила, что при Катиной инфантильности такое вполне возможно. – И он не звонил вам и не настаивал на встрече?

– Нет. Он всё понял.

«Видно, её проблемы просто достали парня», – промелькнуло в мыслях Мирославы, и она сказала:

– Мне нужен его адрес.

– Но мы правда расстались, – обиженно, как ребёнок, проговорила Катя.

– И тем не менее.

– Хорошо, записывайте.

Когда детективы уже сидели в машине, Морис спросил:

– Зачем вы пытали её насчёт адреса? Он же у вас уже есть.

– Я хотела, чтобы Катя назвала мне его.

– Зачем?

Она ничего не ответила.

– Что, едем разыскивать Карасёва?

– Пока нет. Не думаю, чтобы он был слишком заинтересован в отношениях с Екатериной. А следовательно, у него нет мотива для убийства её мужа. Оставим Карасёва на закуску.

– Оставим, – согласился Миндаугас. И вспомнил, что оставил на кухне размораживаться карасей, которых собирался пожарить на обед. Если они поторопятся домой, то он ещё вполне успеет осуществить свои планы.