Забытые крылья - Наталья Лирник

– О, как здорово! Вы все разом! А Лешка где?

– Леша машину закрывает и несет сумку, – ответила Маша. – Они с Майей Васильевной сейчас придут.

* * *

Новоприбывшие разбрелись осматривать дом, отстал только Леша. Пользуясь тем, что его пышноволосая подружка Маша внимательно слушает рассказы художника Мити о повседневной жизни пансиона, он потянул Светлану в сторону и, почти прижав ее к стене коридора, сказал:

– Нам надо поговорить.

– Леш, ты с ума сошел? Что за тайны? – Светлана смотрела на него строго, хмуря темные брови, на ее щеках загорелся нервный румянец.

– Ты прекрасно знаешь, о чем я. Свет, я не могу больше. Я от тебя с ума схожу. Скажи, что у нас все будет.

– У нас ничего не будет, – прошипела она возмущенно, стараясь, чтобы ее не услышали ни с веранды, ни из гостиной, куда переместилась импровизированная экскурсия. – Никогда ничего не будет.

Леша схватил ее за руку, и она вздрогнула. Электричество в них, что ли, в этих двадцатилетних парнях с их тонкой гладкой кожей, с этими горящими глазами. От одного прикосновения в жар бросает.

– Леша, ты немедленно отпустишь мою руку и больше никогда ко мне не прикоснешься, – тихо и яростно отчеканила Светлана. – Никогда, ты понял?

– Это из-за Маши, да? – Он тоже старался говорить тихо, но напряжение между ними было такое, что каждую секунду казалось: вот сейчас сорвется на крик. – Свет, она мне не нужна совсем. Просто глупая девчонка. Я люблю тебя. Я на все готов. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

– Леша! Ты меня на двадцать лет моложе! Ты сын моей подруги! Ты сошел с ума, и у тебя это пройдет. Понимаешь? Это помешательство!

Леша снова коснулся ее руки, и Света чуть не вскрикнула.

«Да что же это со мной, в самом деле?» – Паника уже мешала дышать.

– Ребята? – возникший в коридоре Митя посмотрел на них с интересом.

– Да, Мить! – очень громко откликнулась Света и улыбнулась художнику. – Как вы там?

– Ну как, – слегка удивленно ответил Митя, растягивая слова и осматривая взволнованного, напряженно вытянувшегося у стены Лешу и раскрасневшуюся Светлану. – Я провел твоих гостей по дому, объяснил им, куда смотреть, и уже готов ухаживать за тобой, моя радость.

– Чудесно! Пойдемте на веранду. Наверно, уже пора садиться. Леша?

Молодой человек, словно очнувшись, тряхнул головой и сказал:

– Да, конечно. Иду.

– Только сначала на кухню, надо напитки забрать. – Митя пошел вперед вальяжной походкой уверенного в своей привлекательности мужчины, и Света, не оглянувшись на Лешу, двинулась за ним.

В слишком тесной для большой компании кухоньке на небольшом столе стояли многочисленные бутылки.

– Ого! – радостно присвистнул Митя и, картинно поигрывая мускулами, начал азартно перебирать разномастные сосуды и читать этикетки. – Может быть, пока высокое собрание изучает дизайн интерьеров, мы выпьем аперитив? Молодой человек?

– Нет, спасибо, – мрачно отозвался Леша. – Я за рулем.

– А мне налей, Митя, – решительно сказала Света.

– Мадам! Ваш подход меня радует! – обрадованный Митя немедленно полез в кухонный шкафчик и, достав две разномастные рюмки, плеснул в них бехеровки из овальной бутылки темного стекла.

Светлана, быстро чокнувшись, опрокинула рюмку и сразу протянула ее снова:

– Еще!

Митя удивленно поднял брови, но без возражений налил. Леша молча вышел из кухни.

– Проблемы с молодым человеком?

– Ну что ты, Митя, какие у меня могут быть с ним проблемы, – рассмеялась Светлана. – Все прекрасно. Просто прекрасно, дорогой.

– Еще одну?

– Ну давай, – кивнула Света. – И пойдем уже, там стол накрыт.

– Несомненно, мы пойдем. Прямо сейчас. – Митя притянул к себе Светлану и медленно, со вкусом поцеловал. – Наконец я могу себе позволить то, о чем мечтал с весны.

На этот раз электрического удара не случилось, но на поцелуй Света ответила с удовольствием: судя по всему, репутацию опытного соблазнителя Митя заработал честно.

– Ох, Митя, Митя… – Она взглянула на него поощрительно, но высвободилась из объятий. – Пойдем, а то нас застукают.

* * *

– Давно у нас не было такого большого сбора, – сказала Света, оглядывая стол.

Она выглядела очень оживленной: глаза горели, глубоко расстегнутая белая рубашка подчеркивала смуглую яркость кожи. Леша, которого посадили рядом с Машей прямо напротив хозяйки дома, старательно отводил взгляд.

– Да, как в старые добрые времена, – зычно откликнулся Михаил Степанович. – Ну что ж, друзья, прошу поднять ваши бокалы и отпраздновать успех художественного пансиона, который придумала и открыла моя дочь! За успех Светланы и Нади!

Звон бокалов, стук столовых приборов и застольные разговоры заполнили старую веранду. За окном уже начинались сумерки, и круглая лампа с абрикосовым абажуром с кисточками отражалась в промытых стеклах ажурных окон.

Майя Васильевна, сидевшая между Вадимом и Машей, секунду раздумывала, с кем из соседей по столу затеять разговор, и рассудила, что лучше начать с девушки. Сын пока пусть займется Надей, ее надо любой ценой возвращать в лоно семьи.

– Машенька, а чем вы занимаетесь? Учитесь? – ласково спросила вдова у девушки, которая едва притронулась к положенному на ее тарелку салату.

– Да, учусь, – кивнула Маша. – На филологическом. Мы с Лешей на сачке познакомились.

– Ой, как интересно, – Майя Васильевна с непринужденностью опытной светской львицы пропустила незнакомое слово мимо ушей. Она нечасто общалась с молодыми девушками, но была уверена, что найти универсальную тему не составит труда. – И чем же вы занимаетесь?

– Учусь, – с некоторым удивлением повторила Маша. – На третьем курсе.

– Да-да, конечно, – слегка смутилась вдова и объяснила: – Я имела в виду вашу сферу интересов – вы ведь, наверно, изучаете литературу? Русскую?

– Ну, Пушкина я люблю, – рассеянно ответила девушка, пытаясь угадать, что случилось с Лешей, который по дороге в Кратово был оживлен и весел, а сейчас как будто отключился от происходящего за столом.

«Он думает, мне тут очень интересно с этим старичьем? – возмущалась про себя девушка. – Только этот патлатый вроде ничего выглядит, да и он какой-то…»

– Пушкина! – озадаченно кивнула Майя Васильевна, которой казалось, что у студенток филологического должны быть более оригинальные вкусы. Впрочем, Пушкин – это всегда хорошо. – И чем же вы планируете заниматься после университета?

– Ну, пока не решила, – призналась Маша. – Может, пойду к отцу в офис, пресс-секретарем каким-нибудь. А может, всерьез займусь цифровым искусством.

– Простите, чем? – Майя Васильевна не донесла до рта вилку с изящно наколотым кусочком огурца.

– Ну цифровым искусством. Рисую я, на компьютере. Иллюстрации всякие. Ну, это для другого поколения, конечно. У меня даже родители не очень понимают, чем я занимаюсь, а уж они у меня помоложе, конечно. – И Маша отвернулась к Леше, не