Лететь выше всех - Керри Гринвуд

Фрина проснулась в два часа посвежевшая, но ее тело по-прежнему болело. Дот еще спала. Сквозь ставни пробивался холодный зимний свет и доносился шум моря. Она осмотрела одежду, купленную Дот, особенно странную маленькую шляпку. Она надела ее и подошла к зеркалу. Замечательно! Бисер добавлял тяжести, так что шляпка великолепно сидела на голове. Фрина обмотала шарф вокруг шеи.

– О любительница тайн, – проговорила она и послала воздушный поцелуй своему отражению. Надев черную юбку и красный шерстяной жакет, она спустилась вниз, посмотреть, не встал ли уже кто-нибудь из ее команды.

Дежурный за конторкой улыбнулся ей.

– Остальные отправились погулять по берегу, мисс Фишер, – сказал он уважительно. – Девочка настояла.

Фрина улыбнулась. Если Кандида что задумает, не отвертишься. Она подобрала юбку, спустившись по ступеням, перешла дорогу и направилась по тропинке к пирсу.

День выдался холодный, и на берегу почти никого не было. Фрина отыскала Кандиду, ее родителей, Банжи и Джека; они сидели на берегу и довольно безуспешно пытались строить замки из песка.

– Так не годится, – сказала Кандида, когда ее замок рассыпался от порывов ветра. – Лучше сделай мне аэроплан, дядя Джек.

Джек Леонард перебрался поближе к кромке воды и обнаружил, что мокрый песок лучше держит форму. Банжи последовала за ним, чтобы помогать советами.

– Вылепи «Фоккер», – подсказала она. – Ты видела наш самолет, Фрина? Я вынуждена была посадить его на песок. Пришлось с ним немного повозиться, чтобы заставить остановиться: хотел было въехать прямо в воду, а это уже никуда не годится. Охранник вызвался постеречь его. Он служил в военно-воздушных силах Ее Величества. Замечательный старикашка. Пожалуй, нос должен быть подлинней, Джек.

Джек послушно увеличил нос. Кандида нашла подходящие камешки для мелких деталей. Молли и Генри сидели на холодной каменной ступеньке. Молли откинулась назад и оперлась на мужа. Он обнял ее и склонил голову ей на плечо. Фрина хотела было незаметно удалиться, но Молли протянула ей руку.

– Мы вам всем обязаны, Фрина. Просто не знаем, как отплатить вам.

– Вам нет нужды платить мне. Я бы ни за что не упустила такое дело. Самой смелой из всех оказалась Банжи. Надеюсь, Генри рассказал вам, какой она замечательный летчик.

– Настоящий ас, – подтвердил Генри. – У нее чутье на воздушные потоки, ей-богу. А кто этот Майк, о котором все твердит Кандида?

– Вы читали рассказы о Шерлоке Холмсе? – спросила Фрина, усаживаясь у Генри в ногах.

– Конечно.

– «Пожалуй, он заслуживает снисхождения», – процитировала Фрина. – Его втянула в это взбалмошная жена. Негодяй, которого я сегодня передала полицейским, был главным зачинщиком. Когда Сидней застрелил жену Майка и хотел расправиться с Кандидой, Майк понял, что им не по пути, выпустил девочку в сад и велел ей бежать, а потом бросился на Сида. Тут я подоспела и прострелила мерзавцу запястье. Майк спас Кандиде жизнь. Но даже если мы все заступимся за него, ему грозит не меньше десяти лет. Так что я дала ему сто фунтов, велела отправляться домой и сообщить в полицию, что его машину украли. Конечно, они будут его подозревать, но ничего доказать не смогут. Он хороший парень, Генри видел его.

– Так это Майк поцеловал Кандиду на прощание? Рад, что повстречал его. Я ему многим обязан.

– Я сказала ему, чтобы он дал мне знать, если не сможет найти работу. Я пошлю его к вам, если он объявится.

– Вы правильно поступили, Фрина. Ужасно, если бы нам пришлось давать показания против него.

Молли посмотрела на Кандиду, которая делала шасси для аэроплана. На девочке было голубое платье, к которому сзади носовым платком был привязан мишка.

– Не думаю, что Кандида сильно пострадала, – проговорила Фрина, – хотя, возможно, ей будут сниться кошмары. Она не видела, как застрелили ту женщину, и Сид до нее не добрался.

– Вот это меня удивило. Он ведь растлитель малолетних, так? – уточнил Генри. – Не знаю, как спросить ее об этом.

– И не надо. Может, Сид поначалу и имел на нее виды, но, когда Кандида очнулась от эфира, ее вырвало прямо на него. Он мне сам пожаловался.

Генри рассмеялся.

– Ну и молодчина у меня дочка!

Ужин в парадной зале прошел очень весело. Фрина заказала хорошее шампанское и спустя немного времени все почувствовали себя счастливыми. Еда была превосходной: тыквенный суп-пюре, филе миньон по-охотничьи и шербет из персиков, нектаринов, гранатов, лимонов, апельсинов и грейпфрутов. Кофе был ароматным, а домашние шоколадные конфеты великолепными.

Фрина в изящной шляпке ела так, словно постилась много месяцев кряду. Дот радостно встречала каждое новое блюдо. Кандида, которой разрешили ужинать вместе со взрослыми, руководила церемонией сжигания своей ночной рубашки – последнего свидетельства ее пленения. Девочка настойчиво кормила мишку конфетами. Золоченая люстра с высокими подсвечниками освещала массивные серебряные блюда. В камине ярко горели поленья. Из всех финалов приключений этот был самым лучшим.

– За Кандиду! – провозгласила Фрина и подняла бокал.

Дядя Джек позволил ребенку отхлебнуть из своего бокала. Девочка рассмеялась. Она знала, что по обычаю следует отвечать на тост. Кандида покрепче прижала к себе мишку, чтобы он не заробел, и встала на стул.

– Дядя Джек, тетя Банжи, мамочка, папочка, Дот и Фрина, – начала она. За столом воцарилось молчание. Кандида почувствовала, что любит всехвсех. – Спасибо за то, что вы нашли меня и привезли мишку, – сказала она, а потом перебралась на колени к Фрине и запечатлела на ее щеке влажный поцелуй.