Амур с гранатой - Дарья Донцова

– Подумаю, чем смогу помочь, – ответил тот.

Утром Эвелина поселилась в квартире Инессы и начала исполнять свою роль. А через месяц Михайлов сказал ей, что Светлана не имеет никаких прав на жилье умершей старушки. Завещания нет, Федорова соврала про него. Прописана Света в какой-то коммуналке, но это уже неинтересно. Апартаменты бабушки освобождены, незаконно проживавшие там лица выселены. Квартиру выставят на продажу, деньги послужат первым взносом за ипотеку дома, который выберет Романова. Липова и Брасова вернулись в свои квартиры, которые достались им от родителей. Девушек предупредили, что им не следует искать Эвелину, в противном случае им придется плохо. Куда делась фальшивая Федорова? Это никому не известно.

Все это Михайлов ухитрился проделать в кратчайший срок. Каким образом ему это удалось? На этот вопрос он не ответил, а задал свой:

– Почему ты не потребовала показать тебе завещание?

– Не знаю, – растерялась Романова, – сразу поверила, что оно есть. Мне всегда казалось, что бабушка любит Светлану больше, чем меня.

Через некоторое время Эвелина стала обладательницей коттеджа, у них с Андреем завязался роман, дело пошло к свадьбе. Прошлое казалось забытым. И вдруг случились авария и истерика Липовой. Жених и невеста посоветовались и решили, что им следует все сообщить мне. Они не понимали, с какой целью Светлана приходила в вуз. Андрей посмотрел видео с камер и удивился. Федорова вошла в холл, села в кресло, она определенно кого-то ждала. Минут десять женщина рылась в своем телефоне, потом ей позвонили, и девица ушла.

Я посмотрела на Коробкова.

– Конец истории.

– У меня есть к ней добавление. Дима об этом уже знает, а ты пока нет, – сказал Егор. – Ездил в морг, куда привезли тело сбитой Федоровой. На женщине оказался парик, на лице плотно лежал грим. Издалека погибшую можно принять за Светлану, в особенности если вы ее плохо знаете или не знаете совсем. Фигура похожа, прическа та же. Но после того, как сняли парик и смыли боевой раскрас, проявилась другая внешность. Имя установил быстро – Ирина Брасова, подруга Флоры Липовой. Девушка работала стриптизершей в клубе, несколько раз попадала в зону видимости полиции, но всегда выскакивала из воды сухой. Не так давно она стала администратором в клубе для взрослых.

– Да уж, – пробормотал Коробков, – чем дальше в лес, тем толще зайцы.

Тут у меня зазвонил телефон. На экране высветился номер Олега Гаврилина, он у нас занимается спутниковой связью.

– От вас несколько дней назад имелся запрос на отслеживание автомобиля, – начал мужчина, как всегда, забыв поздороваться, – седан, цвет черный, зарегистрирован на Светлана Андреевну Федорову.

– Да, – подтвердила я, – мы выяснили что на эту женщину зарегистрирована машина, седан «Тойотта Королла» черного цвета. А ДТП со смертельным исходом совершил именно такой седан, номера которого никто не заметил. Поэтому и обратились к тебе с просьбой проследить за этим автомобилем. Предположение притянуто за уши. А вдруг оно верно? Ты сразу сказал, что машина находится на платной стоянке у торгового центра на Рязанском шоссе. Мы просили присматривать за ней.

– Вы просили, я смотрел, – продолжил Гаврилин, – каждый день докладывал Коробкову: без изменений, стоит, никуда не едет. Но сейчас она сдвинулась с места, направилась…

– Куда? Говори быстрей, – потребовала я.

– Говорю так быстро, как могу. Конечный пункт направления неизвестен, едет по МКАДу.

Мы все разом встали.

– Докладывай все о передвижении автомобиля! – велела я. – Нам необходимо понять, куда он держит путь, и попасть в ту же точку как можно быстрее!

Через секунду мой телефон занервничал снова.

– Здравствуйте, – тихо сказал женский голос, – это Флора Липова. Я готова. Могу вам все сейчас рассказать по «Зуму». Только у меня самолет через час, я в аэропорту.

Глава тридцать вторая

Руководимые Гаврилиным, мы в конце концов выехали на Ярославское шоссе и помчались по нему.

– Село Скамейкино, – в конце концов сообщил Олег. – Нужный автомобиль припарковался во дворе дома двенадцать. Благодарности принимаются в жидком виде, в бутылках. На этикетке должны быть слова на иностранном языке, запоминайте: «Хеннесси», «Реми Мартин», и еще там должны стоять буквы «ХО». Предоставление данной тары обеспечивает вам два месяца свободного доступа ко мне и «Глонассу». Через шестьдесят дней возможность иссякнет, но легко возобновится после вручения новой порции вышеупомянутых средств.

– Если через два месяца, то это будет шестьдесят один день, – возразил Димон.

– Или пятьдесят восемь, если на дворе февраль, а год не високосный. Не стоит мелочиться, – отрезал Олег, и из трубки полетели частые гудки.

Скамейкино оказалось небольшим и определенно старым селом, прогресс до него пока не добрался. Новомодных коттеджей, охраны и высоких заборов здесь нет, но все дома крепкие, из нескольких труб идет дым. Следовательно, в деревне постоянно живут люди, осенью и зимой они не уезжают в город. Часы показывали восемь вечера, но на улицах никого не было видно. Завтра рабочий день, погода плохая, сырая, холодная – лучше сидеть на диване у телевизора и пить чай с вареньем.

Нужный нам дом оказался последним на улице, стоял у самого леса, в глубине большого участка. Димон осторожно открыл калитку.

– Собаки, вроде, нет.

– Одно окно только светится, – отметила я.

Коробок показал на небольшую машину, припаркованную на площадке.

– Вот уж глупый поступок! Прикатить на своем автомобиле!

– Ну не идти же пешком, – хмыкнула я. – Добираться на своих двоих неудобно. И хорошо, что тачка здесь. Значит, те, кто в доме, ощущают себя в безопасности, не ждут нас.

– Ступай в микроавтобус, – велел Димон. – Быстро прикреплю аппаратуру и вернусь.

Я кивнула и отправилась в черный минивен, в котором молча сидели четверо крепких парней и Егор. Коробков примчался минут через десять и быстро сел за свои ноутбуки.

– Похоже, нужная нам мадам действительно не чувствует себя в опасности.

– Понятно почему, – тихо отозвался Егор. – Нам бы ее никогда не найти, хорошо, что Олег коньяк любит.

– Тсс! – шикнул Димон.

И я услышала голос.

– Не ожидала меня увидеть? – спросило сопрано. – Ты так отлично спряталась, что и не найти… Послушай, давай прекратим войну!

– Не я ее начала, – отрезало меццо. – Не моя была идея.

– Справедливо, – согласилось сопрано. – Но счастья ни одной из нас боевые действия не принесли.

Диалог плавно потек дальше.

– Ты мне завидовала, – спокойно произнесло меццо.

– Верно, но ведь было чему. Тебя, младшую дочь, прямо на руках носили.

– С удовольствием бы избавилась от того, что получила с рождения. Понятия не имеешь, каково жить таким, как я.

– Ты права! – воскликнула женщина.

– Я? Права? Неужели слышу это слово?

– Давай