Ночь Нептуна - Яна Розова

Не было еще и девяти утра, когда Павел Петрович снова шел через поле от отеля к Боровиковке. На нем были приличные брюки и белая футболка, на ногах — кеды, на носу — солнечные очки. Паша считал, что девушка, пережившая однажды изнасилование, будет напряженно относиться к любому мужчине, который начнет приставать к ней с интимными разговорами. А разговор о том, что случилось с Надеждой Собакиной пять лет назад, он считал интимным.

На пороге симпатичного частного дома, окруженного солидным каменным забором и фруктовыми деревьями, Пашу поджидала совсем молоденькая невысокая женщина, уже расплывшаяся, видимо, после родов, потому, что на руках у нее сидел годовалый малыш. Он с большим любопытством смотрел по сторонам, а из уголка красного ротика стекала слюнка.

В контраст живому личику ребенка выражение лица его матери было уныло-туповатым. Маловыразительные голубые глаза, приплюснутый носик и жидкие волосы мышиного цвета разочаровали Пашу. Ему почему-то казалось, что жертва насильника должна была чем-то привлечь его внимание, вызвать в нем неконтролируемое желание своей красотой.

— Здравствуйте, — улыбнулся Паша Надежде. — Простите, что отвлекаю. Вас Петр Макарыч предупредил, о чем я собираюсь с вами говорить?

— Здравствуйте, — ответила Надя на слова гостя, не ответив на его улыбку. — Ага, предупредил…

Она провела гостя во двор, опустила ребенка на землю. Усадила Седова за деревянный, вкопанный прямо в землю стол, налила сладко пахнувший компот.

— Угощайтесь.

Села напротив.

— Вы, наверное, знаете, Надя, что на пляже, с той стороны, где построен отель, пропало несколько девушек?

— Нет. Я не знала…

— Одна из пропавших девушек перед смертью встречалась с мужчиной. У них было свидание. Вы понимаете, о чем я?..

Надя кивнула и отвела глаза.

— Возможно, что она встречалась с тем мужчиной, на которого вы написали пять лет назад заявление в милицию. Понимаете?

Паша никак не мог удержаться от этого «понимаете», потому что об эмоциях Нади приходилось только догадываться. Ни мимика, ни язык тела не выдавали ее чувств.

— Нет, они не с ним встречались. Не с Андреем.

— Его зовут Андрей?

Почти перед каждым своим ответом на Пашин вопрос Надя делала небольшую паузу, словно бы зависала, как слабоватый компьютер.

— Да, — сказала она бесцветным голосом и поглядела на ребенка. — Андрей Горелов. Я предала его.

— Чего? — не сдержался Павел Петрович. — Как это? Или вы о том, что заявление на него написали?

Надя моргнула, будто ей в глаза попала мошка.

— Нет, вы же ничего не знаете. У нас любовь была. — И эту фразу она сказала ровным тоном биоробота. — Андрей сюда на целое лето приехал из Гродина. Он уже в институте учился, а я только школу закончила. И он меня еще в июне на пляж ночью звал. Он говорил, что любит меня очень, что я самая красивая девушка в Боровиковке. Он таких, как я, раньше не видел. И все у нас будет по-настоящему: мы поженимся, я рожу ему сыночка, и он будет меня на руках носить.

Она замолчала на пару секунд. Паша, подняв брови, наблюдал за ней, испытывая к девушке в основном жалость.

— А я не хотела на пляж идти, — продолжала свою исповедь Надежда, — думала, что Андрей мне врет. А просто хочет со мной этим делом заняться. А он снова и снова звал. А девчонки всегда надо мной смеялись и говорили, что я замуж не выйду. Я и пошла с Андреем на пляж. Даже не один раз. У нас была настоящая любовь. Правда. А потом он загулял с другой девчонкой. И я обиделась, подала в милицию заявление. Андрея задержали. Я всю правду рассказала про него. И тут его отец приехал. Он сказал мне, чтоб я заявление забрала, а тогда Андрей на мне женится. Но сам меня обманул, увез Андрея домой.

Она замолчала. Паша подождал немного продолжения ее мыльной оперы, но не дождался.

— А скажите мне еще такую вещь, Надежда: Андрей вас не звал купаться ночью?

— Купаться? Зачем?

— Ну, — Паша слегка замялся. — Романтика.

Надя продолжала изумляться:

— Какая романтика? Нет, мы любовью занимались, а не лезли в воду, как дети малые.

— Понятно, — сказал он. — Надя, а с кем загулял тогда Андрей?

— С Олеськой Авериной.

Решив, что разговор исчерпан, Паша встал из-за стола. Этот Андрей встречался и с первой жертвой, что показалось Седову интересным обстоятельством.