Вырванное сердце - Алексей Сухаренко

От такого воспоминания на душе стало нестерпимо плохо. С особой остротой почувствовались серость и однобокость сегодняшней его жизни. Захотелось заново окунуться в тот, ушедший праздник. Однако он знал, что тех минут уже не вернуть. Они были особыми и не повторятся уже никогда. Грачёв поморщился, как от зубной боли, вспомнив причину резких перемен, которая перечеркнула их счастливую супружескую жизнь.

Магомед появился в их жизни через три года так же неожиданно, как и исчез. Он выиграл чемпионат мира и теперь рассекал по улицам района на дорогом БМВ, который купил на призовые от Спорткомитета России. Подруги жены ему доложили, что молодой красавец ищет с ней встречи. Егор стал замечать перемены и в жене. Сначала он заметил, как глаза его Светлячка перестали блестеть живыми огоньками. Словно потускнели. Жена стала более задумчивой. А в день разговора она пришла словно вся наэлектризована. Грачёв уже знал, что спортсмен подъезжал к ней на работу и о чем-то говорил с его женой. Однако он не торопил Свету, ждал, когда она захочет выговориться сама. А она молчала. Пару раз обращалась к мужу, словно начинала разговор, но потом срывалась на какие-то бытовые пустяки. Словно пугалась собственной решимости. Собственно, эти самые бытовые проблемы, нехватка денег, и помогли начать разговор. Жена вдруг села на стул, устало скрестила руки и осмотрела их бедную обстановку в комнате семейного общежития.

– Мы никогда отсюда не выберемся, – обречённо, словно заблудившийся в тайге путник, произнесла девушка. – Так и просидим до конца жизни в общаге.

– Не сгущай краски, не всё так и плохо, – осторожно вступил в диалог Грачёв, ожидая более критичного развития. – Главное – мы есть друг у друга. И я тебя безумно люблю.

– Не всё так плохо? – Светлана зацепилась за первые слова мужа. – Я устала от клопов в детском доме, надеялась – выйду замуж, а опять общага и клопы.

– Да где? Уже месяц как вытравили. – Грачёв, почувствовав серьёзность разговора, попытался свести всё к мелочам.

Светлана заплакала. Егор понял, что их брак трещит пополам, и причина этому – здоровенный, под два метра, накачанный горец, который как змей-искуситель наверняка обволакивал сегодня его жену своими сладкими, обольстительными речами.

– Послушай, Светлячок, просто нам нужно немного изменить и разнообразить нашу жизнь, – решился использовать «секретное» оружие муж. – Мне кажется, всё уляжется, когда рядом с нами появится маленький карапузик.

Всхлипывания прекратились, и Светлана посмотрела мужу в глаза.

– А разве мы уже три года не пытаемся родить ребёнка? – По её глазам было видно, что выливаются не слёзы, а то, что накипело за это время. – Ещё одну жертву для бытовых кровососов? Я не хочу, чтобы моего ребёнка жрала всякая гадость. Мало я натерпелась? И ребёнку по наследству передать хочешь мои мучения? Может, оно и к лучшему, что нам Бог не даёт ребёнка!

– Ты что такое говоришь? – У Грачёва потемнело в глазах от обиды. – К лучшему?

– Прости! – опомнилась Светлана, прильнув к мужу. – Прости меня, дуру, на нервах, сгоряча сказала. Достали меня доброхоты разные, всё советы дают о лучшей доле.

– С этого места поподробней! – тоном, не терпящим возражений, потребовал лейтенант Грачёв.

Светлана рассказала, как к ней на работу приехал её бывший ухажёр. Привёз огромный букет роз и пригласил в ресторан. Он не реагировал на все её увещевания, что она теперь замужняя женщина и не сможет поддерживать с ним даже дружеских отношений из-за боязни ненужных кривотолков.

– А он мне всё про то, что я достойна лучшей жизни, – эмоционально пересказывала Егору жена, – что муж твой нищета и не сможет содержать тебя и ребёнка в достатке. Говорил, чтобы я уходила от тебя, пока не поздно. Пока у нас нет детей, это всё просто. Звал замуж, говорил, что никак не смог меня забыть. Кольцо обручальное показывал, дурак нерусский.

Последние слова были произнесены как-то по-доброму, что только ещё больше разозлило мужа.

– Значит, эта чурка неотёсанная не понимает человеческого языка, – рассвирепел Грачёв. – Реваншист чёртов! Спортивная гордость не позволяет признать поражение? Хочет до победного конца! Ладно, сделаю я ему финишную черту из стальной проволоки.

– Егор, пообещай, что ты не будешь делать ничего противозаконного! – испугалась жена.

– Разве я могу? – Он изобразил на своём лице удивление. – Я же сам слуга закона.

«Ишь, глаза какие испуганные сделала! За кого переживает? За меня или… Да нет, не может быть!»

Одна шальная мысль, и в голове Грачёва моментально возникла червоточинка, лишившая его былой уверенности в чувствах жены. Сомнение возникло, а разрешить его прямым вопросом было непросто. Так и поселился в его голове, как в спелом яблоке, червь. И стал медленно выедать мозг, словно сердцевину плода. Нужно было что-то решать. И он решил быстро и жёстко. Договорился со своими коллегами из уголовного розыска, которые знали о его непростой семейной ситуации и сразу согласились помочь своему коллеге. Для этого они отсыпали из хранящихся в уголовном деле вещественных доказательств десяток граммов героина и оперативно провели операцию по обезвреживанию очередного продавца смертельного порошка. Этим «продавцом» и стал ухаживающий за женой Грачёва горец.

Чтобы всё прошло «штатно», они заранее отслеживали маршруты поездок Магомеда, засекали, где и сколько по времени он отсутствовал, и наконец на одной из его остановок, у шашлычной, куда он часто приезжал перекусить, подкинули наркотик и задержали борца с «поличным».

После удачной операции для всех коллег, принимавших участие в аресте «наркодилера», благодарный Егор «накрыл поляну» и вернулся в общежитие очень поздно в совершенно непотребном виде. Видимо, тогда он и не удержал язык за зубами, похваставшись перед женой, что их семейная проблема решена. А решена если не раз и навсегда, то как минимум лет на пять. Утром он проснулся с головной болью, но в приподнятом настроении. Правда, его хватило ненадолго.

– Это правда? – Первое, что спросила его жена, когда увидела, что он не спит.

– Что? – не понял Егор.

– Это правда, что ты подбросил наркотик Магомеду?

Её взгляд не сулил Грачёву, что она разделит с ним его радость.

Наоборот, он говорил о предстоящем тяжёлом разговоре, который неизвестно чем может закончиться.

«Проболтался, идиот, – зафиксировал мозг мужчины. – Теперь получишь всего сполна… Может, соврать, что так всё совпало? Да нет, убедить её, что спортсмен наркоман, невозможно. Впрочем, и что продавал наркотики, она тоже не поверит. Значит, нужно искать другие аргументы».

— Это я сделал только ради нас, – не стал ничего придумывать Грачёв. – Наш брак трещал по швам. Это нужно было прекращать.

– Всё как раз наоборот, – грустно, с некоторым отчаянием в голосе произнесла Светлана.

Было видно, как она напряжена, но очень старается сохранить спокойствие, чтобы не дать волю переполняющим её чувствам.