Покровитель влюбленных - Марина Серова

– Верю, – серьезно ответила я. – Поверила, когда увидела, что ты меня не узнал. Что принял за другую женщину, а разглядывать не стал, чего ни за что бы не сделал в другой ситуации. При твоей-то любвеобильности…

– Ты все неправильно понимаешь! – категорически заявил Папазян. – Ты делаешь из меня какого-то бабника, любвеобильного ко всем подряд! А я всего лишь любвеобилен к тебе одной!

Папазян шагнул мне навстречу и крепко сжал мои руки. Признаться, в тот момент я была очень рада и даже благодарна ему за то, что он переживает за меня, за то, что готов помочь, и даже просто за то, что он оказался на месте и у него был включен телефон. Но на лирические отступления у меня не было ни времени, ни желания, поэтому я быстро, мягко, но решительно отстранилась и спросила:

– Так что делать-то будем, Гарик? Нужно к питерским ментам обращаться. С тобой мне это проще будет сделать.

– Значит, так, – сдвинув соболиные брови, решительно проговорил Папазян. – Сегодня уже поздно. А вот завтра, прямо с утра, мы едем с тобой вместе и все решаем. Договорились?

Я не стала спорить с таким решением. Признаться, я очень сильно устала. Так сильно, что это ощущение перебивало даже чувство голода, которое к ночи у меня разыгралось не на шутку. Гарик сходил вниз в кафе и принес оттуда горячий обед на двоих. Я чуть ли не засыпала в кресле, но аромат курицы со специями вернул меня к жизни. Через пару минут я за обе щеки уплетала окорочок с хрустящей сырной корочкой и закусывала салатом из свежих помидоров.

После ужина нужно было решить вопрос с моим ночлегом. Гарик предлагал решить его легко и непринужденно: я просто остаюсь в его номере до утра.

Ночевать я все-таки пошла в другой номер, снятый на сутки. Прежде чем уснуть, я достала свои кости и со вздохом бросила их на постель.

36+20+10. "Надо остерегаться контактов с теми, кого вы неосторожно обидели, так как они этого не забыли и хотят отомстить вам".

– Спасибо, дорогие, – грустно прошептала я и, рухнув на подушку, мгновенно уснула…

Наутро меня разбудил звонок сотового. Звонил Папазян.

– Просыпайся, Таня, – серьезно проговорил он. – Я уже договорился, сейчас едешь со мной и все рассказываешь. Ребята обещали помочь. Я жду тебя внизу у входа через двадцать минут.

Я быстро умылась и привела себя в порядок. Волосы, прокрашенные вчера тушью, теперь не выглядели столь привлекательно: краска не была стойкой, она была рассчитана на однократное использование, так что теперь мои волосы приобрели какой-то грязно-серый неровный оттенок. Но мыть и сушить их было некогда, этим, по-хорошему, нужно было заниматься вчера, но у меня просто не было сил на такие глупости. Поэтому я, вздохнув, просто тщательно причесала их, пригладила и туго обмотала голову косынкой на манер банданы, придав себе весьма креативный вид.

– Что ж, вполне хорошо, – сказала я своему отражению и, заперев номер, спустилась в вестибюль.

– Завтракать некогда, – наставлял меня Папазян, ведя под руку на стоянку такси перед гостиницей. – Так что ты уж не ной, не строй из себя страдалицу, а потерпи.

– Да ты что, Гарик? – возмутилась я. – Когда это я ныла или страдалицу корчила? Ты уж что-то совсем…

– Да знаю, знаю, – примирительно похлопывал меня по плечу Папазян. – Просто я предупреждаю, что люди здесь серьезные, занятые, тебе, может, непривычно…

– Да ладно! – саркастически ухмыльнулась я. – А то я со столичными ментами не общалась! И уж кто-кто, а я-то свои гонорары отрабатываю, как лошадь! Если только вы в своих кабинетах баклуши бьете! Видно, не зря вас народ ругает!

– Ладно, ладно, – поморщился Гарик, который уже не рад был, что завел этот разговор.

Он усадил меня в такси на переднее сиденье, а сам пролез назад – видимо, чтобы избавиться от моих возмущений. Через пятнадцать минут мы поднимались по лестнице РУВД Северного района Санкт-Петербурга. Папазян постучал в дверь с номером двадцать четыре, и мы прошли внутрь. За столом сидел мужчина лет тридцати двух, одетый в гражданскую одежду.

– Капитан Краснов, – представился он, когда мы с Папазяном вошли в кабинет.

– Татьяна, – ответила я.

– Гарик говорил, что у вас проблемы, – кивнул Краснов. – Расскажите по порядку, пожалуйста…

Я набрала в легкие побольше воздуха и рассказала все, что произошло со мной с момента прибытия в Питер, не забыв упомянуть и о том, что всему этому предшествовало.

– Аристократ, говорите? – задумчиво произнес Краснов и побарабанил пальцами по столу.

– Да, Аристократ, – повторила я. – Во всяком случае, так он представился Павлу Мохову. А вы что, знаете его?

– Да есть у нас тут один Аристократ, – усмехнулся Краснов.

Он снял телефонную трубку и попросил дежурного принести какое-то "Дело". Через несколько минут дежурный положил перед Красновым несколько увесистых папок.

– Вот, – потряс ими капитан перед нами. – Проходили у нас такие несколько лет назад, Аристократ и Круглый. Вовчик Аристов и Санек Круглов.

– Точно, он еще говорил – спроси Аристократа или Санька, – кивнула я.

– Вот-вот, – невесело усмехнулся Краснов.

– Что-то не так? Вас что-то смущает? – насторожилась я.

– Меня смущает, что дело серьезное, потому как ребята соответствующие, – сказал капитан. – Отсидели в свое время за разбой. Причем с убийством. Еще несколько случаев доказать не удалось, хотя это стопроцентно они. Рецидивисты, не успели отсидеть первый срок, заработали второй. Но сейчас уже лет пять как на свободе. Был с ними и третий… – Краснов выразительно посмотрел на Папазяна. – Капитан как раз по его душу грешную и прибыл.

Папазян усмехнулся. Я внимательно переводила взгляд с одного на другого и ничего не понимала.

– Помнишь, я тебе рассказывал про деятеля, из-за которого меня в Питер вызвали? – спросил Гарик. – Ну, я еще говорил, что он уроженец Тарасова, что последний срок ему тарасовский суд присудил?

– Помню, – кивнула я. – И что?

– А то, что этот самый Горохов Виктор Сергеевич, тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года рождения, был недавно обнаружен мертвым… И подозреваются в его убийстве как раз Аристократ с Круглым. То есть Аристов и Круглов. Они втроем дружили, втроем и срока получали. Кстати, недавно было совершено громкое преступление: инкассаторов ограбили при ювелирном. По приметам, по почерку – их работа. Правда, самих их найти не удалось, равно как и деньги. А вот Горохов некоторое время спустя, буквально несколько дней назад, был обнаружен мертвым. Пулевое ранение в голову. Да вот "Дело", можете сами ознакомиться, – и Краснов пододвинул мне одну из папок.

Я открыла ее, машинально пробежав глазами данные убитого: фамилия-имя-отчество, дата рождения, адрес… Стоп! Строчки резанули меня по глазам. Я поняла, что совсем недавно где-то уже слышала именно этот адрес. Я посмотрела еще раз: Флотская, дом пять, корпус один, квартира девяносто шесть… Именно этот адрес называл мне вчера Ваня Воронков, председатель благотворительного фонда "Милосердие"! Но он называл мне его как адрес своей тетки, к которой он отправил на проживание Артема и Асю… Так-так! Эти два происшествия явно связаны между собой! Только что-то тут не то, что-то не сходится. Нужно как следует все обдумать. Я внимательно перечитала адрес. Точно! Корпус не тот! Иван называл номер второй. А тут указан первый.