Расколотый мир - Татьяна Гармаш-Роффе

Куда делся инвалид? Куда отправился? И скоро ли придет? Не случилось ли с ним чего? Инфаркт или что там…

Подумав, Роман спустился на два этажа. Позвонил в квартиру Васяна.

Дверь ему открыла девчонка лет шестнадцати. Довольно симпатичная, по-взрослому накрашенная. На глазах голубые линзы – уж кому-кому, а ему сразу видно, сам в линзах почти месяц ходит…

Девочка встала в проеме двери, картинно изогнув худое бедро.

– Здравствуй… Твой дедушка, Василий Федорович, дома?

– Нету, – девчонка окинула его кокетливым взглядом. – Зато я как бы есть!

– Это да… – смутился Роман.

– Я как бы болею, – сообщила она радостно. – В школу не хожу.

На больную она была похожа меньше всего.

– А дедушка твой… Он скоро придет?

– Не знаю, – дернула плечиком девчонка.

…Наконец-то ей представилась возможность поговорить с парнем, снимавшим комнату у Петровича! Парень был красив и к тому же зашибал хорошие бабки, как говорил дед, и Лена давно мечтала с ним познакомиться. Только случая подходящего все как бы не было, а теперь он, этот случай, сам плыл в руки! И Лена не намерена его упустить!

– Он на работу поехал, – добавила она.

– А кто-нибудь из взрослых дома?

– Бабушка на рынок ушла, мама тоже на работе. Я как бы одна, – многозначительно надавила девочка на последнее слово.

– А Николай Петрович, не знаешь, куда он делся? – не заметил авансов девчонки Роман. – Его дома нет… С ним все в порядке? А то я вчера по делам уезжал… Мало ли, вдруг чего со здоровьем?

– Насколько мне известно… – девчонка как-то особенно повела плечами, небось подражала какой-нибудь экранной диве, – …еще вчера вечером он был как бы здоров! Хотя…

– Что? – забеспокоился Рома.

– Что-то они вчера как сумасшедшие были оба. Дед бегал туда-сюда, от Петровича домой… Фотоаппарат попросил мой, цифровой. – И она гордо откинула головку, желая подчеркнуть, что у нее есть цифровой фотоаппарат.

Роман вспомнил детские комбинезоны, разложенные на диване. Зачем инвалид их вытащил из чемодана и разложил? Уж не для снимка ли… Уж не в милицию ли…

Нет, он не мог догадаться, никак не мог! Он что-нибудь другое снимал. Мало ли что взбредет двум алкашам в голову… Слушая иногда их разговоры, долетавшие с кухни, Роман не раз думал, что они похожи на двух детей.

– Мне его мой как бы бывший парень подарил!.. – Девушка выдержала паузу, полную значения. – Бывший, – веско повторила она и уставила свои обутые в голубые линзы глаза на Романа. В них читался призыв.

Но Романа не интересовали шестнадцатилетние писюхи.

– Зачем?

– Зачем мне парень подарил фотик?! – изумилась она.

– Нет, – ответил Роман, нечувствительный к чарам малолетки. – Зачем фотоаппарат твоему дедушке понадобился?

– Я не поняла, – девчонка наморщила носик. – Дед потом притащил его и как бы попросил распечатать снимки. А там как бы чушь какая-то была, какой-то хлам на диване. Дед мне сказал, что он просто тренировался. Тренировался делать фотки! И еще сказал, что это для Петровича.

– Да? – Роман сделал невинный вид. – А что за хлам?

– Какие-то детские шмотки как бы, я не обратила внимание… Дед попросил распечатать – я и распечатала. Оно мне нужно, вникать? – Девочка томно махнула ресничками.

– Нет, конечно, – поспешно согласился Рома. – Не нужно, конечно!

– Да что же мы на пороге стоим-то? – спохватилась девчонка. – Проходи! Чаю тебе сделаю… У меня как раз сейчас дома никого нет!

– Спасибо большое, но я сейчас не могу, мне надо срочно уезжать… Надолго. Я как раз Петровича хотел предупредить, рассчитаться с ним. А его нет, как назло. Ну да ладно, передавай ему привет от меня, скажи, что срочное дело у меня за границей. Не терпит.

– За границей?! А где?!

– Ну, этого я, к сожалению, сказать не могу, я на одного важного человека работаю, и все, что его касается, строго конфиденциально.

– Аааа…нууу покааа… удачи тебе…

Девочка выглядела разочарованной.

– Тебе тоже… Как тебя звать-то?

– Леной… Может, зайдешь все-таки? У меня варенье как бы есть к чаю, мама варила… И водка есть!

– Я не пью, Лена… Кстати, тебе очень идут голубые линзы.

– Правда?

Лена немножко оторопела, но на комплимент повелась.

– А у меня еще фиолетовые есть и зеленые!

– Я уверен, что они тебе все идут, – произнес Роман, припомнив советы в журналах о том, как делать комплименты женщинам.

Лена расцвела.

Надо же. Правильно писали в журналах: женщины любят комплименты. Даже такие девочки, как эта Лена! Интересно, что они в них находят такого? Скажи кто Роме, что ему джинсы идут или там шапка, он вряд ли внимание обратит. Ни горячо, ни холодно, по барабану.

– Ну, пока, Лена!

Роман уже сделал шаг к лифту, как вдруг обернулся.

– Дедушка твой не приносил вчера домой чемодан случайно? Черный такой, с ручкой?

– Приносил. А что?

– Это мой чемодан.

– А зачем он деду понадобился?

– Не знаю. Наверное, они с Петровичем решили пошутить… Вынеси мне его, пожалуйста.

– Но я как бы не могу без разрешения деда…

– Хорошо. Позвони ему. Скажи, что я пришел за чемоданом. Он ведь знает, что это мой, возражать не станет!

Лена колебалась некоторое время, потом исчезла в глубине квартиры и через минуту показалась с чемоданом.

– Это он?

– Да. Спасибо тебе.

Она все еще медлила.

– Позвони деду, Лена, спроси его, что ты мучаешься?

Девочка решительно развернула чемодан ручкой к Роману и улыбнулась, немного округлив губы.

– Мне за это полагается поцелуй? – кокетливо спросила она и округлила губы еще больше, словно собралась произнести большое заглавное О.

– Конечно, – улыбнулся Роман и приблизил к ней свое лицо.

Лена прикрыла глаза. Роман, скользнув мимо ее приоткрытого рта, быстро поцеловал девочку в щеку и нажал на кнопку вызова лифта. Тот оказался всего лишь этажом ниже, и через несколько секунд Роман смотрел в закрывающиеся двери, как гасило разочарование букву О…

Он снова вошел в квартиру инвалида. Ему неожиданно повезло, что Лена отдала чемодан. «Как бы» – вспомнил он и усмехнулся.

Теперь нужно действовать быстро, пока Николай Петрович не вернулся. Это был бы самый лучший расклад, о таком он даже не мечтал!