Дважды не присягают - Сергей Иванович Бортников

– И каковы суммы их теперешних возможностей?

– Они измеряются цифрами с девятью нулями… Не в гривнах, естественно.

– Впечатляет!

– Сто тысяч, во всяком случае, для Волчука не деньги… А тебе хватит… перебиться… на первое время.

– Да, пожалуй, – протянул Боча и заглотил остатки пива. – Может, я и воспользуюсь твоим советом.

– Другого выхода нет… Ну, прольется Тимина кровь, а дальше что? А так… срубишь «капусту» – и за бугор.

– А с паспортом поможешь?

– Какие проблемы? Запиши номер моего мобильника…

– Может, посидим где-нибудь, вкинем по сто пятьдесят по старой памяти?

– С большим удовольствием. Но после работы. Я с шефом на ножах, со дня на день могу вылететь с работы, лучше не искушать его терпение… Даже опоздать не имею права – так что извини, еще минут десять – и разбегаемся!

– Что, «запорол бочину»?

– Нет. Это он порет. Чуть ли не ежедневно. Все поставки оружия под себя подмял, сука. Смотреть противно.

– Говорят, что время лечит… А ты, как был идеалистом, так и остался…

– Нет, я понимаю – все не без греха… Мы с тобой тоже в свое время оторвали кусочек пирога… Только не за чужой счет, не за народные бабки!

– И то правда. Конфискат все равно гнил на складах.

– Вот видишь. А так: я поднялся, хату построил, ты от рэкета отошел, занялся бизнесом… Кому от этого хуже?

– Никому! Да, кстати, как у тебя дома?

– Лучше не бывает.

– Деток сколько?

– Двое… Дочка и сын…

– Юля и…

– Угадай!

– Неужто, Валерчик?

– Точно!

– Ну спасибо, брат… уважил!

– Это тебе спасибо… Мы с Машей каждое воскресенье за твое здоровье в церкви свечку ставим!

– За кой фиг?

– За то, что познакомил нас… Она тебя с Ольгой часто вспоминает, говорит, что в жизни не встречала более порядочных и честных людей.

– А ты?

– И я… И я… И я того же мнения!

– Почему тогда не проведывал, писем не писал?

– Не мог, ты ведь понимаешь… служба! Так… передавал втихаря кое-какие «дачки». Книги, одежду… Думаешь, только братва о тебе заботилась? – Карпов посмотрел Боче прямо в глаза и тяжело вздохнул. – Вот ведь как бывает… Единственный по жизни друг – и тот по другую сторону баррикад…

– Нет, Паша, это они по другую! – сердито сплюнул Валерий. – И я до них очень скоро доберусь!

– Лады… Вечером продолжим нашу беседу. Может, мне удастся тебя переубедить!

Глава 13. У Самвела

Ровно в шесть вечера Бочаров с переговорного пункта набрал номер своего друга.

– Ты где? – выслушав приветствие, бросил Карпов.

– На Тургеневской.

– Выходи к «рыбному» через пятнадцать минут…

– Понял.

Валерий, как всегда, был пунктуален, но Павел все равно успел раньше и, припарковавшись напротив магазина «Дары моря», теперь нетерпеливо покуривал в салоне «мерса», свесив на тротуар длинные ноги.

Боча заметил его издалека и приветливо махнул рукой.

Полковник приоткрыл правую дверцу и включил зажигание.

Спустя мгновение пассажир занял предназначенное для него переднее место, и заждавшийся автомобиль резко рванул вперед.

– Куда поедем? – как бы между прочим поинтересовался Карпов, ловко маневрируя в сплошном потоке автомобилей.

– Я здесь ничего не знаю… Поэтому всецело доверюсь твоему вкусу.

– «Курень», «Диканька»?

– Мне по фиг… Лишь бы там людей поменьше было!

– Будь спок – нас поместят в отдельный кабинет… Ты как относишься к восточной кухне?

– Положительно.

– Значит, едем к Самвелу… У меня там большая скидка.

– Не волнуйся – я угощаю.

– Нет, старина, теперь моя очередь!

…Ресторанный комплекс, названный по имени его владельца, состоял из одного большого зала и нескольких отдельных «бунгало», внешне напоминавших средневековые мазанки. У входа в зал стоял высокий негр с дружелюбным, чуть ли не фиолетовым, лицом, принимавший у посетителей верхнюю одежду. Павел что-то шепнул ему на ухо, тот кивнул головой и указал рукой на свободный домик.

Друзья вошли туда и удобно расположились за столом. Буквально через несколько секунд в помещение влетел черный, как смола, человек, то ли кавказец, то ли житель Средней Азии – нерусский, одним словом.

– Пал Иваныч, дарагой, добрый вечер!

– Здравствуй, Самвел… Знакомься: это мой коллега… Ва… Валентин Васильевич.

– Очинь приятна. Очинь. Вчера у меня был день раждения. Разрешите угастить вас?

– Мы хотели бы поговорить наедине.

– Вам никто не памишает. Я только накрою стол на свой усматрение. И за свой счет.

– Что ж, действуй.

– Я мигам!

Самвел поклонился и, не разгибаясь, стал пятиться к выходу.

– Кто это? – спросил Боча.

– Владелец ресторана.

– Хорошо быть «уважаемым человеком», да?

– В каждой работе есть свои прелести… Хотя иногда все это так противно…

– Что ты имеешь в виду?

– Ну почему я, полковник могущественной украинской спецслужбы, должен все время ловчить, химичить, иногда даже откровенно нарушать закон? Вот у меня три квартиры. Одна на родине, одна в Крыму, недавно в Киеве получил трехкомнатную. Зачем мне столько?

– Как зачем? А дети?

– Вот! Вот! Дети! Я ведь прекрасно понимаю, что ни Юле, ни Валерке ничего в нынешней ситуации у нас в стране не светит… Если мы сейчас принимает кого-то в свои ряды – обязательно заставляем сдавать справки о наличии собственной жилплощади, чтобы молодые специалисты не требовали постановки на квартирный учет… Хорошо, что у меня была возможность, а каково другим, чья карьера лишь начинается и кому действительно негде жить? Вот они и хватают все, что можно. А потом, когда дорываются до власти, не могут остановиться… Думаешь, один я такой? У шефа только в столице – три особняка! На жену, на тещу, на сына… Но по сравнению с некоторыми чиновниками он просто нищий! Знаешь, что меня бесит больше всего?

– Что?

– Когда высокопоставленные госслужащие поднимают шумиху по поводу своих низких окладов… Если б они жили на одну зарплату! А то… Вступил в должность – получи квартиру! И не какую-нибудь. Коттеджного типа. Как раньше говорили – улучшенной планировки. С полным евроремонтом. Да что я тебе рассказываю? Ты сам прекрасно знаешь, как они изощряются…

– Знаю. Наш мэр в свое время за одни только отделочные работы выложил более двухсот тысяч. Не гривен – долларов.

– Возьмем домик скромнее – за пятьдесят. По средней стоимости… Обычная трудовая деятельность – двадцать пять лет. Делим пятьдесят на двадцать пять. Получаем две штуки в год. То есть более ста шестидесяти долларов в месяц. Помимо «низкого оклада»… Далее – льготные тарифы на оплату коммунальных услуг, бесплатное (не на