Могила Колумба - Мигель Руис Монтаньес

Рональд усадил гостей за приставной стол и попросил подождать несколько минут. Вернулся он с массивным предметом, завернутым в лоскут красного бархата, и поставил его на стол.

Под слоем бархата скрывалась красивая шкатулка красного дерева, покрытая тонкой резьбой. На темном дереве были выточены изысканные средневековые сюжеты.

— В шкатулке то, что вы ищете! Эта вещь давно принадлежит мне.

— И что же это? — спросил Эдвин, сглотнув.

— Сначала я хотел бы заручиться вашим обещанием, что дальше мы будем работать вместе. Вы меня понимаете? — Рональд испытующе взглянул на собеседников.

— Ты просишь невозможного. И как только у тебя хватило наглости предлагать такое! — резко ответил Оливер.

— Но ты ведь не знаешь, что в шкатулке! А узнав, ты скорее всего изменишь точку зрения.

— Скажите, о чем идет речь, и я не сомневаюсь, что мой коллега прислушается к вашим словам, — вмешалась доминиканка.

— В шкатулке четырнадцать недостающих страниц из «Книги пророчеств» адмирала… Так вы согласны?

В вестибюле скопились горы чемоданов и сумок гостей, заселявшихся или покидавших в этот час гостиницу. Шум действовал донье Мерседес на нервы. Она стала выказывать видимые признаки раздражения. Женщина, обладавшая столь твердым характером, не могла позволить себе показать внутреннее напряжение и тревогу, однако события выходили из-под контроля и развивались совсем не так, как было задумано.

— Она не позвонила вчера. Что-то случилось.

— Мы можем узнать, где они сейчас? — спросил дон Габриэль.

— Конечно. Я беседовала с Верди. У него есть доступ к компьютерной сети полиции. По его словам, они выехали из гостиницы в аэропорт. Он пытается выяснить, каким рейсом они улетели.

— Не хотелось бы указывать, — упорствовал дон Габриэль, — но для нас это очень важно. Я не уверен, что мы учли абсолютно все.

— Думаешь, меня это не беспокоит? — возразила Мерседес, обжигая собеседника взглядом.

— Послушай, ты упорно твердишь, что Альтаграсиа под сильным твоим влиянием. А если нет? Тогда мы должны действовать иначе. К несчастью, мы не имеем права провалить дело!

— Я с ним согласен, Мерседес, — поддержал друга Рафаэль Гусман. — Мы не можем полагаться на волю случая, когда на кону так много. Мы должны узнать, куда делась троица, а затем выработать новый план.

— Правильно, — высказался дон Габриэль. — Полагаю, пришло время решительных действий.

Когда-то во время одной из поездок в Париж Рональд приобрел пачку пожелтевших документов, привлекших его внимание: манера письма и бумага цвета слоновой кости давали основания предположить, что тексты достаточно старые. И хотя продавец не гарантировал их древнее происхождение, они показались Рональду перспективными. У себя в стране он мог пристроить любое барахло, только бы оно выглядело под старину.

По возвращении домой у него пару раз возникал соблазн загнать бумажки в два раза дороже. Однако по необъяснимой причине он оставил тексты в архиве в своем кабинете. Однажды, много лет спустя, клиент заказал ему коллекцию предметов и редкостей колониальной эпохи, и Рональд вспомнил о тех старых бумагах. Американец почуял запах денег, больших денег, а деньги он любил больше всего на свете.

Он стал заниматься историей периода открытий Колумба, а также загадками, из которых, как оказалось, состояла жизнь знаменитого адмирала. Вскоре он установил связь между четырнадцатью страницами, приобретенными им по случаю в Париже, и «Книгой пророчеств» из фонда Колумбийской библиотеки в Севилье. Он помнил, словно это было вчера, тот день, когда пришел в крупнейшее хранилище текстов, названное именем мореплавателя. Прочитав пометку на полях на странице 77, он едва не умер.

«Книга пророчеств», таинственный труд, выборка из Священного Писания, выполненная самим адмиралом и ни разу не опубликованная, заворожила его, как только он познакомился с полным текстом. Рукопись из восьмидесяти четырех страниц сама по себе являлась загадкой, дополняя сумму тайн, окружавших плотной завесой личность Колумба с самого момента его смерти.

Немного опомнившись от изумления, Рональд погрузился в изучение истории его жизни и открытий. Он понимал: обычными средствами, которыми он привык пользоваться, ему никогда не заполучить такой крупный приз.

Подпись адмирала — криптограмма, не поддающаяся расшифровке, его обширные познания в навигации, опережающие время, вероятность, что факт открытия Америки имел место раньше, чем принято считать, и множество других загадок — все это меркло на фоне тайны, которой дышала «Книга пророчеств».

Стремление первооткрывателя доказать, что его свершения были предсказаны в Священном Писании, и, соответственно, взлелеянный замысел всеобщей христианизации положили начало новой эры в истории человечества. Невероятно!

Неужели открытие Нового Света было предсказано в Писании?

Перечитав гору литературы, Рональд так и не сумел однозначно решить, почерпнул ли Колумб важные для себя сведения из Писания. Пережив глубокое разочарование, американец вскоре обрел новый мощный стимул: пометки на полях в тексте, сделанные рукой адмирала, намекали на тайну более удивительную, чем сама книга, и стоившую, несомненно, куда больше четырнадцати страниц.

Три детектива, обомлев, смотрели на шкатулку. Много дней они пытались проследить путь человека, перевернувшего средневековый мир, и теперь не могли поверить, что все это не сон и происходит на самом деле. Рональд наблюдал за ними с улыбкой.

Сколько пришлось им пересмотреть бумаг, документов и карт за последние дни, сколько раскопать неизвестных подробностей, связанных с адмиралом!

Американец достал миниатюрный золотой ключик, торжественно вставил его в замочную скважину ларца и повернул, не отказав себе в удовольствии сначала обвести взглядом уважаемых гостей. Послышался легкий щелчок, и Рональд поднял крышку.

Альтаграсиа первая взяла в руки документы. Выражение ее лица сделалось сосредоточенным. Текст выглядит подлинным! Пометки на полях сделаны рукой адмирала… Доминиканец смотрел на соотечественницу во все глаза. Испанец держался бесстрастно и внимательно следил за американцем, стараясь не пропустить жест, гримасу или слово, которые бы выдали его с головой.

Вы можете пояснить, что такого важного содержится на этих страницах? — без околичностей спросила Альтаграсиа.

— «Бискайна»! Я знаю, как до нее добраться и каков был груз!

— Ну, это в двух словах, — сказала Альтаграсиа. — Где это написано здесь?

Несколько лет подряд Рональд усердно трудился. Он покупал все, что так или иначе касалось открытия Америки. Постепенно подобралась довольно приличная коллекция манускриптов XVI, XVII и XVIII веков. В них прослеживалось следующее обстоятельство: некая группа лиц из поколения в поколение озабоченно передавала знание о кораблекрушении.