Затащи меня в Эдем - Дарья Калинина

– Подумать только, какие долдоны! – возмущался Игорь, правда, уже на улице. – Я им говорю, пробейте меня по вашим базам. Ведь теперь во всех компьютерах и фото, и отпечатки пальцев. Нет, сидят, ждут чего-то. Не положено, говорят. Если хотите родным позвонить, то звоните. А у самих все компы глючат. Трояна, наверное, подцепили. Вместо того чтобы преступников ловить, они порнуху смотрят!

– Не говори, чего не знаешь!

– И вообще, тебе здорово повезло, что местные полицейские поленились твои данные проверить.

– Ага! А то этапировали бы тебя в Питер под юрисдикцию следователя Попонкина. А он быстренько бы на тебя убийство Милы повесил!

Игорь затрясся всем телом.

– Не вспоминайте об этом. Какой ужас!

– Значит, ты был там?

– Ну, ясное дело, что был.

– И водку эту пил?

– Выпил рюмочку. Меня тут же с ног свалило. А Мила с Настей всю бутылку осилили. Утром просыпаюсь – Мила мертвая сидит. Ни следов никаких на ней нету, только запах тяжелого перегара и какой-то химии изо рта идет. Я сразу подумал, что либо сердце отказало, либо отравление. У меня самого от той единственной рюмки, что я выпил, в голове шумело и во рту гадко было. Хотя, может, и не от водки, а от тех благовоний, что Мила зажгла.

– У тебя с детства аллергия на многие вещи, – подтвердила Полина, заботливо поправляя на Игоре куртку. – Как ты, сынок?

– Ничего, спасибо тебе, мама.

Но подруги прервали эту нежную сцену:

– Чего же ты врачей Миле не вызвал?

– А смысл? Она ведь уже мертвая была.

– Точно? Ты уверен?

– Холодная вся!

– А вторая девушка? Она жива осталась после той попойки?

– А Насти я нигде не видел. Не знаю, что с ней случилось. Но если уползла, может, жива еще.

– Погоди, какая еще Настя? – насторожилась Алена. – Настя – подруга Милы?

– Да. Я из института пришел, а они уже сидят. Хорошие такие обе, пьяненькие.

– Значит, бутылку эту Настя принесла?

– Какую бутылку?

– «Осьминог».

– Фиг ее знает, – в раздумье произнес Игорь, почему-то взглянув на свою мать. – Там много бутылок было. Наверное, Настя и притащила. У Милы в последнее время с деньгами туго было.

– А что так? – ехидно осведомилась у него Инга. – Господин Федосеев жадный оказался?

Игорь кинул на нее затравленный взгляд.

– Да, да, мы знаем, за кем охотилась Мила. И знаем, кто такой господин Федосеев. Рассказывай, что вы с Милой затеяли!

– Да ничего мы не затевали.

– Не ври нам!

Полина попыталась грудью заслонить своего сына:

– Игорек устал. Оставьте его в покое.

Но Инга с Аленой всю дорогу терпели дурное настроение Полины и теперь не собирались ей снова уступать:

– Мы тоже устали! И Ваня устал! Страшно! Но устали мы все по вине твоего сыночка, который затеял с этой Милой какую-то аферу!

– Ничего я не затевал!

– Слышали? Он ничего не затевал!

– Да, – обрадованный поддержкой матери, закивал парень. – Я ничего не затевал, это все задумка Милы. Я ей только помогал!

Полина лишилась дара речи. А подруги насели с двух сторон на Игоря:

– Как получилось, что Мила стала любовницей своего отчима?

– Что она от него хотела получить?

– А ты зачем в Великие Луки поехал?

– Что ты тут забыл?

Игорь потер лоб и неожиданно жалобно произнес:

– Мама, а можно мне сначала покушать? Я со вчерашнего дня ничего не ел.

Полина вскинулась и принялась вертеть головой по сторонам, высматривая вывеску какого-нибудь общепитовского заведения – кафе, столовой или ресторана.

А Инга вновь укорила Игоря:

– Опять ты врешь. Тебя Танюша пышками кормила.

– А потом у меня маковой росинки во рту не было. Весь день, всю ночь и сегодня тоже я ничего не ел.

– Тебя столько времени не кормили? – ужаснулась Полина. – Но у тебя больной желудок!

Игорь и впрямь был бледен. Он осунулся, и кожа висела на нем, как костюм, который слишком велик своему обладателю. И подруги невольно подумали, что если они хотят услышать от парня правду, надо его сначала покормить. А то не ровен час Игорь просто бухнется в голодный обморок, тогда Полина их сама живьем и с потрохами сожрет.

– Ладно, вон там вижу вывеску. Не особо шикарно, но, думаю, хотя бы не отравимся.

Умяв внушительных размеров тарелку борща в симпатичном кафе, которое содержала супружеская пара предприимчивых жителей Великих Лук, а также уложив в желудок порцию домашних котлет с картофельным пюре, Игорь пришел в себя довольно быстро. И рассказ его потек рекой:

– Ты, мама, на меня не обижайся. Я к Миле никаких чувств не испытывал. И жить к ней ушел не потому, что мы с ней пожениться собирались, а потому, что она мне одно дело пообещала.

– Что за дело?

– Выгодное. Оно могло принести Миле много денег.

– И она обещала поделиться ими с тобой?

Игорь кивнул.

– А мне нужны были деньги.

– Зачем? – заломила руки Полина. – Зачем, сынок? Разве я недостаточно зарабатываю? Стоило тебе только сказать, и у тебя было бы все!

– Я хотел собственные деньги.

– Зачем? Ты еще учишься. И тебя раньше вполне устраивали и мои.

– Вот именно. Раньше. До того, как у нас появился Натан.

Полина побледнела. Речь снова зашла о больном вопросе. Но подруги отметили, что хотя в словах Игоря звучала отчужденность, он признал, что Натан появился «у нас», то есть он понимал, что Натан никуда от Полины уже не уйдет, а сам Игорь, как выяснилось, тоже недалеко способен убежать от мамочки.

– Поговорим о Натане после, – поспешно пробормотала Полина. – Расскажи, что это было за дело, на которое тебя подбивала эта грязная девчонка?

– Это касается ее матери. То есть касалось.

– Мила хотела разыскать свою родительницу?

– Да.

– Зачем?

– Чтобы стрясти с нее денег.

Вот что за дело задумала Мила! Шантаж собственной матери!

– Она считала, что мать задолжала ей за все эти годы сиротства. Сначала-то Милка думала, что мать у нее синячка распоследняя, вроде нее самой. Обижалась на нее, но не так чтобы сильно. Какой прок на пьяницу обижаться, она самой судьбой обиженная. И по этой причине Милка видеться с матерью особо не рвалась. А потом что-то вступило ей в голову, узнала адрес, поехала. Ну, и как узнала, что мать у нее уважаемая и хорошо обеспеченная дама, прямо возненавидела ее.