Пурпурная сеть - Кармен Мола

— Хулио, приготовь дону Анхелю джин-тоник. А мне сделай полпорции, я не хочу пьянеть. Если вы хотите сразу продолжить игру, напиток вам принесут за стол, — предложил Кортабарриа гостю.

— Нет, я предпочитаю отдохнуть. — Сарате не хотел упускать шанс. — Мне нравится испанская мода на джин-тоник.

— В качестве аперитива он подходит лучше всего. Ну, расскажите, чем вы занимаетесь?

— У меня турагентство.

— Похоже, дела у вас идут неплохо… А я, по правде говоря, думал, что теперь все покупают авиабилеты через интернет.

— Я занимаюсь экскурсиями для пожилых — золотое дно, дружище!

— Приятно слышать, что хоть у кого-то дела идут хорошо.

— Вам тоже грех жаловаться. Нас тут человек двенадцать, и тридцать тысяч евро с каждого, если не ошибаюсь, дают в сумме триста шестьдесят тысяч. И это за одну ночь! Боюсь, что даже на экскурсиях для старичков столько не заработаешь.

— У меня много расходов: официанты, охрана, крупье, шампанское лучших сортов…

— Ой, только не надо плакаться! К тому же у вас наверняка есть другие источники дохода. Карты вещь хорошая, но далеко не единственная в мире азартных игр.

Андони Аристеги пристально посмотрел на Сарате, и тот испугался, что слишком рано обнаружил свой интерес. Но Аристеги тотчас улыбнулся снова.

— Единственное, на что я не играю, — это матчи «Реал Сосьедад», они для меня святое. Все остальное идет в ход. Поиграйте еще немного, ведь для этого мы здесь и собрались. У нас еще будет время потолковать.

— Хорошо, Сарате, пока все хорошо, — прошептала Элена. — Думаю, сегодня ночью мы узнаем даже больше, чем рассчитывали.

Глава 35

Игра продолжалась еще несколько часов, прерываясь беседами с Кортабарриа. У всех в фургоне появилось ощущение, что Сарате нравится хозяину: тот держался все непринужденнее, они перешли на «ты» и успели обсудить свои несостоявшиеся карьеры футболистов, бизнес, спортивные пари…

— Но если тебе так нравится играть, почему я никогда не видел тебя ни на одной игре в Мадриде?

Элена встрепенулась: сейчас они узнают, сработает ли выдуманная Сарате отговорка.

— Из-за жены, я дал ей слово, что никогда не буду играть.

— А что теперь?

— Эта стерва снюхалась с тренером по спиннингу, представляешь? Я от нее ушел и скоро с ней разведусь. Она совершила большую ошибку: я позаботился о том, чтобы ей не досталось ни гроша. Теперь все клятвы можно забыть. Буду играть, сколько захочу! Для этого я и зарабатываю деньги, набивая автобусы старичьем. К тому же и карта идет неплохо: знаешь, сколько я сегодня срубил?

— Примерно двадцать пять тысяч, мне известно, сколько выиграл и проиграл каждый в этом зале.

— Я-то думал, что спущу тысяч сто пятьдесят, еще сто пятьдесят на следующей неделе и так пока не устану, а в результате, похоже, заберу больше, чем внес…

— Это прекрасно, что ты так четко все спланировал. Помню, ты говорил, что любишь играть во все, не только в карты?

— Во все, даже в «Угадайку». Ну ладно, я пошел к столу, а то до закрытия остался всего час.

Все были довольны: Сарате закинул удочку. Баск захотел прибрать к рукам деньги, которые новичок готов был проигрывать каждую неделю, и вскоре предложит ему новые развлечения. Однако время приближалось к четырем утра, в фургонах было душно, все устали.

В общей сложности Элена и ее сотрудники просидели в машинах девять часов — на два часа больше, чем Сарате провел в игорном доме. Наконец крупье стали один за другим объявлять, что столы закрываются. Тут-то Кортабарриа и обратился к своему новому знакомому.

— Если ты не против, задержись на секунду, потолкуем, — послышалось в динамиках фургонов. — Мы наверняка найдем что-нибудь, что развлечет тебя больше, чем покер.

Все снова насторожились.

— Неужели решил пригласить его на какое-нибудь мероприятие «Пурпурной Сети»? — предположила Ческа.

— Или расколол его, — отозвалась Элена. — Что-то мне неспокойно.

Мимо фургона уже шли игроки и прислуга. Полицейские фотографировали автомобильные номера, чтобы впоследствии идентифицировать владельцев машин. Вдруг раздался голос Сарате:

— Ушли абсолютно все. Не думаю, что мне стоит оставаться с этим типом наедине.

Элене очень хотелось сказать ему: «Уходи!» — но такой возможности у нее не было. Пришлось положиться на здравомыслие Сарате.

— Спецназу на всякий случай приготовиться, — велела она.

Сарате забеспокоился, увидев, как охранники выходят из дома с полными чемоданами фишек и денег. В течение ночи многие из тех, кто проиграл всю переведенную на счет сумму, доставали наличные и меняли их на фишки. Сарате слышал, что некоторые игроки обращались к хозяину за кредитом, и его поразили чудовищные, ростовщические проценты. Он с безмерной жалостью подумал об Ордуньо, страдавшем игроманией.

Сам он в конце ночи обменял фишки на сто шестьдесят тысяч евро, отбив тридцать тысяч организационного сбора да еще заполучив десять тысяч сверху. Сто пятьдесят тысяч должны были вернуться на тот же счет, с которого были перечислены, и на руки он получил только долговую расписку, в которой говорилось, что деньги поступят на счет завтра.

— Не сомневайся. Уверяю тебя, здесь все строится на доверии, — заявил Кортабарриа. — Правда, в суд с такой бумагой не обратишься, но деньги точно получишь. Стоит потерять доверие игроков, и все полетит к черту.

Оставшиеся десять тысяч ему выдали на руки купюрами по пятьдесят евро, перехваченными обычной резинкой.

— Можешь пересчитать.

— Это ни к