Манифик - Тимур Александрович Темников

«Черт»! – выругался он про себя, понимая, что вихрь мыслей из представлений и воспоминаний, привносящих те старые запахи и неприятный вкус молока, только покинувшего коровье вымя, снова взял над ним верх. Он вдохнул несколько раз, представил, как поток воздуха входит через нос, наполняет его тело и при выдохе уносит все ненужное и неважное. Он расцепил зубы и расслабил язык, продолжая наблюдать за потоком воздуха. Постепенно лишние мысли оставили голову.

– Я не видела, когда ты пришел, – услышал он голос Елены.

Обернувшись по сторонам, он понял, что сидит за столом своего кабинета, в кожаном кресле, откинувшись на его холодную спинку. Опасаясь, что снова сонм мыслей накатит на него, он осторожно переключил свое внимание с дыхания на Елену.

– Я и сам не заметил.

Елена уточнила, действительно ли с ним все в порядке. Стараясь скрыть раздражение от навязчивости своей помощницы, Исай натянул улыбку и кивнул. Попросил рассказать, насколько хорошо началась подготовка к новому шоу.

– Ну почему же началась? – спросила Елена, присев на стул. – Она давно идет. Над девятым шоу мы начали работать, еще когда не началось седьмое. У нас есть приблизительный сценарий и понимание, как ты и просил, до самого двадцать первого. Не знаю, правда, что ты планируешь потом. Опять всех распустим на полгода отпуска?

Исай немного удивился и переспросил, точно ли он говорил о цифре двадцать один.

– Да. Точно. Ты сказал, что для тебя это число является переломным в твоей жизни. Я помню почему. В двадцать один год мы с тобой познакомились, – она слегка качнула головой в стороны, – в смысле, не это главное. Ты попал на принудительное лечение, – пояснила она.

– М-м-м, – промычал он в согласии. – Я попал на лечение. Точно. – Он помолчал, задумавшись, и добавил: – Спасибо тебе за то, что ты почти все это время рядом. Без тебя этого ничего бы не было. – Он развел руками.

Она смотрела на него все тем же ровным, непроницаемым взглядом. Он уточнил, когда сможет ознакомиться с готовым сценарием. Елена ответила, что через неделю тот будет у него на столе. Добавила, что отправила ссылки на концертные залы ему на электронную почту. Просила посмотреть и утвердить один из них.

Исай проводил ее взглядом и подумал о том, что за все годы совместной работы он ни разу с ней не вступил в мало-мальский конфликт, даже по общему делу, а тем более им нечего было делить лично. Впрочем, он сейчас понимал, что ее личностью мало интересовался, если интересовался вообще. Где она живет, с кем, а может, одна или с кошкой? Почему она с ним так долго? Ведь за почти тридцать лет ее тысячу раз могли перекупить большие компании, она знает то, что неизвестно многим руководителям проектов, у нее опыт в туче различных областей. Почему она не ушла? Из благодарности за то, что он вытащил ее из ее любимой психиатрии и научил всему? Научил ли? Скорее учился вместе с нею. А тот единственный раз, когда они были вместе, Исай заставил себя забыть как можно скорее. Она не пахла сексом. Ему казалось, что она вообще не имела запаха.

Исаю на какое-то мгновение подумалось, что он использует ее в большей степени, чем она его, но он отогнал такие мысли прочь. Они мешали достижению главного. Ему было достаточно того, что она разделяет его идею сделать мир счастливым. А быть при этом счастливым самому – это звучит как-то мелочно.

Вдруг Исай услышал крики и сквозь стеклянную стену увидел, как в офис ворвались люди с автоматами, в касках и бронежилетах. Ни секунду не раздумывая, словно дикая кошка, он выпрыгнул из кресла на пол и, как черный гепард, перекатившись по полу, в прыжке коснулся двери в свою персональную душевую. На перечет была не просто каждая секунда, а каждое мгновение. Внутри помещения, прямо в душевой кабине, за стеной, не занятой коммуникациями, был выход. Исай знал, что когда-нибудь за ним придут, потому нанял людей из фирмы, которая молчит о требованиях заказчика, конечно же, не поставил в известность и владельца помещения. Нужно было надавить на кафель справа, и стена открывалась. Он нырнул в проем и притянул стену обратно.

Там, внутри, был проход длиной восемнадцать метров. Узкий, да еще с поворотом под прямым углом, пройти возможно было только боком, приставными шагами. Для того чтобы его построить, пришлось смонтировать фальшстену прямо в офисном пространстве.

Но зато теперь был коридор, который выводил прямо к пожарной лестнице. Конечно, на ней тоже могли быть люди с оружием, но скорее всего, не прямо на этаже, а этажом выше и на самом выходе. Исай не зря арендовал помещение на втором, непрестижном этаже. При этом он переплачивал за него каждый месяц, но знал, за что переплачивает. Прислушиваясь к шуму за стенкой, он включил фонарик на телефоне. Осмотрелся вокруг. Нашел подвешенный на крюке пакет, поспешно снял и достал содержимое. Внутри была роба. Синяя. И кепка с большим козырьком. Царапаясь о стены и раздирая на себе одежду, он сменил ее на робу. Тут же рядом стоял девятнадцатилитровый контейнер с водой, который обычно используют для офисных кулеров. Он простоял здесь все пять лет, тогда еще Исай не знал, зачем ему понадобится путь к отступлению. На контейнере была паутина и толстенный слой пыли. Исай протащил его за собой и добрался до выхода на лестницу для эвакуации. Он посмотрел влево – туда, где за углом коридора был вход в его офис. Он был достаточно далеко, потому Исай мог слышать только громкий шум.

Обтерев рукавом бутыль с водой, Исай взвалил ее себе на плечо и, насвистывая тему «Весны», спустился по ступеням на первый этаж. Его тут же схватили за шею, выбив с плеча контейнер, который прогудел по бетонному полу, откатившись в сторону.

– Кто такой? – прошипел человек в маске.

Исай изобразил растерянность и страх на лице.

– Воду нес. Фирма «Вотер эскейп». Доставил лишний бак. А лифт не работает, там что-то случилось, все лифты заблокировали, – говорил он бегло, теребя козырек своей кепки. – За что меня? Ребята! Я вообще ничего не знаю. Черт дернул раньше приехать. Говорил я напарнику, чтобы не гнал так. Ребята!

– Заткнись, – прошипел ему в ответ человек в каске. – Пошел вон отсюда. – Он