Гнев Пигмалиона - Ирина Градова

То ли Рудольфа испугала угроза художника, то ли он заметил в его лице нечто не оставлявшее сомнений в серьезности намерений, но он попятился. Регина с бешено колотящимся сердцем наблюдала, как ее муж, красный от ярости, задом двигается к выходу.

– Ну ты у меня еще кровью умоешься, мазила! – прошипел он напоследок. – Я тебя живьем закопаю и спляшу на твоей могиле! А ты, сучка, ходи и оглядывайся: я тебя все равно достану, даже если ты уедешь в Китай!

Громкий хлопок входной двери в прихожей возвестил об уходе Светлогорова. Регина почувствовала, что ее ноги стали ватными, и она устояла только потому, что по-прежнему прижималась к Виктору.

– Все хорошо, – сказал художник, отстраняясь. – Он ушел.

– Боже мой! – прошептала Регина. – Ты слышал, что он сказал?!

– Слышал, не глухой.

– Рудольф не вернуть меня хочет, а отомстить: ты не представляешь, какой он злобный урод, Витя!

– Правда? – бровь художника изогнулась, а на губах появилась странная улыбка. – А я думаю, что твой благоверный ничего не понимает в мести, он похож на пса, который громко лает, но кусать опасается – вдруг сдачи дадут?

– Не нужно его недооценивать, – покачала головой Регина. – Сам он мараться не станет, но у него полно людей, которые запросто могут нас уничтожить физически, и никто ничего не узнает. Понимаешь – никто, ничего, никогда!

– Не драматизируй, – отмахнулся Арбенин. – Он всего лишь вице, а не господь бог! И еще неизвестно, останется ли он на своем месте, не говоря уж о губернаторстве, – добавил он после паузы.

Регина озабоченно посмотрела ему в глаза:

– Что ты имеешь в виду?

– Неважно! Если не возражаешь, я бы выпил кофе. Справишься с кофемашиной?

Регина кивнула и двинулась в сторону кухни, ничего не соображая. Ее тело сотрясала крупная дрожь, как будто она только что вылезла из ледяной воды. Что имел в виду Виктор? За несколько лет, прожитых с Рудольфом, она так привыкла бояться, что не представляла, как может быть иначе. Светлогоров казался ей всемогущим, так неужели и на него может найтись управа?

Шум кофе машины привел Регину в чувство. Она тупо смотрела на обильную пену, образующуюся на поверхности напитка в чашках, а в ее голове все звучали последние угрозы мужа.

* * *

Рудольф вылетел из парадной взмыленный, дрожа от гнева и бессилия. Телохранители, оставленные у автомобиля, изумленно наблюдали, как шеф, обычно сдержанный, почти бежит, походя на сумасшедшего с бешено вращающимися глазами и искаженным лицом.

– Что уставились? – рявкнул он в ответ на вопросительные взгляды. – Едем в офис!

Когда машина сорвалась с места, Светлогоров откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.

Никогда раньше он не получал такого отпора – ни разу с тех пор, как вышел из тюрьмы много лет назад! Разве что однажды его точно так же обломал человек, которого Рудольф ненавидит и до которого обязательно дотянется, сколько бы времени на это ни потребовалось! Что-то подсказывало ему, что любовник Регины – а в том, что чертов мазила является таковым, вице-губернатор не сомневался, – воспользовался бы оружием не моргнув глазом. Почему он такой смелый – может, у него есть надежная крыша? Надо бы выяснить…

Светлогоров не ожидал, что Регинка посмеет уйти из дома, однако ей удалось его удивить! В его планы не входил развод – по крайней мере, накануне выборов. Когда его положение упрочится, Рудольф обязательно разберется с этой стервой, но пока придется терпеть. Регина давно перестала устраивать его в качестве супруги, поэтому он не испытывал ревности ни к парню, с которым она встречалась в кафе, где их застукал частный детектив, ни к этому художнику, польстившемуся на подувядшее, на вкус Светлогорова, тело бывшей модели. Однако он не мог позволить какой-то твари обманывать его и уходить к другому: Рудольф Светлогоров сам бросает женщин, это – закон! Правда, вторая жена оказалась исключением, но он предпочитал об этом не вспоминать.

Его люди выследили Регину и довели до самого дома. Затем они позвонили Рудольфу, и он подъехал. В парадной оказалась консьержка, но Светлогоров умел общаться с наемным персоналом: он запретил ей сообщать о приходе гостя. Так и получилось, что он беспрепятственно поднялся на лифте и позвонил в дверь художника. Кто же мог знать, что этот сопляк держит под рукой оружие?! Надо бы навести справки о его «пушке», возможно, у парня нет лицензии и его удастся прищучить за это – для начала? А там видно будет…

Глава 14

Светлана чертыхнулась: горячий кофе из термоса пролился на ее шубку, и она полезла в бардачок за салфеткой. На несколько секунд девушка отвлеклась от наблюдения за подъездом, в котором некоторое время назад скрылся Светлогоров. Подняв глаза, она снова увидела вице-губернатора, быстрым шагом идущего к машине, возле которой ошивались два здоровенных лба. Он что-то сказал им и сел в автомобиль. Света приготовилась тронуться, ведь Маргарита Григорьевна поручила ей следовать за Светлогоровым, куда бы тот ни направился, так как считала его причастным к покушению на Лапикова. Она уже собралась ехать, когда ее внимание привлекло движение на балконе верхнего этажа. Там замаячила мужская фигура, и Света схватилась за бинокль. Наведя фокус, она смогла отчетливо разглядеть лицо мужчины.

– Вот это да! – пробормотала девушка, едва не задохнувшись от удивления.

На балконе стоял Виктор Арбенин! Он не часто «светился» на телеэкране, но все же был достаточно публичной личностью, чтобы его знали в лицо. Интересно, можно ли из этого сделать вывод, что Светлогоров посещал именно квартиру художника – да какие у них могут быть общие дела?!

Решив, что Светлогоров никуда не убежит, Света вышла из машины и решительно направилась к подъезду. Консьержку она обнаружила в будке в крайне возбужденном состоянии: маленький телевизор работал, но она смотрела в пространство мимо экрана, нервно теребя шейный платок.

– Простите, – заговорила девушка, и консьержка, вздрогнув от неожиданности, повернула к ней встревоженное лицо.

– Да?

– Я из журнала «Новый мир», – сказала Света, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более доверительно.

При слове «журнал» консьержка приосанилась и инстинктивно дотронулась рукой до волос, словно рядом находилась невидимая телекамера.

– Видите