Последний путь под венец - Елена Логунова

«Скорая» приехала на удивление быстро и увезла от нас травмированную цепью случайностей Эльзу Альбертовну без возражений и вопросов. Закрыв дверь за санитарами с носилками, Ирка сама взяла в руки брошенную мною швабру и тщательно вымыла пол, уделив особое внимание порогу.

Пока она наводила чистоту, я сидела в кухне и рассматривала ключи, которые выпали из обмякшей ладошки Эльзы Костиной.

В связке было не восемь ключей, а только три: два от наружной двери, один от внутренней – все блестящие, как мечта Буратино, новенькие, со свежими спилами на подточенных бородках.

Это были не мои родные ключики.

Это были их дубликаты.

– И что это значит? – нахмурилась Ирка, когда я поделилась с ней этой любопытной информацией.

– Это значит, что моя связка из восьми ключей у кого-то другого, – неохотно признала я. – И, следовательно, нам надо ждать визита этого самого «кого-то».

– То есть мы поторопились снять доспехи?

Я вместо ответа застегнула надувной жилет и потянулась за скомканной фуфайкой. Подруга все поняла и тоже нацепила свои кастрюльные латы. Мы вернули на аванпост в прихожую табуретки, швабру и скалку и сели дожидаться очередного вторжения.

Время шло, ничего не происходило.

Через полчаса Ирка ворчливо сообщила, что она не завидует пограничникам. Еще через двадцать минут она объявила, что голодна, как пограничная собака, и покинула свой сторожевой пост.

Я некоторое время слушала, как многообещающе хлопает дверца холодильника, гремят кастрюльки и звенят тарелки, а потом тоже дезертировала с передовой.

– Война войной, а обед по расписанию! – сказала Ирка в наше с ней оправдание.

Мы пообедали и заодно посмотрели свежий выпуск телевизионных новостей. Сегодня в меню была сенсация! Недалеко от города в реке нашелся черный автомобиль «Лада Приора» – предположительно, тот самый, на котором скрылись преступники, ограбившие продовольственный рынок «Буренушка».

– Вот! Яркий пример того, что Настасья Круглова права, высшие силы не дремлют, и все тайное становится явным вне зависимости от человеческих действий или бездействия! – заявила Ирка, указав на экран надкушенной булкой. – Целая группа лучших сыщиков сбилась с ног, разыскивая эту самую «Ладу Приору» по какому-нибудь стратегическому плану с красивым названием «Перехват», «Сирена», «Полный абзац», «Ахтунг, ахтунг» или «Китлер Капут». А могли бы вообще никуда не бегать, сесть рядком на бережку, свесить ножки и курить бамбук. Уровень воды в реке понизился, и машинка нашлась сама собой!

На экране ветви плакучей ивы подметали высокий берег и торчащее из мутно-зеленой воды подобие выпуклой бегемотовой спины – крышу темной легковушки.

– Я знаю это местечко, – мечтательно сказала я. – Там под обрывом чудесный песчаный пляжик, мы с Колянами туда иногда ездим искупаться и пожарить шашлык. Очень удобное место, на машине можно забраться под самую иву. Только обязательно надо включать ручной тормоз, чтобы в реку не укатиться.

– То есть это очень удобное место, чтобы с легкостью утопить машину, от которой необходимо избавиться! – заключила Ирка.

А диктор за кадром развил ее мысль, сообщив, что в машине на водительском месте был найден труп одного из грабителей.

– Значит, надо полагать, второй грабитель избавился не только от машины, но и от сообщника! – резюмировала Ирка. – А деньги? Деньги не нашли?

А деньги, сказал диктор, нашли, но не все. Далеко, далеко не все! Спортивная сумка, в которой, по словам очевидцев, преступники вынесли с территории рынка тридцать миллионов рублей, оказалась открытой и практически пустой, если не считать грязи, ила и мелкого мусора. Незначительное количество денежных купюр было обнаружено в салоне, остальные, вероятно, унесло водой – окошко со стороны водителя было открыто.

В общем, были тридцать миллионов рублей – и сплыли! На радость деду Мазаю и зайцам, известным любителям капусты.

– Ты в это веришь? – спросила Ирка и скептически вздернула бровь.

– Не-а, – я помотала головой. – Понятно, что по телику излагают официальную версию, но я думаю, дело было примерно так. Грабители на «Ладе» закатились в укромный уголок под ивушкой, чтобы поделить добычу. Только один из них делиться не хотел и потому убил напарника, забрал из запомнившейся свидетелям спортивной сумки большую часть денег и столкнул машину с трупом в воду.

– Ну да, ну да. Вряд ли случилось такое удивительное совпадение, что один из грабителей внезапно умер за рулем от сердечного приступа или жутких угрызений совести.

Ирка немного помолчала и громко щелкнула пальцами:

– Надо Ларочку спросить, отчего он умер! Она небось уже вытянула информацию из своего любимого Лазарчука.

Я согласилась, что дружественную нам майоршу расспросить не помешает, но поленилась вылезать из-за стола.

А сразу после новостей – нам на десерт – в рекламном блоке снова показали незатейливый ролик – объявление о поисках пропавшей Милады Ульянцевой. В приступе гуманизма я пошла звонить ее родственникам и забыла про Ларочку.

Ушиб головы, поверхностная ссадина кожи, гематома, сотрясение мозга. Перелома черепа, к счастью, нет.

Голос врача доносился словно издалека, и она не все расслышала, но поняла сказанное так: ничего особо страшного, надо отлежаться, и все пройдет. Лежать Эльза Альбертовна была согласна, а вот сидеть – нет. Придя в сознание, она ужаснулась вполне реальной, как ей казалось, перспективе перекочевать с больничной койки на тюремные нары. Как она совершила такую глупость! Вломилась в чужую квартиру с отмычками! Как это называется? «Незаконное проникновение в чужое жилище»? И сколько за это дают?

Эльзе уже чудилось прикосновение к нежной коже грубой, вонючей, заскорузлой от грязи и пота тюремной робы. Она зримо видела ее – полосатую, вылинявшую, усеянную подозрительными пятнами, как видавший виды матрас. Она не просто влезла в чужую квартиру, она еще сделала это при свидетелях, попалась, как полная дура! И свидетели эти – две пугающе агрессивные тетки – надо думать, не спустят дело на тормозах.

Они сказали, что не будут заявлять в милицию, но Эльза Альбертовна им не поверила. Они заявят! Они заглянут в Петькины бумажки и так же, как сама Эльза, поймут, что это не тот случай, когда имеет смысл проявлять благородство и чтить Уголовный кодекс. И тогда незаконное проникновение переквалифицируется в попытку кражи. А за это сколько дают? Эльзу Альбертовну затошнило.

Врач что-то говорил ей о появлении рвоты, потере сознания, вялости и сонливости, но Эльза думала о другом: надо бежать! Уйти из больницы, скрыться, чтобы ее не нашли агрессивные тетки из той самой квартиры, милиция, судьи, прокуроры, тюремные надзиратели и расстрельная команда – в травмированной голове варилась дикая каша.

– Помните: после такой травмы, как у вас, пострадавший может на некоторое время прийти в сознание, а затем снова упасть в обморок! – ответив категорическим отказом на слезную просьбу отпустить ее домой, предупредил Эльзу врач.