На ринге ствол не нужен - Алексей Макеев

Гуров нагло лгал своему заложнику. Но он рассчитывал, что эта ложь будет принята Фроловым за истину и заставит его спасовать. Так оно и произошло. Валерий молчал не больше двух минут, переводя задумчивый взгляд с Гурова на зажатый в его руке грозный «штайр» и обратно. И он поверил словам полковника. Однако некоторые колебания в душе Фролова все же остались.

Взвесив все «за» и «против», он произнес:

– И чего ты от меня хочешь? Что я должен тебе сказать?

– Свешников, – отрывисто сказал Гуров. – Игорь Свешников. Или, как вы его тут называли, Скорпион. Он действительно был моим другом, и меня интересует, как и почему он умер.

– Это был несчастный случай, – поспешно ответил Фролов. – Кровоизлияние в мозг от удара в голову.

– Ложь!

Смертоносное дуло «штайра» уставилось в левую глазницу Фролова. Тот нервно сглотнул. Приложиться губами к заветной фляжечке захотелось как никогда. Но Валерий опасался сделать лишнее движение, не зная, как это может быть воспринято со стороны Гурова.

– Нет, это правда…

Полковник покачал головой:

– Мне доподлинно известно, что ты предложил Скорпиону сделку, от которой он отказался. Он должен был лечь на ринге во время боя, здесь, в «Рекруте». Скорпион послал тебя к черту, так как не мог представить себя побежденным, и был убит из-за этого.

– Все было не так! – Фролов подался вперед, но Гуров тут же толкнул его в плечо свободной от оружия рукой, и тот вернулся на место. – Я скажу, как было на самом деле. Все, что ты сказал, верно. Я предложил Скорпиону сделку. Он должен был лечь на ринге, выступая против Барракуды. В четверг. Причем и сам Барракуда ничего не знал бы об этом. Только я и Скорпион. Иногда я иду на подобные трюки, и Игорь об этом знал. В «Рекруте» делаются ставки, и в четверг никто бы не поставил против Скорпиона. Представляешь, какие бабки можно было бы снять на этом? Наварился бы не только я. Я готов был отстегнуть Скорпиону жирный кусок, но он заартачился и отказался от сделки, – Валерий перевел дыхание. – Более того, я готов признаться в том, что в тот вечер, когда Скорпион погиб, я приезжал в «Атланту» и беседовал с ним в раздевалке, что называется, при закрытых дверях. Никто не знал об этом. Даже Велиханов. Я сделал Скорпиону последнее предупреждение и попросил его хорошенько подумать…

– И угрожал ему, – ввернул Гуров.

– Слегка. Но я не думаю, что в случае чего стал бы действительно убивать Скорпиона. Мне это было бы невыгодно. Ну подумай сам. Скорпион приносил мне деньги, он был нужен мне. В крайнем случае, – Фролов осторожно поднял руку и коснулся пальцами мочки левого уха, – можно было бы спалить его хату, прижать телку, еще сделать что-нибудь в том же духе. Но не убивать… Я поговорил с ним и уехал. А потом, как и все, узнал о случившемся из газет. Скорпиона вообще никто не убивал. С чего ты взял? Единственное, чего я опасался, так это того, что его гибель позволит ментам, то есть вам, проследить связь Скорпиона со мной… Черт возьми! Так ведь и вышло на самом деле. Меня же подтянут за клуб? Верно?

– Без сомнения, – не стал увиливать Гуров. – Но сейчас речь не об этом, – он заколебался. Исповедь Фролова показалось полковнику вполне искренней. И главное, он был прав. Смерть Свешникова не сулила ему выгод. Скорее, наоборот. – Так или иначе, Скорпиона убили. Это не было несчастным случаем, Фрол. Перед боем ему в кровь ввели препарат под названием сидизкриниум, действие которого и привело к кровоизлиянию в мозг. Спровоцированному ударом Мухалишина, конечно.

– Исключено, – помотал головой Валерий. Интонации Гурова слегка изменились, и это ободрило его. – Ты даже не знаешь, о чем говоришь?! Это можно было бы еще сделать в «Рекруте», но в «Атланте»… Исключено.

– Почему?

– Это официальные соревнования. Каждого бойца обязаны осматривать перед боем, составлять медицинское заключение. Целый процесс. Любой препарат в крови был бы обнаружен.

– Если его вообще можно обнаружить…

– Сразу после введения? Я уверен, что можно. Нет, я, конечно, не медик, но… Подумай сам. Первые признаки, симптомы и все такое…

Спорить на эту тему можно было бы до бесконечности. Ни Гуров, ни Фролов не были квалифицированными специалистами в данной области, а потому устранить те или иные противоречия в их гипотезах могли только медицинские эксперты. Полковник понял это и решил переменить тему разговора. Поднявшись во весь рост и слегка встряхнув затекшими от долгого сидения на корточках ногами, он отошел на пару шагов назад. Дверной проем в тренировочный зал по-прежнему пустовал, никто из подручных Фролова не решался нарушить приказ большого босса и не испытывал желания посмертно прослыть героем. Из отпущенных Крячко тридцати минут, по приблизительным подсчетам, истекло больше половины. Минут двадцать или около того. Значит, Стас и поднятая по его команде бригада уже где-то на подходах к «Рекруту».

– И все-таки, – Гуров немного опустил ствол «штайра», но при этом оставаясь в полной боевой готовности, – я не вижу никаких иных мотивов для убийства Свешникова, кроме прозвучавшего накануне предложения, отвергнутого им. Или у тебя есть иное мнение на этот счет, Фрол?

– Нет, – честно ответил тот, тоже поднимаясь на ноги. – Мне была известна вся жизнь Скорпиона. Если бы он занимался чем-то еще, я бы об этом знал.

– А как же с торговлей наркотиками?

– Прилуцкому это выгодно еще меньше, чем мне, – отверг эту версию Фролов. – Он реализовывал через Скорпиона особо крупные партии товара. Кстати, – Валерий нахмурился, – а арест Прилуцкого случайно не твоя работа?

– Это к делу не относится. Вернемся к нашим баранам. Получается, что никому не выгодно было убивать Свешникова, но его убили. Так, что ли?

– Не факт, что убили, – протянул Фролов.

Его настроение резко переменилось. Мрачные мысли и подозрения закрались в голову владельца «Рекрута». Гурову несложно было предугадать ход этих мыслей в свете последнего озвученного вопроса. Теперь Фролов наверняка догадался, по какой причине арестован Прилуцкий и кто стоит за смертью Демьянова. Даже его взгляд стал еще более колючим, чем раньше. Осмелев, Валерий достал-таки из кармана свою фляжку и сделал три поспешных глотка.

– А кто-нибудь еще знал о сделке, которую вы планировали заключить со Скорпионом? – спросил Гуров. – Ведь есть же кто-то еще, кто собирался нагреть на этом руки?

– Никто. Об этом знали только я и Скорпион. Все. Я же говорил об этом.

В коридоре послышались одиночные выстрелы, практически тут же перекрытые автоматическими очередями. Кто-то что-то закричал, затем последовал грохот падающих предметов, и вся шумиха прекратилась после грозных властных окриков, призывающих бросить оружие. Повисла гнетущая тишина. Потом быстрые шаги по направлению к тренировочному залу.

– Лева, не стреляй, это я.

Крячко появился в дверном проеме с оружием в руке. Мазнул взглядом по напарнику, а затем остановил его на привалившемся к дальней стене Фролове. Гуров опустил руку со «штайром».