Искатель, 1998 №6 - Сергей Трубин

Да, странноватое задание. Ну и черт с ней, со странностью! В конце концов имя хозяина, известное всей стране, его место в финансово-политическом истэблишменте России, старая, еще с комсомольских времен, дружба с Мурыжным-старшим — все это должно гарантировать от всяких неожиданностей! Из этого и следует исходить.

… — Вот так. Показал он мне слайд Лады Евгеньевны, и я понял, что у них есть аппаратура, действующая по непонятному для меня принципу, но со страшными последствиями. Причем действующая на значительном расстоянии — в отличие от «радиолы» Студента!

Горюнов глотнул обжигающего черного кофе, только что разлитого по чашкам Еркиной. Они вчетвером сидели на кухне и вполголоса беседовали. Ксюша в это время загорала на пляже, не зная о том, что ряды борцов с вредоносной паранормальщиной в Жемчужном пополнились еще двумя спецслужбистами.

— Дальше, — попросил Лагно, накладывая в чашку сахарного песка.

— А дальше мы решили немного поиграть. Я на следующее утро предупредил Ладу Евгеньевну о том, что на ней хотят продемонстрировать действие… как вы его назвали? — Сергей взглянул на Лунникова.

— «Бакалавр» — так назвал его изобретатель, — тихо ответил Дмитрий. Он внимательно слушал рассказ Горюнова, не притрагиваясь к кофе.

— Вот-вот, действие «Бакалавра». Лада Евгеньевна предприняла необходимые меры…

— Выстроили защитное поле? — обратился Лунников к целительнице.

Еркина кивнула. Посмотрела на Дмитрия с уважением.

— Выстроить-то выстроила… — она положила на столешницу красивые, слегка полноватые руки. — Но воздействие почувствовала. Сильный у них генератор, башковитый ученый его собирал!..

— В общем, Завена и Аркадия Семеновича мы слегка надули, — продолжил свой рассказ Горюнов. — Ксюша помогла. В тот день я находился в номере Джамаляна и Мурыжного. Последний, кстати, в гостинице стал появляться от случая к случаю, видно, занят какими-то делами. К тому же, хоть и имеет с Завеном общие интересы, епархии у них, видимо, разные. Процесс мне, естественно, посмотреть не дали. Он проходил неподалеку, в номере Швера. Сначала туда зашла девушка… м-м, симпатичная… похожая на азербайджанку…

— Или на цыганку… — задумчиво вставил Дмитрий, вспомнив описание «злодея-суггестора», данное Саней Горловым.

— Возможно… Когда она вошла, Завен сказал мне: засекай, мол, время, скоро подъедем к их дому, посмотришь, что будет. Я включил в кармане радиомаяк. Ксюша с приемником дежурила неподалеку от гостиницы, чтобы уж точно услышать сигнал: мало ли какие помехи гуляют по городу!..

— Постой, откуда спецтехника? — перебил Игорь Константинович.

— Мой здешний оперативный источник — мастер на все руки. Помните фильм «Гений» с Абдуловым в главной роли?.. Ну вот, здесь примерно то же… Скинул я сигнал, Ксюша рванула домой — как раз хода минут тридцать. Вызвала «неотложку», описав симптомы сильнейшего приступа гипертонии у Лады Евгеньевны.

— Есть, увы, такое безобразие у меня в анамнезе, — кивнула Еркина. — Правда, в стадии глубокой ремиссии.

— Когда мы с Завеном подъехали ко второму дому по Курортной аллее, наша гостеприимная хозяйка лежала на носилках «без сознания», и ее уже помещали внутрь «скорой». Тогда как она чувствовала в этот момент… что, Лада Евгеньевна?

— Кровь в висках «помолотила» немного. И сердце по-щемило. Тоже приятного мало, но — мизер по сравнению с тем, что способен вызвать этот лептонный генератор!..

— Ну, я, восхищенный эффектом, пожал Завену руку, сказал, мол, грандиозно! Все, мол, плачу любые бабки, Ларик был абсолютно прав!..

— Хм… Доверяют они тебе? Уверен? — Лагно обеспокоенно посмотрел Сергею в глаза.

— Пригласили сегодня вечером на морскую прогулку, — пожал плечами Горюнов. — На яхте «Элина».

— Даже так? — легонько присвистнул полковник.

— По-моему, без всякой задней мысли. Завен, я думаю, счел полезным развить наше знакомство. Мало ли чем смогу пригодиться им в Южнороссийске!

— М-м-да… Смущает меня, что они, пусть косвенно, раскрыли тебе технологию.

— А что они от этого теряют?.. Юридически они неуязвимы! Тем более на технологию мне Ларик намекал (по легенде, разумеется). К тому же сам факт обладания необычным, фантастическим оружием пьянит, за язык тянет.

— Может быть… может быть… — пробормотал Игорь Константинович. — А кому принадлежит яхта?

— Черт его знает! — Сергей снова пожал плечами. — Но яхта солидная, о четырех пассажирских каютах, с кают-компанией, парусно-моторная. Изготовлена по специальному заказу. Как я понял, в Ливерпуле.

— Кажется, я догадываюсь, кто владелец, — сказал Лунников. — Так сказать, по косвенным уликам. Молодую жену Хотимского зовут Элина Эмильевна.

— Хотите, уточню? — предложила Еркина. — Только в поле войду…

Выглядела она усталой, но в тоне сквозила готовность сделать для успеха операции все от нее зависящее. Дмитрий понял, что ей по-хорошему льстило участие в мероприятии, причем не только местных чекистов, а и президентской спецслужбы. А еще доверие, оказываемое ей, острая неоходимость в ее способностях, к тому же на высоком государственном уровне.

— Не стоит, Лада Евгеньевна! — Лунников коснулся ее руки. — Так ли это важно? Вы сегодня свою астро-психическую батарею уже «подсадили», ставя мне защиту от считывания. А вам еще Деду купол строить!

В его голосе прозвучало столько теплоты и заботы, что Горюнов невольно почувствовал что-то вроде ревности. Но тут же скомандовал себе: «Тормозни, Серега! Что за непреходящий синдром зятя?! Сглазить хочешь?.. Парень дело говорит. И вообще, если в окружении президента есть такие ребята, значит, не все потеряно! А мы-то эту службу скопищем надутых снобов, профессиональных пустышек считали…»

— А потом — Феофановича «вытаскивать», — закончила, между тем, Лада Евгеньевна мысль Дмитрия. — Если, конечно, успею…

Она вздохнула.

— Я наберу Москву, дабы убедиться, что мое руководство получило эпохальный карт-бланш? — попросил у Ер-киной разрешения Лунников.

Он прошел в соседнюю комнату, где находился телефон, и позвонил генералу Рогову.

— Добрый день, Геннадий Геннадьевич! Я на месте, у меня все по плану. С нашими ребятами пока не связался. Чем закончился поход Васильича?

Рогова было не очень хорошо слышно. Но смысл того, что ответил генерал несколько раздраженным тоном, воспринимался совершенно однозначно: во-первых, Дед разгневался, велел Аржакову «оставить бредовые фантазии, не трогать реформаторов и выполнять функции согласно положению о Службе», а во-вторых, он, Лунников, должен теперь учитывать сложившуюся ситуацию. Последнее, хоть это и не было произнесено вслух, фактически означало свертывание инициированной Роговым операции.

Дмитрий вышел к своим новым друзьям основательно поникший. Да это было не то слово!

Все трое молча смотрели на него, с трепетом ожидая сообщения о высочайшем решении.

— С этого