Город под каблуком - Владимир Колычев

Никита повернулся к нему спиной и отошел в сторону, чтобы дождаться начальника промзоны.

– Кит! – Макс на полусогнутых подошел к нему, протянул руку.

– Лапы убери! – холодно глянул на него Никита.

Макс пугливо отдернул руку, плотно прижав ее к бедру. Роба грязная, мятая, на лице синяки, губа разбита, кровь носом недавно шла. Невеселая у него жизнь, мягко говоря.

– Кит, только ты можешь мне помочь, – захныкал Макс.

Никита сделал вид, что не услышал его. С равнодушным видом он смотрел в сторону, в которой скрылся начальник производства.

– Ты же мой телохранитель! Ты все знаешь, да?.. – Макс жалобно тянул к нему руку, как нищий за подаянием, но коснуться его не смел. – Ну, так вышло, пойми… Мы же по-честному, сначала свадьба, потом все остальное…

Начальник куда-то пропал, но Никита не обязан бегать за ним. Западло это, переживать за мента, и уж тем более заботиться о нем. Если с майором что-то случилось, то это не его проблема. А в «бугры» он не набивался, так что взятки с него гладки. Он снова повернулся к Максу спиной и направился к своему цеху. Пусть радуется этот недоносок, что ему челюсть не снесли.

– Кит, тебе за что по десять штук в месяц отстегивают? – раздалось ему вслед.

Пришлось остановиться, повернуться к Максу лицом. Деньги – это всегда серьезно, и если за них предъявили, то уходить от ответа никак нельзя.

– Кто мне отстегивает?

– Отец тебе мой отстегивал. За меня. Отца нет, если ты не знаешь… – Макс чуть не плакал от обиды и отчаяния, глядя на него.

– Я все знаю. И про Ларису знаю, и про твоего отца…

– Ну, с Ларисой нехорошо получилось. Но деньги на твой счет поступают. Никто их не отменял. А я мог бы отменить…

Никита не контролировал своей счет и не знал, поступают на него деньги или нет. Более того, после того как Лариса его предала, он потерял к нему интерес. И если бы она вдруг сняла с него все деньги, он бы не расстроился. Хотя бы потому, что дальше расстраиваться уже некуда.

– У нас был договор с твоим отцом.

– Да, но платил он тебе за меня. Ты как был, так и остался моим телохранителем.

– Можешь забрать себе все деньги, мне от тебя ничего не нужно.

– Эти деньги может забрать только отец. Но он их не заберет. И деньги дальше будут поступать на твой счет. Значит, договор в силе. Хочешь ты этого или нет, но ты мой телохранитель! – с мольбой смотрел на него Макс. Это был крик отчаяния, но в нем все-таки слышалось требование.

– Сначала я должен узнать, поступают деньги на мой счет, или ты пытаешься меня кинуть, – сухо сказал Никита.

– Поступают! Точно поступают! – обнадеженно вскинулся Макс.

– Я тебе не верю. Тебе нельзя верить.

– Кит, они же меня убьют! – Макс кивком головы показал за штабель кирпичей. – Там же не люди, там звери!

– Ну, ты же отправил меня к этим зверям. Тебе же не было страшно, когда ты меня сдавал.

– Я?! Тебя?!.. Я тебя сдавал?! Ты в своем уме, Кит? – ошалел от возмущения Макс.

– Ты меня сдал. И я знаю зачем. И знаю, из-за кого!

– Из-за Ларисы?!.. Я сдал тебя из-за Ларисы?! Ну да, ты можешь так подумать! Но я тебя не сдавал!!!..

– Это уже не имеет значения. Я наведу справки, и, если деньги действительно поступают на мой счет, мне придется взять тебя под охрану.

Никита снова повернулся к Максу спиной. Было бы желание, а позвонить в банк не так уж и трудно. А желание у Никиты появилось. Сначала условно-досрочным освобождением запахло, затем вдруг Макс появился. Ларису не вернуть, но ведь и без нее можно начать новую жизнь. Тем более если его счет продолжает пополняться. Цены в Москве, говорят, поползли вверх, и, если процесс не остановится, через два-три года Никита выручит за свой участок в несколько раз большую сумму чем ту, которую за него заплатил. Тогда он на юге не только дом построит, но и бизнес организует. Может, отель для отдыхающих поставит, а может, какой-нибудь паркетный завод откроет. И в жены возьмет себе такую женщину, перед которой Лариса разом померкнет. Если такие женщины существуют… Существуют. Должны существовать. И ему должно повезти… Есть же на свете справедливость.

Раз Макс здесь, за колючей проволокой, то она точно существует.

– Кит, не уходи! Они меня убьют!

То ли Макс упал перед ним на колени, потому что споткнулся, догоняя Никиту, то ли сделал осмысленно, так или иначе, он явственно дал понять, в каком отчаянном положении находится. И Никита вдруг проникся его проблемами, хотя и не должен был идти навстречу предателю.

– Кто тебя убивает?

– Суслик!

– Понятно.

Суслик был правой рукой Поливана, «смотрящего» за четвертым отрядом. Никита вспомнил Дуремара, который занимал то же примерно положение при Шведе. И Дуремар беспределил в свое время, и Суслик – перец с той же грядки. Но Дуремар обжегся на Никите, а Макс не в состоянии дать отпор беспредельщику.

– Давно ты в четвертом отряде?

– Вчера с карантина направили, – с надеждой глядя на Никиту, поднялся с колен Макс.

– И сегодня уже проблемы?

– Еще вчера начались… А сегодня Суслик узнал, за что меня осудили.

– За что?

– Сто тридцать первая статья…

Никита инстинктивно отошел от Макса. За изнасилование можно «опустить» любого, но не со всеми этот номер проходит. Но Макс – чмо, и ему самая прямая дорога в «петушатник». Может, его обесчестили еще в следственном изоляторе.

– Да ты не думай, меня еще не «петушили», – низко опустив голову, пронзительно вздохнул Макс.

– Еще?

– Ну, Суслик грозится…

Макс испуганно дернулся, заметив Суслика. Из цеха важной, но быстрой походкой к Никите направлялся майор Кольчужный. По всей видимости, он всерьез верил, что смог примерно напугать зачинщиков беспорядков. Но наглая ухмыляющаяся рожа Суслика говорила об обратном. Класть он хотел на ментов. Суслик, а с ним еще две нахальные рожи маячили за спиной Кольчужного. Никита глянул на него с пониманием. Не тот он человек, чтобы осуждать кого-то за глумление над ментовским начальством. Но это не помешает ему скрутить Суслику башку, если вдруг возникнет такая необходимость.

– Чего стоишь? Давай в цех! – гаркнул на Макса Кольчужный.

– Зачморят его там, – сказал Никита, – а потом «опустят».

– И что ты предлагаешь? – нахмурился майор.

Все правильно, если уж сказал «а», то нужно говорить и «б».

– Может, к нам в отряд перевести? – пожал плечами Никита.

– Старый знакомый? – догадался начальник производства. Это было нетрудно. Он же видел, как Макс отреагировал на Никиту.