Стилист - Александра Маринина

Семен Воронец, в чьи обязанности входило поддерживатьпостоянные контакты с авторами и отслеживать творческий процесс, позвониллитературной парочке со ставшим уже привычным вопросом:

– Ну как? Пишете сейчас что-нибудь?

И, к своему ужасу, услышал:

– Пишем. Но не для вас.

– А для кого? – спросил он, не веря своим ушам.

– Для «Сантаны».

«Сантана» – довольно известное издательство, не такое,конечно, мощное, как «Шерхан», но тоже очень приличное.

– Но как?.. Почему?.. – задохнулся от негодованияВоронец.

– Они предложили более выгодные условия, –спокойно ответили ему.

– Какие?

– Более выгодные.

– Ну какие? Какие? Сколько они вам заплатят? –допытывался Семен.

– В два раза больше, чем вы.

– Я спрашиваю: сколько?

– Я же сказала вам: в два раза больше. Вы что, на дваумножить не можете? – насмешливо спросила дама-литераторша.

– Я не помню, сколько мы вам платим, – огрызнулсяВоронец.

– Очень жаль, – вздохнула она. – Поднимитеиздательский договор и посмотрите, если не помните.

– И вы уже договор заключили? – спросил он, всееще надеясь на то, что ничего страшного не случилось.

Может быть, никакого договора нет, есть только обещаниязаплатить в два раза больше, тогда еще не все потеряно. Он быстро объяснит этимсамонадеянным идиотам, что их обманывают, что «Сантана» никогда и никому неплатила таких больших гонораров.

– Заключили, – сказала писательница.

Тут Семен Воронец, главный редактор издательства «Шерхан»,потерял над собой контроль и сорвался.

– Вы понимаете, что вы наделали? – заорал он втрубку. – Есипов же убьет меня! Вы так меня подвели! Ну почему вы не снялитрубку и не позвонили мне, когда с вами связались люди из «Сантаны»? Почему выне посоветовались со мной?

– А почему мы должны были с вами советоваться? –недоуменно вопросила дама. – Ну, предположим, я бы позвонила вам, и что?Вы бы сказали мне, что в два раза больше – это плохо, а в два раза меньше –хорошо?

– Есипов меня убьет, – в отчаянии повторилВоронец. – Да если бы вы сказали, что вам предлагают такие деньги, мы бытоже повысили вам гонорар. Конечно, ваша работа столько не стоит, но мызаплатили бы из принципа, лишь бы книга не ушла в другое издательство.

– Если вы считаете, что наша работа столько не стоит,то вы бы не стали платить за нее больше, чем платите, – хладнокровновозразила дама. – А если вы готовы заплатить за нее больше, значит, онадействительно стоит дороже, а вы нам просто-напросто недоплачивали.

После этого разговора Семен был сам не свой. Не случайно он,не сдержавшись, брякнул, что Есипов его убьет. Кирилл несколько раз спрашивалего как человека, постоянно контактирующего с авторами:

– Как они? Не сорвутся? Может, прибавить им гонорар?

– Никуда не денутся, – самоуверенно отвечалВоронец. – Я же вижу, они счастливы до посинения, что мы берем у нихрукописи и платим. Для них это огромные деньги, они столько за всю жизнь невидели.

– Точно? – недоверчиво переспрашивалКирилл. – Ты уверен?

– Уверен. Достаточно посмотреть, как они одеваются,чтобы понять, к каким деньгам они привыкли. Не сорвутся, не волнуйся. И потом,никто и никогда не заплатит им больше нас. Нет таких издательств.

Гриша Автаев при этом всегда кивал с важным видом. Ему,коммерческому директору, было хорошо известно, какие издательства какимисредствами располагают и какие гонорары платят. Больше «Шерхана» в Москвеплатили только два издательства, но эти авторы были совершенно не по ихпрофилю. И, разумеется, какая-то «Сантана» в число этих двоих не входила. Ивдруг такой удар!

Есипов не убил Семена по единственной причине: он не хотелсадиться в тюрьму за «мокрое» дело. Если бы не это здравое рассуждение, жизньСемена Воронца могла бы бесславно закончиться. Авторов пригласили на беседу.

Дама-писательница приехала одна, ее соавтор-хиппи плохо себячувствовал и остался дома.

– Мы с вами сотрудничаем уже почти год, – начализдалека Есипов, – и мне хотелось бы услышать от вас, довольны ли вы этимсотрудничеством или, может быть, вас что-то не устраивает в том, как мыпостроили наши отношения. Может быть, вас не устраивает ваш редактор?

Воронец сидел белый как полотно. Парочка не знала виздательстве никаких редакторов, кроме него самого, и смысл вопроса был емупредельно ясен. Сейчас мадам покатит на него бочку, припомнив все мелкиеогрехи, даже те, которых не было.

– Нет, нас все устраивает, – мило улыбаясь,ответила она. – И с Семеном Аркадьевичем у нас сложились прекрасныеотношения.

– Тогда чем же можно объяснить ваш поступок?

– Поступок? – вздернула брови дама. – А чемвы, собственно, недовольны? Вы оцениваете нашу работу определенной суммой, иэто ваше право. Вы – издатели, и вам виднее, сколько стоят наши рукописи. У наск вам не было и нет никаких претензий в этой части. Мы же не просили увеличитьнам гонорар, полагая, что вы платите за нашу работу столько, сколько она стоит.Но если нашлись издатели, которые считают, что наша работа стоит в два разадороже, то почему мы должны от этого отказываться? Я не понимаю.

– Мы вложили в вас деньги, – вступил в разговорГриша Автаев. – Первая ваша книга расходилась очень плохо, мы на нейпрактически ничего не заработали. Но мы все-таки взяли у вас вторую вещь, потомтретью, мы вас раскрутили как авторов, а вы теперь уходите к другим издателям.Эта «Сантана» пришла на готовенькое – читатели теперь вас знают и будут хорошораскупать ваши книги. Мы вкладывали деньги в вашу рекламу. Вы что же думаете,тот факт, что ваши книги теперь хорошо идут на рынке, – это ваша заслуга?Ничего бы этого не было, если бы мы за это не платили. Подумайте о том, чтобудет дальше. Сейчас «Сантана» заключила с вами договор и готова заплатить вамв два раза больше. Я уверен, что книга будет расходиться плохо, потому чточитатели привыкли находить ваши книги у нас, в нашей серии, а среди изданий«Сантаны» те, кто вас знает, не будут вас искать. Допустим, «Сантана» дажезаключит с вами еще один договор. Вы напишете для них еще одну книгу, но и онабудет расходиться плохо. И все. «Сантана» больше не будет с вами сотрудничать.А у нас, в нашей серии ваших книг нет уже долго. Пока вы будете писать этукнигу и следующую, пройдет месяцев семь-восемь, если не больше, и наши читателивас забудут. Тогда и нам станет невыгодно вас издавать. Да, мы не скрываем,сейчас мы на вас зарабатываем, но мы с таким же успехом можем зарабатывать и надругих авторах. Мы от ваших книг спокойно откажемся. А что будете делать вы?Больше ни одно издательство вам ничего не предложит…