Колесница времени - Татьяна Степанова

— Ты испортил мне вечер в Большом, — объявила Катя.

— Готов исправиться. — Данила включил зажигание.

— Хочу туда, где весело. Где танцуют всю ночь.

Катя сказала это, имея в виду клуб «Шарада». И про себя решила — если он повезет ее сейчас не на Ленинградский проспект, а куда-то еще, она тут же начнет капризничать — это полный отстой. Если еще куда-то — то же самое: тоска зеленая, скукотища. До тех пор, пока они не доберутся до этой «Шарады».

Надо обязательно побывать с ним в клубе, куда ходили две жертвы убийств. Бородатая Кора и карлица Маришка сегодня вечером там, на работе, так что могли узнать что-то интересное.

Данила не повез ее «куда-то еще», а доставил в ночной клуб «Шарада» — через двадцать минут они уже парковались на той самой автостоянке на Ленинградском, где застрелили Василия Саянова. Катя узнала это место сразу. А вон и арка во двор, освещенный фонарем.

— И что здесь такое?

— Клуб, мы сюда порой ходим с друзьями, — ответил Данила.

И опять взял Катю за руку — как ни в чем не бывало, словно и не случилось ничего в ложе Большого.

— Ты всех своих девиц сюда водишь?

— Тридцать юнцов у меня и ровно столько же девок. Член же один, что же делать-то мне?

Катя тут же вырвала руку.

— Марциалл на все вопросы дает ответ, — Данила ухмылялся. Они уже зашли во двор.

Клуб «Шарада» не имел ни яркой сияющей рекламы, ни окон — кирпичное здание фабричного типа, напоминавшее склад или пакгауз. Мощная железная дверь. Данила позвонил в звонок и переговорил с охранником.

Момент — и дверь распахнулась.

А внутри все напоминало пещеру или катакомбы — так сначала показалось Кате: сиренево-розовая подсветка и кирпичные стены длинного коридора, испещренные граффити на античные темы. Очень много нагих мужских торсов, крылья грифонов, львиные когти химер, обнаженные всадники, юные флейтисты, прекрасные кравчие, разливающие из кувшинов вино в чаши, голые танцовщицы в браслетах и жемчугах, фантасмагорическое переплетение тел в эротических сценах. И все это яркое, свежее, словно только вчера нарисованное на старых заводских кирпичах акриловыми красками.

И музыка — толстые фабричные стены уже не могли ее заглушить.

Мгновение и — музыка громче, громче…

Охранник распахнул перед ними дверь, и они сразу попали на танцпол.

В эту ночь «Шарада» была набита битком. Катя и Данила оказались в самой гуще плящущей толпы. Публика самая разная: молодежь, студенты и постарше; парни, девицы — кто в чем, кто в вечерних нарядах, кто в кожаных корсетах и высоких сапогах. А кто-то в гриме зомби-Эбола, кто-то в венецианской парчовой маске и смокинге.

— Тут тесно, — шепнул Данила и, снова крепко ухватив Катю за руку, повел ее куда-то — сначала к самой сцене, затем к лестнице.

Они поднялись в VIP-зону, Данила опять коротко переговорил с охраной, и вот они уже на балконе над танцполом и сценой. Мягкие диваны, столики. Тут народу мало.

Дверь в приват-комнату, и туда как раз заваливается компания парней, официант несет коктейли, виски и пиво. А внизу на сцене диджей объявляет конкурс «Золотой караоке».