Черта с два - Татьяна Полякова

— Вот погодка… — покачал головой парень за стойкой ипосмотрел за окно.

— Да… Однако посетители у вас есть, несмотря на дождь.

— Эти постоянно сидят, хоть не закрывай бар вовсе…

— Я ищу знакомого, как-то видела его здесь. Высокий,рыжеватый, волосы длинные, собраны в хвост…

Я продолжила описание, но парень слушал без интереса, потомсказал:

— Да здесь полно таких… может, и знаю, о ком вы, а воттак сразу не сообразишь.

— У вас найдется карандаш и бумага? Я вам его нарисую.

— Да? — Он вроде бы заинтересовался, как видно,особых забот у него в тот вечер не было, и парень искал возможность развлечьсебя. Я быстренько набросала портрет по памяти, он наблюдал за мной иулыбался. — Здорово, — сказал, когда я закончила. — Это Суслик.Точно. Здорово похож.

— Суслик? Это что, фамилия такая?

— Нет, конечно. Фамилия Рубин, зовут Дима. Он здесьчасто бывает, живет по соседству. Правда, последние дни куда-то запропал.Может, в отпуск уехал?

— А где он работает, не знаете?

— В Гражданпроекте. Он раньше в фотолаборатории работал,энтузиаст своего дела, чокнулся совсем на этой почве. Потом контора ихразвалилась, он мыкался туда-сюда и устроился в Гражданпроект, тоже что-то пофотографии. Я в таких делах не смыслю, но знающие люди говорят: талант у него.Вообще-то он с чудинкой. Вы хоть разговаривали с ним или он вам издалекапонравился?

— Издалека. Я была с приятелем, он подошел к этомуДиме, я обратила на него внимание. Приятеля расспрашивать постеснялась. Асейчас еду мимо, думаю, отчего б не зайти наудачу?

— Не было его несколько дней, не повезло вам. Но онпоявится, так что заходите. Живет за углом, дом 3, а квартиру не помню.

— Ничего, — я улыбнулась. — Я ведь к нему вгости не собираюсь.

— А кто ваш приятель?

— Андрей Суворин. Может, знаете.

— Конечно, знаю. Только вас я с ним раньше не видел.

— Ничего удивительного, встречаемся мы нечасто.

— А вы знаете, что Андрея убили? — спросил бармен,пристально глядя на меня. К счастью, к стойке подошел клиент, и он ненадолгоотвлекся, а вернувшись к разговору со мной, проницательностью в глазах уже непугал.

— Как убили? — очень натурально удивиласья. — Когда? Меня не было в городе дней десять.

Парень принялся излагать свою версию гибели Андрея, она былавпечатляющей, но с реальными событиями сходства практически не имела. Однако кое-чтополезное я узнала: Андрей учился с Димой Рубиным в одном классе, и дружили онисо школы, бармен это знал доподлинно, потому что тоже был их одноклассником.Потом дружки вроде бы повздорили и виделись неохотно: Андрей шел в гору, а уДимки жизнь не складывалась. Начались взаимные обиды и упреки. Ко всемупрочему, Димка парень чудной, с «закидонами», ладить с ним непросто. Последнеевремя им интересовались какие-то типы, и он, узнав об этом, вроде бы испугался.Может, потому и носа здесь не кажет. Хотя трудно предположить, что он натворилчто-нибудь, не тот человек… Я выпила три чашки кофе и уже собралась уходить,как парень вдруг сказал:

— А вот и он…

И точно, я повернула голову и увидела Рубина.

— Привет, а тебя девушка ждет, — засмеялся бармен.Дима хмуро уставился на меня и сказал:

— Я вас не знаю.

— Давайте отойдем в сторону и познакомимся, —предложила я. Он согласился весьма неохотно.

— Где-то я вас видел, — заметил он устало. —Вы кто?

— Я знакомая Андрея Суворина. Была с ним в тот вечер,когда вы ему пленку продали.

— Какую пленку? — испугался Дима. — Ничего яему не продавал.

— Слушайте, я не следователь и ловить вас на лжи несобираюсь, но должна предупредить: в городе появились фотографии с этой пленки.Они попали к разным людям. Один тип, тот, что на них запечатлен, этим оченьнедоволен. Вы знаете, каким образом появились на свет божий эти снимки. Значит,должны понимать, какой подвергаетесь опасности.

— Но почему я? Я ж ничего… Кто вас послал?

— Никто. Я пришла предупредить. Андрей погиб, а теперьмертвы его убийцы, я думаю, особого желания продлить список своим именем вы неиспытываете.

Он облизнул губы и нахмурился.

— Я здесь ни при чем. Меня попросили, я сделал. А развеоткажешься? — Парень был так взволнован, что половину фразпроглатывал. — А потом исчезли. Вроде работа насмарку. Тут как раз явилсяАндрей, увидел одну фотографию, аж затрясся. Ну и… Я без денег сидел, вот ипродал. Они сами виноваты, я так и сказал…

Из этого маловразумительного монолога я вынесла впечатление,что Дима не понимает, в какой переплет он попал, поэтому сурово напомнила:

— Хороший свидетель — мертвый свидетель. Вы поняли, очем я? — и направилась к двери, он кинулся за мной.

— Подождите, кто вас послал? Ведь не Татарин же,правда?

— Я пришла по доброте душевной, — ответила я ивышла на улицу.

Разговор, несмотря на некоторую сумбурность, кое-чтопрояснил: некто, желая держать на крючке Логинова, поручил Диме сделатьфотографии. Он их сделал, но по какой-то причине интерес у заказчика к нимостыл, а есть надо каждый день. Андрей, для целей, одному ему ведомых, купилфотографии. Вряд ли он хотел шантажировать Логинова, это кажется маловероятным,но, безусловно, надеялся извлечь для себя какую-то выгоду. Благодаря моимворовским замашкам пленки он лишился. Логинов, каким-то образом узнав о пленке,послал к нему ребят с поручением. Парни перестарались, и Андрей погиб. Затемони вышли на меня, может, Андрей успел рассказать о том, что я украла пленку,после чего и переключились на мою особу. Хотя могло быть наоборот: Андреймолчал, они его убили, а меня и Дениса искали как свидетелей своегопреступления и, вполне возможно, проявляли инициативу, не ставя об этом визвестность Логинова. Потому он и удивился моему звонку. Теперь, когда япослала фото, он, конечно, понял, где пленка, а заодно решил и от подручныхизбавиться. Версия понравилась мне необычайно, даже дождь уже не досаждал так,как час назад, ну идет себе и пусть идет. Под дождь лучше думается.