Умри богатым! - Дарья Калинина

– На тебя напал преступник. Ты была дома, он к тебе пришел, ударил тебя по голове и…

И Мариша рассказала взволнованно слушавшей ее девушке ту версию произошедших событий, которая сформировалась у них с Инной.

– Конечно, может быть, мы все это и придумали. И дома ты сама поскользнулась и сама ударилась головой. Но как же тогда быть с сегодняшним покушением на тебя?

– Меня и сегодня хотели убить?!

– А ты думаешь, зачем тот тип в черном плаще забрался в твою палату? Уж ясно – вовсе не для того, чтобы порадовать тебя цветочками или апельсинами!

– Апельсины я не люблю, – машинально сообщила ей Любушка. – У меня на них с детства аллергия. Ой! Вспомнила!

– Что? Что вспомнила?

– Ну, вот это – про аллергию.

– А-а-а… – разочарованно протянула Мариша. – А чего-нибудь посущественнее ты ничего пока что не вспомнила?

– Нет.

– Ну, ничего. Будем надеяться, что раз ты про цитрусы вспомнила, то и про остальное вспомнишь.

На том они и порешили. И, так как Любушка была все же еще очень слаба, Мариша оставила ее одну, а сама на цыпочках ушла в свою спальню и принялась в тишине и покое обмозговывать ситуацию, которую сама же и создала своими собственными руками.

Ситуация складывалась следующая. На Любушку этой ночью было совершено еще одно покушение. Как и опасалась Мариша, преступника не остановили даже больничные стены. Он продемонстрировал немалую силу и смекалку, забравшись на второй этаж по пожарной лестнице, а затем проникнув в палату к Любушке через окно.

Теперь Мариша окончательно уверилась, что этот визит связан с предыдущим покушением на Любушку. Преступник не доделал свое дело и пришел завершить начатое.

– Пойми, как я могла оставить ее после всего этого в больнице? – шептала она в трубку Инне, которая сначала вполне справедливо пришла в ужас, а потом начала обвинять Маришу в слабоумии. – Там преступник ее неизбежно добил бы! Видела бы ты, какая она лежала бледненькая и бесчувственная! Совсем легкая добыча для мерзавца. И никто из врачей мне бы ни за что не поверил, что в палате был убийца!

– Но как тебе удалось забрать Любушку? Ее выписали в таком состоянии?

– Выписали? А кто говорил о выписке? Мы с ней просто ушли!

– Просто ушли?! – Инна не поверила своим ушам. – Как это – «просто ушли»? – ахнула она. – Нельзя просто взять и уйти из больницы! Это против правил!

– А вот мы ушли!

– И как вас охрана выпустила?

– Охранник куда-то отлучился. А дверь… Ну, она закрывается изнутри. И… И открывается тоже. Так что особых проблем не возникло.

– Так вы просто удрали?!

– Ну, можно сказать и так.

– Потрясающе! – пробормотала Инна.

Она и в самом деле была потрясена. Сначала тем, что услышала. А потом – и самóй героической выходкой подруги. Какая все-таки Мариша молодец! Немножко сумасшедшая, но молодец! Взяла и спасла Любушку! Прогнала убийцу из ее палаты. Выкрала пациентку из больницы. И…

Но тут Инне пришла в голову еще одна ужасная мысль:

– А что скажет Брызгалова?!

– Брызгалова?..

При упоминании имени бывшей одноклассницы Маришина эйфория от собственного героизма стремительно пошла на убыль.

– Брызгалова мне еще не звонила, – призналась она.

– Ничего! Скоро позвонит!

Предупреждение Инны сбылось даже раньше, чем хотелось бы Марише. Брызгалова позвонила уже через минуту. И она была в такой ярости, что Мариша даже испугалась. Не за себя, разумеется, а за Брызгалову, которая так разозлилась, что, того и гляди, могла лопнуть.

– Ты что натворила, а?! – закричала Брызгалова, едва Мариша взяла трубку. – Ты что устроила в больнице?! Мой муж поручился за тебя своим именем, понимаешь ли ты это, коза драная!

– Почему это я коза, а тем более драная? Я по своим габаритам никак уж не коза!

– Муж за тебя хлопотал, а ты его подвела!

– Чем это? Сидела себе тихонько, никого не трогала…

– Не трогала! Да ты разгромила им всю палату! Хулиганка! Зря я за тебя просила. Ты как была неуправляемой психопаткой, такой и осталась!

– Я ничего не громила. Это был несчастный случай. Понимаешь, кровать…

– Теперь все узнают, что у моего мужа есть какие-то чокнутые приятельницы, которые устраивают в больнице шум и погром, – не желала слушать и успокаиваться Брызгалова. – А потом еще и крадут пациентов!

– Никого я не крала!

Мариша хотела сказать, что Любушка последовала за ней по доброй воле, но вовремя остановилась. Ни к чему Брызгаловой или кому-либо еще знать о том, что Любушка находится у нее дома. Инка – это исключение из правил. А для всех остальных Любушка должна просто исчезнуть. Не насовсем, конечно, на некоторое время, пока не будет пойман преступник.

– Я никого не крала! – твердо произнесла Мариша. – И погрома в больнице тоже не устраивала! Тихо посидела, а потом встала и незаметно ушла.

– Ушла? – осеклась Брызгалова. – Просто ушла? То есть это не ты поломала приборы и кровать?

– Я ничего не ломала.

Но ведь, действительно, вся вина лежала на проникшем в палату злоумышленнике да еще на проклятом больничном одеяле. Но уж никак не на Марише! Она-то тут при чем?

– Я вела себя примерно, словно выпускница с красным дипломом.

– Ничего не понимаю, – растерянно пробормотала Брызгалова, явно колеблясь и не зная, верить Марише или нет. – Если это не ты, тогда кто тогда?

– Кто – что?

– Кто устроил погром в палате реанимации да еще и похитил пациентку?!

– Любушку?

– Ну да, ту девицу, к которой ты так рвалась.

– Ой, какой кошмар! – вполне правдоподобно изобразила страх и ужас Мариша. – Ее все-таки похитили! А я ведь вас предупреждала! Быть беде! Девушку уже один раз хотели убить. А теперь вот еще ее и похитили! Я говорила, говорила! Да только никто меня не слушал! Как же это произошло? Рассказывай быстрее!

Несколько опешившая от такого накала страстей Брызгалова начала выдавать информацию. Мариша слушала ее, не перебивая. И лишь поражалась тому, насколько изложенная Брызгаловой версия отличалась от того, что на самом деле случилось в палате у Любушки.

По словам Брызгаловой, в палате произошла форменная катастрофа. По ней словно бы смерч, тайфун и ураган прошлись – все втроем. Разбили светильники, сломали аппарат искусственного дыхания, по полу разбросали штативы, медикаменты и медицинские инструменты. И кровать, на которой лежала Любушка, тоже сломали – капитально.

Со своей стороны, Мариша могла лишь припомнить слегка порванное одеяло, из которого она так яростно выпутывалась. И немного сдвинутую с места кровать Любушки. Ну и, конечно, исчезновение самой Любушки. Но и в этом у них с медицинским персоналом больницы имелось расхождение в версиях. Персонал считал, что Любушку похитили и вытащили из палаты через окно. И что выжить в такой ситуации девушка вряд ли бы сумела, поскольку находилась в коме. А Мариша знала, что Любушка покинула территорию больницы на своих двоих. И не через окно, а вполне цивилизованно – через дверь.