Ищейки - Питер Ловси

— Это детектив-сержант Даймонд?

— А кто же еще?

— Представь себе, я его нашел.

— Разумеется, это убитый?

В трубке послышался вздох. Или это был шум ветра?

— Ты все еще здесь, Джон? — спросил Даймонд. — Ну так что, это Сид Тауэрс?

— Почему ты так решил? — ответил Уигфул, с трудом скрывая раздражение.

— Все факты указывают на это, разве нет?

— Я бы так не сказал.

— Или ты арестовал кого-то другого?

— Я этого не говорил.

— Тогда, может, скажешь хоть что-нибудь, Джон?

— Тебе об этом кто-то рассказал?

— Нет, я сам додумался.

— Может, ты додумался и до того, как он попал в запертую комнату? — настороженно спросил Уигфул.

— Нет, а ты?

Из трубки повеяло самодовольством:

— Пожалуй, да.

— Серьезно? Ты разгадал эту загадку? Хорошая работа. — Даймонд был сильно удивлен, но не мог не отдать должного коллеге.

— Вот почему я попросил со мной связаться, — продолжал Уигфул повеселевшим голосом. — Мы тут с помощником начальника полиции сидим у меня в кабинете, наводя, так сказать, лоск на проделанную работу. Не хочешь к нам присоединиться?

Мистер Масгрейв, по общему мнению, был самым приятным из трех помощников начальника полиции в Эйвоне и Сомерсете. Его цветущий вид и дородная фигура, приближавшаяся по форме к пивной бочке, всегда благотворно действовали на подчиненных. Будучи человеком добродушным, умевшим слушать других и ценить чужие достижения, Арнольд Масгрейв как нельзя лучше подходил для того, чтобы появиться в вашем кабинете в момент триумфа.

Когда вошел Даймонд, Уигфул говорил с сияющим видом человека, ожидавшего повышения по службе:

— Полагаю, вы знакомы с детективными романами Джона Диксона Карра, сэр?

— Да, наверное. — В голосе ПНП звучала неуверенность. — У меня, знаете ли, проблема с этими книжками: никогда не могу вспомнить, кто их написал и о чем в них говорится. — Увидев на пороге Даймонда, он расплылся в улыбке. — А, Питер! Отлично выглядите.

— Это только видимость, — возразил Даймонд. — На самом деле я по уши в дерьме. В отличие от Джона Уигфула.

— Он как раз собирался рассказать, как ему удалось раскрыть дело о «Черном пенни».

— Да, я слышал.

— Возможно, это поможет решить и ваши проблемы, Питер.

— Буду держать пальцы скрещенными, сэр.

Оба полицейских выжидающе уставились на Уигфула, и тот улыбнулся, вздернув кверху кончики усов.

— Мы тут говорили о Диксоне Карре, — заговорил он тоном лектора. — Пятьдесят лет назад авторы детективов любили задавать читателям загадки, что-то вроде головоломок, которые можно было решать по дороге на работу вместо кроссвордов. Диксон Карр считался лучшим в этом деле. Думаю, у него до сих пор есть немало почитателей. Его коньком была тайна запертой комнаты.

— Наверно, что-то у него я все-таки читал, — встрепенулся ПНП. — Но хоть убейте, не помню, как это называлось.

Уигфул, увлеченный своей речью, почти не обратил внимания на его слова.

— Для меня это был необычный опыт — расследовать дело со всеми атрибутами детективного романа: подземным склепом, изобретательным вором, запертой комнатой и узким кругом подозреваемых. Необычный, но весьма волнующий. В этом было нечто новое, неординарное. Как только мне удалось установить связь между кражей и этой группой любителей детективов, «Ищейками», собиравшимися по вечерам в крипте Св. Михаила, я вплотную приступил к расследованию.

Мистер Масгрейв кивнул:

— Вам здорово повезло, Джон, что один из них явился к вам в участок с пропавшей маркой.

Но Уигфул с ним не согласился.

— Вор не собирался оказывать мне услугу. Он сделал это намеренно. Таков был его план. Насколько я понимаю, он хотел поиздеваться над полицией, выставив нас… э…

— Полными идиотами?

— Э… во всяком случае, недостаточными профессионалами. Он похитил марку, а потом вернул, показав, что играет с нами в кошки-мышки. А уж эта его выходка со стишками, разосланными во все газеты, — просто наглость.

— Итак, вы приняли вызов? — спросил мистер Масгрейв. — Достойный поступок.

Даймонд деликатно помалкивал, слушая их разговор. За добродушной внешностью мистера Масгрейва скрывался острый ум. Он был гораздо проницательнее Уигфула.

— Я догадался, что это не простое ограбление, — сообщил Уигфул.

— Несомненно, — дружелюбно согласился мистер Масгрейв.

— Да, сэр. Это было не только ограбление, но и фокус. И совершить его мог только человек, обладавший определенной информацией. Преступник знал, что один из «Ищеек», мистер Майло Моцион, принесет на следующую встречу роман «Человек-призрак» и будет его читать. Они обсуждали «тайну запертой комнаты», а книга Диксона Карра содержит знаменитую главу на эту тему. В смысле — знаменитую для тех, кто интересуется подобными вещами. — Уигфул снисходительно улыбнулся. Ему нравилось выглядеть современным человеком, который интересуется компьютерными технологиями, а не детективной литературой.

— Так вот, «Черный пенни» самым драматичным образом обнаружился между страницами этой книги, и как раз на той главе, которую собирался прочесть мистер Моцион. — Уигфул подался вперед, и его глаза блеснули. — Как и положено в классическом детективе, у нас возник тесный круг подозреваемых; больше того, тайна запертой комнаты тоже была налицо, поскольку книга всю неделю пролежала на яхте, а на каюте висел замок. Само собой, первым делом я допросил мистера Моциона — к счастью, он немедленно явился к нам в участок, — и убедился в том, что он не имеет никакого отношения к делу. Иначе зачем бы ему понадобилось себя выдавать? Нет, он был глубоко шокирован и не мог объяснить, что произошло. Он настаивал, что вор никак не мог попасть в каюту. Снаружи она была заперта на навесной замок, а изнутри задвинута на засов. — Уигфул эффектным жестом достал из ящика увесистый замок и водрузил его на стол, словно предлагая полюбоваться на него зрителям.

— Это он? — спросил ПНП. — Тот самый?

— Тот самый, сэр.

— Можно взглянуть? — Мистер Масгрейв взвесил замок на ладони и повертел его в руках. — Выглядит солидно. Немецкая модель?

— Да, сэр. Надежное устройство. Приобретен в «Фокстоне», у них лучшие замки во всем графстве. Вещица экстра-класса.

Мистер Масгрейв повернулся к Даймонду:

— Хотите посмотреть?

— Спасибо, я уже видел, сэр.

Уигфул взял замок и начал с видом коммивояжера расхваливать его достоинства, особенно напирая на уникальность каждого изделия.

— Ко всем проданным образцам прилагается два ключа. Мистер Моцион сообщил, что год назад случайно уронил один ключ в канал. У меня нет причин ему не верить. Значит, остался только один ключ. Мистер Моцион уверен, что тот всегда находился у него. Он держал его в одной связке с ключами от машины. Теперь он у меня. Видите?