Без срока давности - Нора Робертс

Ева проследила эту линию и обнаружила в жизни Карли Маккензи интересный сценарий. Набросала теорию, несколько вопросов и отправила все Мире, а копию — Пибоди. Затем принялась за Лидию Су. Когда дошла до Чарити Даунинг, взяла еще кусок холодной пиццы, потом не удержалась и выпила пепси.

Вошел Рорк.

— Вижу, ты обнаружила нечто такое, от чего у тебя разыгрался аппетит, а на лице улыбка копа.

— Карли Маккензи. Умная, талантливая. Если как следует поискать, можно найти воодушевленные статейки, которые строчили про нее с раннего детства. Победила в нескольких литературных конкурсах, в некоторых получала денежные призы. В старших классах писала статьи для школьного блога, помогала подтянуть слабых учеников, работала волонтером по программе «Подростки за грамотность». Получила частичную стипендию на обучение в Йельском. Респектабельная семья из среднего класса, уютный домик в пригороде. Вот, посмотри. Компьютер, вывести на экран изображение 1-C.

«Запрос выполнен».

На экране появилась фотография миловидной блондинки в ярко-красном платье, прижавшейся бедром к миловидному парню в черном костюме с ярко-красным галстуком.

— Хорошенькая.

— Да, выглядит она что надо. Фото со школьного бала. Парень, согласно ленте ее матери на сайте «Общайся с нами»…

— Секундочку… — Рорк поднял палец. — Ты что, умудрилась получить доступ к архивным данным с сайта давно не существующей социальной сети?

— Когда нужно, я тоже кое на что способна.

— Я так поражен, что мне, пожалуй, лучше присесть.

— Отстань!

— Дорогая, я даже не начинал к тебе приставать!

— На странице матери полно гордых заметок о достижениях чада и фотографий вроде этой. Видно, что Карли Маккензи была симпатичной девушкой, которая встречалась с симпатичным парнем. Еще и умным — поступил в Гарвард. А месяцев через семь после того, как сделано это фото, Маккензи вылетает из университета и возвращается домой.

— Значит, она симпатичная и неверно рассчитала свои силы.

— Не все так просто. Через пару месяцев после возвращения Маккензи переезжает в халупу на авеню А к какой-то шлюхе — по-другому не скажешь, — у которой уже на тот момент был длинный список судимостей: за хранение наркотиков, продажу «кайфа» специально подосланному сотруднику полиции, предложение сексуальных услуг без лицензии. Где они могли познакомиться? Что у них общего?

— Симпатичная Маккензи сидела на игле.

— Готова поспорить на твою соблазнительную ирландскую задницу, что да. Доказательств у меня нет, но восемнадцатилетняя девушка не станет просто так бросать любящую мать в Нью-Рошелле и переезжать к шлюхе из Алфабет-сити, если шлюха не поставляет ей наркотиков. Через несколько месяцев Маккензи опять возвращается домой.

— Видимо, именно поэтому она до сих пор жива и на свободе.

— А шлюха отбывает третий год из пяти за нападение при отягчающих обстоятельствах. Маккензи прожила дома еще два года и за это время отмотала собственный срок: дважды лежала в клинике «Душевный покой», каждый раз по три месяца. Копать пришлось глубоко, потому что в документах клиника значится как центр психологической помощи, не реабилитации. Угадай, кто еще лечился в «Душевном покое».

— Чутье дельца и твой взгляд подсказывают, что это либо Су, либо Даунинг.

— Су. Не одновременно, к сожалению, но обе они учились в Йельском, обе лежали в центре. Три года назад Су взяла творческий отпуск и прошла курс «Душевного покоя». А перед этим принимала участие в программе по изучению бессонницы. Чарити Даунинг — что за совпадение?! — тоже участвовала в исследовании на тему бессонницы — правда, опять же в другое время.

— Слишком много совпадений — даже для адвоката дьявола.

Поскольку ничего другого под рукой не оказалось, Рорк отхлебнул пепси.

— Теплая, — заметил он.

— Все равно действует. Вот что я думаю…

Ева принялась мерить шагами комнату.

— Много лет назад все три женщины уже имели сексуальный контакт с убитым. Контакт настолько травмирующий, что Маккензи покатилась по наклонной. Скорее всего, каждая из них лечилась от, скажем так, побочных эффектов этого контакта. Так они и встретились. — Ева сцепила пальцы в замок. — Две из трех снова вступают в отношения с убитым. Ты ведь еще не успел поговорить с охраной отеля насчет Су?

— Вообще-то успел. За последние полтора года она на камеры наблюдения не попадала.

— Ничего удивительного. Я почти уверена, что она лесбиянка.

Рорк удивленно поднял брови.

— Не потому, что ее нет на камерах, — пояснила Ева. — Просто я нашла ее фотографии. Пышная церемония по случаю вручения научной премии — Су сопровождает женщина. Обед в Белом доме — Су сопровождает женщина. Наконец, интервью в известном научном журнале, где она прямым текстом говорит, что лесбиянка. — Ева снова обошла доску кругом. — Эти три знают друг друга. Знали Эдварда Миру. Чутье подсказывает, что они сговорились и убили его. Судя по характеру пыток, это месть. Месть за принуждение к сексу, домогательство или изнасилование. Три женщины не станут объединяться, пытать и убивать только потому, что переспали с женатым мужчиной.

Рорк повернулся на стуле и внимательно посмотрел на фотографии Эдварда Миры — сурово-привлекательного государственного деятеля и жертвы убийства.

— Думаешь, бывший сенатор был серийным насильником?

— Да, думаю. — Ева тяжело перевела дыхание. — Думаю, черт возьми. Именно так мне все и представляется. А вот доказать это — уже совсем другой коридор.

— Коленкор, но не суть важно. Ева, ты пускаешься в опасное плавание.

— Я хороший пловец.

— Хороший, — согласился Рорк, — но это дело принесет тебе боль.

— Я не могу бросить расследование. Сам понимаешь.

— Понимаю. — Рорк поставил на стол банку с пепси и подошел к Еве. — Я люблю тебя.

Она неловко переступила с ноги на ногу.

— Угу, я тебя тоже.

Он сжал ее лицо в ладонях и посмотрел прямо ей в глаза.

— Я люблю тебя.

Сердце у Евы подпрыгнуло, и она прижала руки к его щекам.

— Я тоже люблю тебя и знаю, что ты пытаешься мне сказать: «Прорвемся».

— Обязательно прорвемся.

— Даже если тебе придется вливать мне в глотку успокоительное.

— Именно это я и хотел сказать. — Рорк прижался губами к ее лбу. — Ты сделаешь все, что от тебя требуется. Я тоже.

— Возможно, я ошибаюсь, иду по ложному следу, но мне все видится именно так.

— После того как ты объяснила свою логику, мне видится то же самое. Наверняка всплывут еще женщины. Если ты права и сенатор действительно силой или шантажом принуждал этих трех к сексу, наверняка были и другие.