Совы не моргают - Эрл Стенли Гарднер

Дверная ручка резко, со скрипом повернулась. Кто-то налег надверь.

Роберта, замерев, взглянула на меня.

— Полиция? — прошептала она.

Я указал ей на соседнюю комнату. Она сделала два шага понаправлению к своей двери, затем скользнула назад, и я почувствовал, как онаприкоснулась рукой к моей щеке, подбородку, приподняла мою голову и, прежде чемя осознал, что она делает, губы ее прижались к моим. В дверь громко застучали.

— Если это должно случиться, я хочу сказать: спасибо ипрощай! — быстро произнесла Роберта.

Она промелькнула через комнату, как тень птицы, пролетающейнад лучом света. Дверь тихо закрылась за ней.

В мою дверь снова застучали, и раздался сердитый голос БертыКул:

— Дональд, открой сейчас же.

Я пересек комнату и открыл дверь.

— Что, черт побери, ты вытворяешь?

— Присядь. Ты, вероятно, здорово устала, пытаясь определитьпо телефонному звонку, где я остановился.

По-видимому, это стоило немало чаевых.

— Ты дьявол, а не компаньон! — сказала Берта. — Исчезаешь,никому не сообщив, где ты! Хейл звонил из Нового Орлеана. Он взбешен. Думает,ты надул его. Он пригрозил лишить нас премии. Обвиняет в нарушении контракта.

— Хочешь сигарету, Берта?

Она глубоко вздохнула, собралась что-то произнести, потомпередумала. Губы ее сжались в твердую тонкую линию. Я закурил.

— Беда в том, что я сделала тебя своим компаньоном, ты,коротышка! — воскликнула Берта. — Я подобрала тебя на улице, ты был голодентак, что пряжка твоего брючного ремня отпечатывалась на позвоночнике. Я кормлютебя, даю тебе работу и через пару лет ты выбиваешься в компаньоны! Так теперьты своевольничаешь! Пожалуй, скоро ты заставишь меня работать на тебя.

— Могла бы и присесть, — сказал я. — То, что говоришь, даетмне основание предполагать, что и ты собираешься пробыть здесь некоторое время.

Она не пошевелилась. Я отошел, лег, вытянулся на кровати,пододвинув к себе пепельницу. Берта явно не имела ни малейшего представления отом, что Роберта Фенн находится в соседней комнате.

— Ты, черт тебя возьми, прав. Я собираюсь пробыть здесьнекоторое время. Собираюсь оставаться с тобой с этого момента и до тех пор,пока мы все не выясним.

Если будет нужно, я прикреплю тебя к себе наручниками. Тынемедленно позвонишь мистеру Хейлу в Новый Орлеан, скажешь ему, где находишься,что прилетел сюда посовещаться со мной, а его не успел уведомить потому, чтодело очень важное и ты сразу бросился ко мне. Постарайся оправдаться иоправдать агентство как можно лучше.

Я продолжал курить, не сделав никакого движения понаправлению к телефону.

Берта подошла к аппарату.

— Ты слышал, что я сказала?

— Да.

— Ты сделаешь так?

— Нет.

Берта схватила трубку и сказала оператору:

— Мистер Лэм хочет поговорить с Эмори Хейлом в НовомОрлеане. Это частный звонок. Он не будет говорить ни с кем другим… Что такое?Да… да, я знаю. Это номер мистера Лэма. Он хочет поговорить… Да, конечно, онздесь. — Она сжимала трубку так сильно, что я видел, как побелела кожа накосточках ее пальцев. — Хорошо, — сказала Берта и повернулась ко мне.

Я спросил:

— В чем дело?

— Они хотят, чтобы ты подтвердил заказ.

Я не сделал никакого движения в сторону телефона.

Она протянула мне трубку:

— Подтверди.

Я продолжал курить.

— Ты хочешь сказать, что не сделаешь этого?

— Вот именно.

Она швырнула трубку на место с такой силой, что я удивился,как телефон не разлетелся на куски.

— Ты негодяй, который может довести до белого каления! Самыйневоспитанный, нахальный… — Голос ее поднялся до крика и застрял у нее в горле.

— Ты все же могла бы присесть, Берта.

Она молча поглядела на меня, затем резко сказала:

— Послушай, дружок. Не нужно вести себя так. Бертараздражается, но это потому, что она о тебе беспокоилась. Берта думала, что-тослучилось. Вдруг кто-нибудь тебя пристрелил.

— Ну прости. Мне очень жаль.

— Прости! Ты даже не потрудился послать мне телеграмму. Ты…Теперь послушай, дружок. Берте не нравится, когда с ней так поступают. Тызаставил меня нервничать.

— Сядь и успокойся.

Она подошла к стулу и села.

— Закури, — предложил я, — это успокоит твои нервы.

— Почему ты уехал из Нового Орлеана? — спросила она черезодну-две минуты.

— Я решил, что нам надо посоветоваться.

Я подождал, пока она докурит свою сигарету до конца.

— Теперь скажешь?

— Закури-ка еще одну.

Берта сидела, бросая на меня яростные взгляды.

— Я полагаю, все дело в том, что для тебя деньги не играютвообще никакой роли. Ты никогда не нес ответственности за бизнес. И если намповезло с первыми делами, которые мы вели как компаньоны, это не значит…

— Разве мы уже не проходили всего этого? — прервал ее я.

Берта начала было подниматься со стула, а затем,приподнявшись наполовину, передумала и села снова.

Она ничего не произнесла. Я тоже. Мы сидели молча почтипятнадцать минут. Наконец Берта взяла еще одну сигарету, закурила ее, глубокозатянувшись.

— Ну хорошо, дружок, давай поговорим.

— Что удалось выяснить об этом старом убийстве? — спросил я.

— Дональд, почему тебя интересует это дело?

— Думаю, — ответил я, — оно имеет отношение к тому, что произошлов Новом Орлеане.

— Ну, пока я еще не смогла ничего об этом выяснить. Поручилакое-кому этим заняться. Завтра к вечеру у меня будут сведения.

— А о газетных вырезках?

— Я велела Элси Бранд пойти в библиотеку и скопироватьматериалы из газетных подшивок. Дональд, ты просто обязан как следует взятьсяза дело и найти девушку!

— Какую девушку?

— Роберту Фенн.

— Но я уже нашел ее однажды.

— Ну так найди ее во второй раз! — снова вспылила Берта.