Магнит для неприятностей - Марина Серова

Пока мы распаковывали багаж и спешно приводили себя в порядок, нам прямо в номер подали легкий, но питательный завтрак, который состоял из свежих персиков, тостов с маслом и джемом, омлета и кофе со сливками. Завтрак пришелся очень вовремя, после практически бессонной ночи и долгой дороги подкрепить силы не мешало.

К нашему удивлению, в регистратуре уже были осведомлены о нашем прибытии. Оставалось лишь гадать, охранник постарался или менеджер гостиницы. Вероятно, здесь каждый вновь прибывший был на счету, и как следствие, на виду. Это для нас одновременно было и хорошо, и плохо. Здесь наши противники, когда доберутся до поместья, будут как на ладони. Но и нам самим стоит соблюдать повышенную осторожность и усилить конспирацию, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Не стану описывать долгий прием у местного специалиста. Оговорюсь только, что на саму беседу, а также на улаживание различных формальностей и заполнение бланков ушло довольно много времени. Как я и ожидала, несмотря на запись, наличие очереди и отсутствие в ней свободных мест, доктор Соболев настоятельно рекомендовал нам пожить пару дней в их гостинице. Отдохнуть, немного осмотреться, почитать рекламные буклеты их клиники и поразмыслить в ожидании момента, когда появится свободное окно для приема у репродуктолога. Он проведет первичный опрос, изучит анамнез. Конечно, на первый прием уже нужно было привезти с собой готовые анализы и исследования, но это не беда, в их клинике имеется отличная лаборатория. И все, что сочтет нужным назначить врач, они смогут сделать и здесь. И только потом, после получения результатов диагностики, врач разработает индивидуальный план дальнейшего лечения.

Слушая мягкий, приятный и какой-то баюкающий голос доктора, мы с Анной дружно кивали, радуясь, что все устроилось наилучшим образом, и надеясь, что мы сможем уладить все свои дела и убраться отсюда восвояси, прежде чем придется зайти слишком далеко и заняться анализами, исследованиями, анамнезами и прочей сейчас совершенно ненужной ерундой.

После приема у врача мы с Анной собирались немного пройтись, чтобы слегка осмотреться. Начать приучать местную публику к тому, что мы предпочитаем много и подолгу гулять на свежем воздухе, во избежание лишних вопросов и различных подозрений.

Но перед прогулкой решили заскочить в номер, чтобы переодеться в более удобную одежду. И неожиданно для себя улеглись спать. Сначала Анна стала уверять, что немного поспать нам просто необходимо. После ночного переполоха, а также долгой дороги организму нужен небольшой отдых. И что мы приляжем ненадолго, буквально на часок, и все прекрасно успеем сделать. Ведь впереди практически целый день совершенно свободного времени.

Я выслушала доводы подопечной и не стала спорить. Откровенно говоря, сейчас я предпочла бы немного взбодриться кофе или зеленым чаем и произвести небольшую разведку. Сделать привязку к местности, осмотреться. А потом уже отдыхать, все обдумывать и строить дальнейшие планы. Но на споры не было сил, видимо, сказывались восемь часов за рулем после бессонной ночи и беспокойного дня. Я только более внимательно, чем в первый раз, осмотрела помещение нашего временного жилища, укрепила двери. На всякий случай оставила открытой дверь между моей комнатой и спальней Анны, прямо в одежде и поверх покрывала улеглась на постель и мгновенно погрузилась в крепкий сон без сновидений.

В дверь настойчиво стучали. Я приоткрыла глаза, поднялась с постели и стрелой метнулась в гостиную.

— Кто там? — негромко поинтересовалась я, краем глаза заметив, как в своей постели беспокойно завозилась Анна.

— Простите, что тревожу вас, — раздался из-за двери приятный женский голос, — но вы и так пропустили сегодня обед. Вернее, его заменили импровизированным завтраком. И уже много времени, а вы не отзываетесь, и я рискнула сама предложить вам полдник.

— Погодите секундочку! Мне нужно одеться, — пока мы с девушкой обменивались фразами, я, стараясь не шуметь, разобрала свою баррикаду у двери, отперла замок и отворила ее.

— Добрый день, — у порога стояла миниатюрная блондинка в сером платье с белым воротничком и в белом кружевном переднике. Рукой девушка придерживала столик на колесиках, на котором была сервирована какая-то еда. Я мгновенно почувствовала голод.

— Добрый день, не подскажете, который сейчас примерно час?

— Уже почти четыре. Простите, что разбудила. Вы, наверное, очень устали с дороги.

— Мы не первый день в пути, так что да, очень. Но все равно, спасибо. Нам давно пора поесть и немного прогуляться на свежем воздухе, чтобы подышать. Еще немного, и будет чувствоваться долгая нехватка кислорода, — болтая, я посторонилась, чтобы девушка со столиком смогла попасть в комнату.

Она закатила его и оставила перед мягким диванчиком в гостиной.

— Чего-чего, а свежего воздуха у нас здесь сколько пожелаешь. Поместье окружено лесом, да и дальше поля начинаются лишь только с одной стороны и тянутся до деревни, которая до революции принадлежала князьям каким-то. А вокруг леса, дуб, сосна, ель, так что воздух, как у нас говорят, просто пить можно. Здесь бы санаторий устроить, да с ценами умеренными, чтобы люди могли приезжать здоровье поправлять. Но сделали клинику, так, наверное, доход больше.

— Очевидно, — кивнула я, — но это здание ведь не новое? Сразу видно по стилю архитектуры, ширине стен и прочему.

— Да, раньше здесь была богадельня, а до этого приют для детей. А еще раньше, до революции, здесь было княжеское поместье.

— Странно, что здание уцелело, ведь столько лет прошло.

— Раньше строили добротно, прямо-таки на века. И мне бабушка рассказывала, она знала от своих родителей, того князя очень уважали, любили даже за доброту и справедливость. Так что когда он бежал после переворота, поместье покинув, дом не стали грабить и крушить, как в других местах бывало. Даже долго думали, что он скоро назад вернется.

— А куда он уехал? — небрежно бросила я.

— Понятия не имею, и бабушка ничего об этом не говорила. А, да, предполагала, что князь за границу отбыл вместе с женой и детьми.

— Тогда понятно.

— Да, а потом бабушка говорила, что подъехали к дому грузовики и все имущество, включая мебель, вывезли. Затем здание пустовало и чуть было не начало разрушаться без ухода, и тогда власти решили устроить здесь приют. Детишек навезли — видимо-невидимо. Так они тут и жили. В лесу дрова заготавливали, летом ягоды, грибы собирали.

— И совершали набеги на колхозные поля и крестьянские огороды?

— Не без того, наверное. Но бабушка говорила, что детишек за это строго наказывали. И крестьяне, хоть и были недовольны, многое понимали. Расти на казенных харчах, говорят, трудное испытание.

— Ты так много об этом знаешь.

— Ага. Я ведь родилась и выросла в той самой деревне. А бабуля в молодости здесь кастеляншей работала, уже при богадельне, а до того мать ее в приюте подрабатывала. Так что наша семья была практически в гуще событий.