Найди меня - Ксения Руднева

Тамара слегка побледнела, сложила руки на внушительной груди и бросила:

– Ты не по адресу.

– Хотите сказать, что Самойлов его сюда не привозил? Не верю, – я холодно улыбнулась. – Как не верю и в то, что Миша попал к вам случайно. Вы хоть понимаете, что стали соучастницей преступления, и сейчас продолжаете покрывать преступников?

– В дом иди, – грубо приказала Тамара, после того, как осмотрелась по сторонам.

Наш разговор уже начал привлекать внимание. Тамара вошла первой, я – вслед за ней. Мы прошли в знакомую комнату с диваном и круглым столом.

– Зря ты сюда приехала, – покачала головой женщина и устало опустилась на стул. Я последовала ее примеру и заняла диван. – И чего тебе спокойно не живется, свиристелка?

– Коробит от несправедливости. Хочу, чтобы каждый в этой истории получил по заслугам.

– И ты? – из-за занавески, скрывающей проход в комнату, на меня с ненавистью смотрел незнакомый парень.

– Сергей, я так понимаю? – холодно произнесла я, сравнивая его с изображением на фотографии, которую показывала Инга. – Не очень приятно познакомиться.

– А мне приятно, знала бы ты, как, – ухмыльнулся тот. – Погуляй, ба, – приказным тоном бросил он Тамаре, не сводя при этом с меня взгляда.

– Нет, сынок, – твердо ответила та. – Не при моем участии.

Сергей захохотал:

– Да из-за нее все наши жизни к херам полетели, а ты сидишь, эту тварь защищаешь!

– Поясни! – потребовала я и встала. – Каким таким образом я виновата в том, что случилось с Мариной?

– Не смей даже произносить ее имя! – в гневе Плетнев сжал кулаки, его глаза лихорадочно горели, намекая на не совсем вменяемое состояние владельца. – Мариша – самое светлое, что было в этой жизни, и не тебе осквернять ее своим поганым ртом!

– И именно поэтому бедняга оказалась в реке? – хмыкнула я. Плетнева я не боялась: мне казалось, что с ним и так все кончено.

– Это случайность! – взревел тот. – Я же любил ее, что угодно предлагал! Весь мир был готов к ее ногам положить, а она все нос воротила. Да у нас на районе любая была готова за просто так передо мной ноги раздвинуть, а этой не по вкусу пришелся, слишком настойчиво ухаживал. Да, тогда на корпоративе хватил лишнего, соображал плохо. Так нечего было меня степплером по голове лупить, подумаешь, зажал ее в углу немного, тоже мне недотрога выискалась. Я до этого как верный щенок за ней два месяца бегал! Что ей не так было? Нормальный пацан отношения предлагает, нечего кривляться и цену себе набивать! Сама во всем виновата! Я и ударил-то ее не очень сильно, так, проучить, чтоб понимала, что со мной беспредел не прокатит, а она оступилась на своих каблуках и головой прямо на выставочную арматуру налетела. Нахрена вообще это дерьмо в кабинете у менеджеров хранить?

– Марина погибла, и ты позвонил отцу? – догадалась я, голос дрябло хрипел, как мотор ПАЗика, что вез меня до деревни.

– А что еще оставалось? Не сознаваться же, я на нары из-за несговорчивой бабы не собираюсь, тем более она сама была виновата. Мать уже три года держится, а до этого всю жизнь пила, нельзя ей расстраиваться, сорвется еще. Я запер кабинет и стал ждать отца. Этот дебил уверен, что по гроб жизни мне должен за испорченное детство. С учебой помог, на работу устроил, – Сергей нагло ухмыльнулся. – Из-за помощи с Маринкой от него тоже не убыло, явно в свое время еще не такое проворачивал, слишком просто все воспринял и порешал.

– Пожар в офисе тоже ты устроил?

– Не успел за ночь все подчистить, пришлось с твоим женишком повозиться.

– При чем тут Миша? – зло спросила я.

На дела Самойлова и его полоумного сынка мне было плевать, им еще отвечать за содеянное – не этом свете, так на том, а своей поломанной жизни стало жалко до слез, как и Мишу, который был вынужден доживать свой короткий век инвалидом в глухой деревне, где всех удобств – оцинкованное ведро.