«Н» - значит невиновен - Сью Графтон

– Я вас понимаю...

Он опять перебил меня:

– Это невозможно понять. Но я вам скажу такую вещь – ни один нормальный человек не смог бы, сбив старика, не оглянуться назад.

– Когда людей охватывает паника, они уже не смотрят по сторонам. На улицах было пусто, и водитель, видимо, решил, что никто не видел, как все случилось.

– Меня не интересует, что там думал этот водитель. Мне надо посадить его в тюрьму. Больше ничего. Вы уже напали на след этого парня?

– Я как раз этим сейчас занимаюсь.

– Если вы находите водителя, то эти двадцать пять тысяч ваши.

– Ценю вашу щедрость, мистер Маккел, но должна сказать, что занимаюсь сейчас в основном другим делом. Но обещаю сделать все, что в моих силах.

На этом наш разговор закончился. Я проехала два квартала к тому месту, где был сбит Маккел-старший. На перекрестке, кроме упоминавшегося мотеля, располагался медицинский комплекс, жилой дом и пустырь. Сам мотель "Джипси" был обычным прямоугольным зданием, со всех сторон его окружали стоянки для автомашин. Строили его, судя по архитектуре, в шестидесятых годах из стекла и бетона, с алюминиевыми рамами для окон и дверей. Я поставила машину у входа. В холле было сумрачно, окна закрывали плотные шторы.

За стойкой регистрации сидела женщина солидной комплекции. Она была в меру накрашена, голову ее венчало сложное сооружение из осветленных до пепельно-серого цвета волос. Нижняя часть затемненных стекол очков была уже слегка замазана пудрой со щек. Поверх платья на ней был надет халат из зеленоватого нейлона – такой обычно носят в косметических салонах.

Я положила на стойку свою визитную карточку.

– Не можете ли вы мне помочь? Я разыскиваю Регину Тэрнер.

– Постараюсь. Я и есть Регина Тэрнер. Рада познакомиться с вами. – Мы пожали друг другу руки. Наш разговор прервал телефонный звонок. Регина Тэрнер проверяла по списку, зарезервированы ли номера.

– Извините, я отвлеклась, – сказала она, повесив трубку. Взяла мою карточку, внимательно поглядела мне в лицо. – Имейте в виду, на вопросы о клиентах нашего мотеля я не отвечаю.

– Я здесь совсем по другому поводу. – Я дошла только до середины своего объяснения, когда часы возвестили об окончании ее смены. Женщина была явно не в восторге от того, что наш разговор задерживает ее.

– Вы, наверное, вряд ли сможете мне помочь, – посетовала я.

– Ну почему? – возразила она. – Полицейские беседовали со мной сразу же после того, как этот бедный старичок скончался. Я, помню, чувствовала себя тогда ужасно, но рассказала им все, что видела.

– Вы были в ту ночь на дежурстве?

– Да, я почти всегда дежурю по ночам. Тогда на перекрестке никого, кроме меня, не было, это же была ночь Рождества. Сначала я услышала визг тормозов, очень противный звук, вы не находите? А затем глухой удар. Этот пикап вылетел из-за поворота на скорости не меньше шестидесяти миль в час. Он поддел старика на переходе и подбросил его в воздух. Господи, как будто на человека напал разъяренный бык! Знаете, в фильмах такое часто показывают. Старик упал всей тяжестью на мостовую, это было ужасно. Я увидела, что пикап уезжает с места происшествия. Отсюда прекрасно видно, можете сами убедиться. Я тут же вызвала по телефону полицию и пошла посмотреть, не могу ли я чем-нибудь помочь. Когда я подошла к старику, тот был уже мертв, а пикапа и след простыл.

– Вы запомнили время, когда это случилось?

– В одиннадцать минут второго. На стойке у меня стояли электронные часы, и они показывали 1.11. Это как раз цифры моего дня рождения – одиннадцатое января. Не знаю почему, но такие цифры врезаются в память на всю жизнь.

– Вы не заметили, кто сидел за рулем пикапа?

– Нет. Я видела только машину. Это был пикап белого цвета, с темно-синей надписью на борту.

– Что за надпись?

Она покачала головой:

– Не смогу вспомнить.

– И на том спасибо. Каждая деталь может оказаться важной, – сказала я. В Калифорнии всего-навсего шесть тысяч белых пикапов. Это примерная цифра. Нужный мне пикап за шесть лет мог быть несколько раз перекрашен, продан, отправлен на свалку. – Извините, что задержала вас.

– Вы возьмете обратно вашу визитную карточку?

– Нет, можете оставить ее себе. Если вспомните еще о чем-нибудь важном, позвоните мне, пожалуйста.

– Непременно.

В дверях я помедлила.

– Если я принесу несколько фотографий, сможете вы опознать этот пикап?

– Думаю, что смогу. Я не помню, как точно он выглядел, но, если увижу фотографию, я его совершенно точно опознаю.

– Спасибо. До встречи.

Я вернулась к своей машине, прекрасно понимая, что тоненький ручеек надежды, возникший после этого разговора, может иссякнуть в одно мгновение.

Тут я хочу сделать одно признание. Я – не идиотка. Я отдавала себе отчет в той ничтожной степени вероятности, с какой пикап, сбивший мистера Маккела, тридцать минут спустя мог оказаться в другом месте, за восемь миль, и задеть бедро Дэвида Барни. Слишком рискованно было делать поспешные заключения о том, кто мог находиться за рулем этого пикапа. Лучше не спешить, а все тщательно проверить – тан меня учили.

Первым делом надо сфотографировать несколько похожих пикапов и среди них – пикап отца Типпи, Криса Уайта. Если Регина Тэрнер на сто процентов опознает этот пикап, тогда у меня появятся конкретные основания для дальнейших действий.

Во-вторых, мне надо будет каким-то образом разузнать, кто был за рулем пикапа в ту ночь.