Рояль в кустах - Дмитрий Щеглов

На следующее день пораньше с утра Кузьма Кафтанов был в отделе. Он думал, что будет первым, но молодой стажер Вадим уже стучал на компьютере. Вчера вечером он встречался с водителем Аркадия.

– Ну что там у тебя? – спросил его Кузьма. Вадим крутнулся в кресле и стал рассказывать:

– Нашел я его быстро. По номеру машины адрес дали. Оказывается, бывший правительственный лимузин его собственность, выкупил он его. Как, не знаю, но выкупил. И подрабатывал на нем. Где свадьбы катал, а где и богатых клиентов. Снюхались они с покойным Аркадием давно. Видно, хорошую сумму покойник предложил владельцу ЗИЛа, раз тот его обслуживал в качестве личного шофера. Но меня не это насторожило…

– А что? – Кузьма вопросительно смотрел на подчиненного.

– Дверь открыла жена. А когда я показал удостоверение и сказал, что я к ее мужу, она проводила меня в спальню. Не поверишь, Кузьма, но водитель был в дымину пьян. Я еще спросил жену, сколько он выпил? Она ответила, бутылку водки, а может быть и больше. Я еле его добудился. Он похлопал на меня глазами и совсем не удивился моему присутствию, как будто знал, что его клиента прихлопнули. Но, пьян-пьян, а начисто все отрицает. Говорит, что как обычно довез его до подъезда, подождал пока он сядет в лифт и только потом уехал. Пришлось ему сказать, что клиента убили на пороге собственной квартиры. Он пожал плечами и твердо заявил, что в телохранители к нему не нанимался. Мужик – тертый калач! Похоже, ничего из него не выдавишь! Боится он чего-то!

Кузьма Кафтанов задумался.

– Ну это мы еще просмотрим! На Петровку его вызовем, никуда не денется. Расскажет все как миленький!

Вадим скептически улыбнулся.

– А мне кажется, он уже отработал линию поведения, и будет ее придерживаться до конца. Что ему покойник? Своя шкура дороже.

– Разберемся!

– Ты спросил его, куда днем ездили?

– По городу, говорит, колесили.

– Что? – несказанно удивился Кузьма Кафтанов.

– У него говорит, было три точки, которые надо было в строго опреленное время проезжать!

– Прямо какие-то шпионские страсти. Зачем?

– Сердечная боль, у него, говорит, была! Снимал он ее так!

– А он не того был? – Кузьма покрутил у виска. – Ты его медицинскую карту поднимал?

– Звонил. Простатит у него, а это в другом месте. – Довольный собственной шуткой стажер улыбался. Через полчаса появился второй сотрудник бывший с ними на месте происшествия. Лейтенант Непейвода доложил, что выстрелы производились из пистолета Макарова с глушителем. В картотеке он не числится и до сих пор не найден. Первая пуля попала в пах, и лишь вторая, выпущенная в сердце, была смертельной.

– Может быть его какой-нибудь ревнивый муженек того…благословил на тот свет? – выдвинул первую разумную версию Непейвода. Стажер не согласился:

– У него же простатит был!

– Ну и что, у меня тоже простатит. Это наоборот, даже стимулирует, – но самую сногсшибательную версию Непейвода приберег напоследок, – звонила в морг жена, эта немка Эльза и предлагала отдать органы мужа на трансплантацию. Не бесплатно конечно.

Свистнули сразу оба; и капитан, и стажер.

– Молоток-баба, – сказал восхищенный стажер, – выжала наверно из живого Аркадия все деньги, теперь из покойника последние центы выдавливает.

– Не наше дело, – одернул его Кузьма и рассказал добытую им информацию. Стажер уважительно на него смотрел. Когда успел?

Кузьма Кафтанов решил подготовить небольшой рапорт о проделанной работе. Краткое ее изложение позволяло сконцентрировать внимание на тех существенных моментах, что обычно из-за незначительности выпадали из поля зрения, и еще такое изложение заставляло задаться вопросом об их причинно-следственной связи. А это он считал самым главным. Должна быть мотивация убийства. Даже кирпич с неба просто так не упадет, его обязательно должен кто-то подтолкнуть. Правда, сначала он должен попасть на небо. Зри в корень, ищи чей-то интерес. Найдешь, считай, пол дела сделано, дальше будешь рыть целенаправленно, а не блуждать в потемках. Однако вокруг этого покойника, куда ни ткнись везде загадки.

Спрашивается вот, почему водитель вдруг напился до положения риз? Чего он вдруг так испугался, что решил страх залить вином? А ведь сейчас, сегодня утром ему наверно намного хуже!

– Как бы в запой не ударился твой подопечный, – продолжал вслух рассуждать Кузьма обращаясь к стажеру.

– Я тоже так думаю! Надо бы с него подписку о невыезде взять! – сказал Вадим.

– Оформи!

Стажер, скользнув взглядом по наручным часам, исчез из отдела. Закончив писать рапорт, Кузьма подумал, что ему необходимо встретиться с лучшим и, пожалуй, единственным другом покойного с Пошехонцевым Сергеем. Может быть он прольет свет на мотивы убийства. По телефону Кузьма не стал представляться и всего лишь спросил, когда хозяин будет дома.

– Через полчаса, – ответил приятный женский голос. – Что-нибудь передать?

– Мне он лично нужен!

– Тогда приезжайте! Он обещал скоро быть!

Адрес Кузьма знал, это был юго-восток столицы. Посмотрел по карте – от метро недалеко. Через час с небольшим он нажимал кнопку домофона в новом кирпичном доме. В квартиру его впустила русоволосая красавица со спокойным и доброжелательным взглядом.

– Это вы звонили?

– Да я!.. Капитан Кафтанов! – представился Кузьма назвавшись по фамилии. Представляться полным именем он не любил. После того как бывало произнесено – Кузьма Екэлдыкович Кафтанов, обычно на лицах собеседников обязательно мелькала мимолетная улыбка. Не будешь же никому объяснять, что по мужской линии он происходил из растворившегося на полях сражений и давно канувших в лету воинственного народа кипчаков. Дед и отец его еще хранили в памяти зыбкие предания своего древнего рода, но уже Кузьма, в котором только на одну тридцать вторую было кипчакской крови, считал себя чистокровным русским. Человек, был бы человеком, а от кого он произошел, от обезьяны или от пришельцев из космоса, неважно, гасил он неприкрыто-бесцеремонное любопытство собеседника, старавшегося проникнуть в тайну столь необычного отчества.

– А меня звать Евдокия. Можно Дуся! – открывая дверь просто сказала хозяйка дома.

Кузьму из коридора провели в гостиную. По меркам Кузьмы квартира была большой, четырехкомнатной, со свободной планировкой, с первичной евроотделкой. Из дальней комнаты выглянула любопытная рожица мальчишки лет десяти, увидела незнакомого человека и захлопнула за собой дверь.

– Наш младшенький! – с гордостью сказала хозяйка дома. – От компьютера за уши не оттащишь. Чаю хотите? У меня сдоба свежая! – предложила она. Хозяйка не стала интересоваться целью визита Кузьмы, а всего лишь поставила перед ним чашку, заварной чайник и вазу с выпечкой. Извинившись и сказав, что у нее на кухне дела, она покинула капитана. Кузьма налил себе чаю и еще раз обвел взором гостиную. Везде чувствовалась заботливая женская рука. Ни один предмет нигде не был произвольно брошен. «Чистота идеальная», – с одобрением подумал он и посмотрел на окно. Зещепы, на которых, висел тюль, имели между собой одинаковое расстояние, казалось кто-то штангенциркулем вымерил между ними равные промежутки. На Кузьму не очень обращали внимание, в квартире шла своя жизнь. Мальчишка стал собираться на улицу, хозяйка, бросившая дела на кухне, помогала ему одеться. Он брыкался, не хотел надевать теплую ушанку, а старался натянуть спортивную шапочку. Наконец, шапка и перчатки были ему насильно всучены и он, не очень расстроенный, выскочил из квартиры. Одновременно зазвонил телефон. Хозяйка подняла трубку. Кузьма понял, что она разговаривает с мужем. Тот сообщал, что задерживается на работе, по неотложным делам.