Пять рассерженных жен - Людмила Милевская

— Мы все так и думаем, — спокойно согласилась со мнойТатьяна.

Нет, с этими жёнами можно сойти с ума — так замутить воду.

— Кто — вы? — раздражаясь, спросила я.

— Да все мы, исключая Зинаиду. Зинаида твердит пропостороннего убийцу.

Я была поражена. Они уверены, что убийца Тамарка ипродолжают спокойненько с ней общаться.

— Тамарка грохнула вашего общего мужа, а вы ни гу-гу? —возмутилась я. — Что же вы молчите? Что же не заклеймите её позором?

— Как можно? — возмутилась Татьяна и с уважением добавила: —Она же руководитель нашей компании, через неё мы все получаем дивиденды. Начнёмкобениться, тут нам Тамарка и фигу под нос.

— Как такое возможно? — изумилась я.

Татьяна удручённо покачала головой:

— Не знаю. Не понимаю я в этом, да только пробовали мынесколько раз в отсутствие Фроки залупиться, так сразу же на следующий месяцвыяснялось, что прибыли нам с гулькин нос. А Тамарка руки в боки и говорит:«Плевать я на вас хотела! Не нравится, берите и управляйте сами, погляжу как увас получится!» Ну мы все на жопу и присели. В общем, держит она нас всех воттак, — и Татьяна показала кулак.

Я вздохнула:

— Как это на неё похоже. Она и Даньку своего так держит, идаже кота. Дай ей волю, она бы и меня так держала, но я не вы. Я устрою ей ночьперед рождеством!

— Может — варфоломеевскую? — уточнила Татьяна.

— И ту и другую устрою, — пообещала я. — Но все же мнестранно, что вы терпите эту жуткую Тамарку. Раз она убила Фрысика, так тут бы исдать её ментам. Сразу все вопросы решились бы.

— Ничего бы не решилось, — посетовала Татьяна. — Кто будеткомпанией управлять?

— Тамарка же вас дурит безбожно.

— Мы управлять компанией не умеем, придётся брать кого-тодругого. Другой ещё хуже будет дурить и выкинет нас оттуда вовсе, а у Тамаркивсе же совесть есть. К тому же Фроку она убила, тоже угодила всем. Вседовольны.

Меня восхитила простота Татьяны. Всегда знала, что онаженщина простая, но не до такой же степени? Так запросто мне признаваться…

— Так вы не от горя над трупом плакали? — изумилась я.

— Конечно от радости, — подтвердила Татьяна. — Мы же все егоненавидим. Его каждая из нас готова была убить, да все руки не доходили, а тутТамарка наш грех на себя взяла. Да мы ей всё за это простить готовы. Лично яумирать буду — не забуду.

— Чем же мой Фрысик так вам не угодил? — возмутилась я. — Ужи акции все свои роздал, и квартиры всем вам купил, и носился с вами до самойсмерти, а вы только унижали его и издевались.

Татьяна задумалась, горестно вздыхая и оглаживая свои«арбузы».

— Знаешь, — наконец сказала она. — Это объяснить тебе немогу, со стороны все выглядит действительно странно, только ненавидели мы Фрокубольше своих свекровей. Передать не могу, как ненавидели. Эта ненависть насвсех в стаю и сбила. Вот сейчас, когда он убит, эта стая быстро развалится. Насведь ничего больше не связывает.

— Ваша стая не развалится, а отправится вслед за Фрысиком, —предсказала я.

Татьяна подпрыгнула даже, так была она со мной согласна.

— Точно! — закричала она. — Этот лоб как толкнул меня подмашину, так я сразу и подумала, что скоро всем нам конец. Или нет, — замяласьона, — я тогда только про себя подумала, а про всех уже сейчас, когда ты проПольку и Белку рассказала.

С этой Татьяной точно можно сойти с ума. Самое важное онаприберегает на конец.

— Как — толкнул? — возмутилась я. — Куда? Почему ты об этомтак поздно рассказываешь?

— Я же из-за этого и пришла, — лихорадочно зашепталаТатьяна, почему-то опасливо поглядывая на дверь, будто Евгению надо насподслушивать, будто я сама ему все не расскажу.

— Ну пришла, так давай выкладывай!

— Короче, лоб этот гулял за мной гулял, а потом, когда ясобралась переходить дорогу, взял и толкнул меня под колёса, но водитель успелвырулить и даже меня не задел. Только отматюкал.

— Сумасшедшая, с этого надо было и начинать! Это уже третьепокушение! Тебя же хотели убить!

— Теперь, когда ты рассказала мне про Польку и Белку, я ужеи сама так думаю, а тогда это было не очевидно, — сказала Татьяна и,накуксившись, жалобно попросила: — Можно я у тебя переночую, мой в командировкууехал, а Полька и Белка пропали. Звоню-звоню им, не отвечают. Тамарка тоженеуловимая.

— Ха! Тамарка хочет тебя убить, и ты сама же звонишьТамарке? — поразилась я.

— Мне же просто некуда приткнуться, — пожаловалась Татьяна.— Не станет же она своими руками убивать меня. Ох, можно я у тебя заночую?

— Конечно можно, какой разговор, — согласилась я. — Постелютебе здесь, в Санькиной комнате, только я сейчас уеду по очень важным делам,останешься здесь с моим Женькой. Ничего?

Татьяна пришла в восторг, но, при всей своей простоте,восторг этот попыталась скрыть.

— Ничего, — скромно сказала она.

Ещё бы!