Невесты вампира - Анна Велес

– Для парня, на которого вешается толпа девиц, от которых он без труда получает все и сразу, – возразила, улыбаясь, Мира. – Верить в романтику как-то странно.

– От того и верю, что их слишком много, – парировал шеф, открывая перед ней дверь. – Да и не всегда все было так. Это лишь в последние полгода… Но странно по-настоящему другое! Что девушка, заточившая себя в доме на три года, почему-то в эту самую романтику не верит.

– Отвыкла, – откликнулась Мира. – Ну что? Пойдем вниз, романтик? Очень хочется все закончить.

Они выехали из города, когда уже совсем стемнело. Перед этим они поужинали в той же самой зоне фастфуда, откуда начали свои приключения. Лиза получила вожделенный бургер, шаурму и удон, а заодно еще и десерты. Довольная и сонная, она как-то уже привычно устроилась на плече Гнома.

– Домой! – закрывая глаза, счастливо скомандовала она.

– Угу. – Мира пребывала совсем в другом расположении. – Вот вроде бы все хорошо. Все закончилось, мы спасли Надю. Чувство удовлетворения от выполненной работы есть, а вот радости нет. Странно.

– Ничего странного, – чуть грустно улыбнулся ей Шерлок. – Дело поганое и… семь трупов со счетов не скинешь. Если бы только мы вмешались раньше…

– И ведь дело не в деньгах, – подхватил Майк. – Позвони мне кто-то из родственников любой другой девушки раньше… Мы бы все равно приехали. Бесплатно. Просто… Именно в этом и дело. Нам было просто.

– Что? – Лиза широко распахнула глаза. – В смысле проще, чем полиции?

– Нет, – твердо возразил ей шеф агентства. – Конечно, с учетом ваших с Мирой приключений все не так радужно. Но дело в том, что этот майор Вяхерев совсем не дурак. Еще пара-тройка дней, и он тоже бы все выяснил. Сам. Но дело во времени. И… в материале.

Он как-то болезненно поморщился.

– У нас было много данных, – поняла его Мира. – Так? Это звучит ужасно цинично, но… Когда столько жертв… уже можно и схему преступления полностью увидеть, и какие-то мотивы искать. И главное, уже можно разглядеть все эти тонкости.

– А еще нам со стороны это было сделать легче, – поддержал ее детектив. – Представьте, сколько майор в этом варился. А еще… Это же не единственное дело у него на руках. И давление сверху. Короче, я думаю, займись мы этим сразу, когда появился первый труп… Результат был бы тот же. То есть…

Он огорченно замолчал.

– Семь трупов, – закончил за него Гном. – Но все же мы хоть кого-то смогли спасти. Уже плюс. И вообще, не останови мы их, сколько бы они еще убили! И все ради чего? Эта Алла… Как? Как ее дети могли верить, что терапия, да еще такая бредовая, ей помогает?

– Ну, – Майк пожал плечами. – Там все очень трудно. Сама Алла всегда была чрезмерно творческой и увлекающейся личностью.

– В смысле истеричной, – перевела за него Мира. – Ее коллега, Эльвира, так нам и сказала. В этой Алле всегда это было. Как и увлечение мистикой.

– Психика у нее на самом деле была не совсем устойчива, – согласился шеф. – Всегда. А уж когда у нее нашли онкологию, пошла химиотерапия, которая так сказалась на внешности, тут и случился срыв. Что до ее детей… Майор не стал меня пугать в дороге, когда мы ехали к дому Игнатова, но у младшего братика уже были приводы. Там с детства проблемы. Он рос тихим и чрезмерно застенчивым ребенком. Отмечалось отставание в развитии.

– Оно и сейчас отмечается, – сонно заметила Лиза.

– Сейчас еще и больше, – покладисто согласился Майк. – А тогда… Необщительный тихий мальчик однажды увидел что-то лишнее в маминой спальне. И понеслось. Приставания к няням и гувернанткам. А он был на домашнем обучении. Заявления в полицию от соседей на действия сексуального характера относительно детей. Подсматривал за девочками, пытался… трогать их. Мать его практически изолировала от общества. Потом он вырос… – Шеф тяжело вздохнул. – Майор был просто счастлив его заполучить. У него скопилось около полутора десятков заявлений от пострадавших девушек. Все в клубе знакомились с очень красивым и милым молодым человеком. Вместе выпивали. А потом… Он что-то добавлял в напитки. Девушки все понимали, но не могли сопротивляться.

– Сволочь, – от души прокомментировала Мира. – Он нам этим хвастался. Но… ладно, братишка с детства с головой не дружит, и там многого не хватает, но самым жутким персонажем всегда была его сестренка.

– Рабыня матери, – подсказал Шерлок. – У нее своей жизни вообще, похоже, не было. Она мать боготворила. По-моему, тоже как-то болезненно.

– Мать, – кивнул Майк. – Вот корень зла. Эти ее странные идеи. Вампиры, кровь.

– Кровь всегда считалась эликсиром молодости и силы, – возразила экстрасенс. – Потому древние приносили ее в жертву своим богам. Оттуда и корни легенд о вампирах. И в Средние века сколько было всяких страшных историй. Тот же Дракула. А еще Синяя Борода. Жиль де Ре, оруженосец Жанны д’Арк, алхимик, который пытался получить из крови золото.

– Стоп! – Миру вдруг осенило. – Я вспомнила! Первый спектакль Аллы Старковой. Ее первая премьера! Как я могла пропустить это?

– Ты о чем? – заволновался Гном. – Что там такого могло быть?

– Ее первый спектакль, ее звездная роль, – Мира быстро нашла на сайте театра нужную страницу. – Да! Я не ошиблась. Батори.

– Серьезно? – Майк смотрел на нее с каким-то почти детским восторгом и изумлением. – Батори?

– Та самая? – точно так же удивился его брат. – Венгерская помещица, вошедшая в Книгу рекордов Гиннесса как первая в истории серийная убийца! На ее счету шестьсот три трупа. Она резала молоденьких девушек и детей и принимала ванны из их крови, чтобы… О боже!

Только тут до него дошел смысл его же собственных слов.

– Подождите, – решительно предупредила коллег Мира, понимая, что шок распространяется по салону с большей скоростью, чем та, что развивает их автомобиль. – Я как-то читала, что на самом деле Жиль де Ре, тот самый прототип Синей Бороды, между прочим, маршал Франции и герой войны, никого не убивал. Там были чисто политические разборки. Кто-то, возможно, даже церковь… извините, если обидела чьи-то религиозные чувства… Так вот, кому-то просто нужны были его земли. А дальше по тем временам все просто. Оговор, показательный суд и все. Особенно меня возмутило красочное описание, как он добровольно признал всю свою вину после недели пыток.

– Конечно! – саркастично отреагировал Гном. – Самый такой верный метод добывания добровольного признания! И что? Ты хочешь сейчас сказать, что с Батори было то же самое?

– Уверена! – Аналитик уже что-то искала в Сети. – Ну вот! Все четко. Она была молодой вдовой, имела огромные владения, которыми очень успешно управляла. А еще у нее был некий опекун… Короче, он ее и оклеветал. Сами-то подумайте, детективы. Более шестисот жертв!

– Шестьсот три, – как всегда, педантично уточнил хакер.

– Да не важно, – уже привычно откликнулась Мира. – Столько жертв в одной отдельно взятой вотчине. И типа, никто бы этого не заметил? По тем временам это неслыханная сумма. Население небольшого городка. Вырезать столько народу – это просто геноцид. И такое бы не заметили?