Подмастерье смерти - Нора Робертс

– Кого? – осведомилась Надин, встречая их в просторном фойе, украшенном расставленными вдоль стен тумбами с голубыми орхидеями.

Хотя Ева и просила обойтись без камер, Надин уже держала одну наготове. Одета она была в строгий красный костюм, зачесанные назад редкие светлые волосы подчеркивали острые скулы, делавшие ее похожей на лисичку. Умные зеленые глаза внимательно смотрели на лейтенанта.

– Немедленно, Пибоди!

За спиной у Надин простиралось свободное пространство еще почти не обставленной гостиной. Сверкал начищенный до блеска пол цвета жареных каштанов. Из выходивших на просторную террасу панорамных окон открывался прекрасный вид на город.

– У меня мало времени… – начала Ева.

– Я тоже очень рада тебя видеть.

– Надин.

– Да я поняла… мало времени… Хоть немного мне-то удели. Ты меня и так сегодня весь день избегаешь.

– Не тебя, а СМИ. И на то есть причины. Я к тебе пришла, потому что через час у меня назначена встреча с журналистами. Как понимаешь… все что могу…

– А чашечку кофе успеешь выпить, пока будем обсуждать?

– Боже, конечно!

– Пойдем.

Надин энергичной походкой направилась через гостиную в столовую. Здесь по центру стоял длинный гладкий черный стол, увенчанный большой стеклянной корзиной цвета голубой орхидеи, а вокруг – черные стулья с голубыми сиденьями. Дальше располагалась кухня, выполненная в серебристо-белых тонах, с укромным уголком для завтрака в нише у окна и массивным островом по центру.

– Ты ведь даже не готовишь сама.

– Ну, я умею, если вдруг понадобится. В любом случае, даже если готовое заказывать, приятно иметь красивую обеденную зону. Кстати, у меня как раз припасен бленд «Даллас».

– Какой бленд?

– Ты вообще знаешь, что пьешь? – поинтересовалась Надин, отодвигая черную панель, за которой показался «Авто-шеф».

– Кофе Рорка.

– Есть несколько купажей. Твой называется «Даллас».

– Ха! Пибоди, не могла бы ты включить вон тот настенный монитор?

– Могу, конечно.

– Пока варится кофе, выведи на него фото.

Пальцы Надин застыли на панели «Авто-шефа».

– Вы узнали, кто стрелял?

– Кофе! Скорее ставь варить кофе! – почти в отчаянии взмолилась Ева. – Бывший офицер спецназа Реджинальд Маки и его пятнадцатилетняя дочь Уиллоу Маки.

– Твою ж мать!

Надин порывисто выдвинула один из ящиков, достала блокнот и диктофон.

– Пока без диктофона. Подозреваемые еще на свободе.

Когда дело касалось кофе, Ева забывала обо всем на свете, в том числе о правилах хорошего тона. Едва раздался сигнал «Авто-шефа», она сама подошла и достала свою чашку.

– Эксперты выехали на домашний адрес Маки, обыскали квартиру. Мать, отчима и сводного брата младшей подозреваемой взяли под охрану.

– Но как вы вычислили подозреваемых?

– Хорошо поработали. Послушай, я расскажу тебе все, что могу на данный момент. То же самое потом повторю и на пресс-конференции.

Ева жадно отхлебнула кофе, почувствовала, как тело оживает, и стала ходить взад-вперед по комнате.

– Пибоди, выведи фото на экран.

Надин протянула Пибоди чашку обычного черного кофе.

– Можешь делать пометки для себя, Надин, но до официальной конференции – никаких голосовых записей.

Продолжая ходить туда-сюда, прихлебывая кофе, Ева быстро и кратко рассказала все что могла.

– И ты думаешь, Уиллоу Маки добровольно принимала участие в убийствах?

– Скажу тебе кое-что не для официального протокола… это еще не подтверждено. – Ева дождалась, когда Надин согласно кивнет. – Подозреваю, она убийца и есть. И думаю… тьфу ты, чушь какая, – исправилась она. – Я знаю, что у нее приготовлен второй список жертв. Ее личный. По какой бы то ни было причине, из-за собственного ли физического и эмоционального состояния, или же потому, что он просто мстительный сумасшедший маньяк, в любом случае, думаю, Маки сам дал своей дочери зеленый свет.

– Но почему столько жертв, не имеющих никакого отношения к его истории? Двое на катке и четверо на Таймс-сквер. Прикрытие?

– Похоже на то.

Впрочем, Еве думалось, что причина может быть куда более жестокой.

– Мы полагаем, у подозреваемых намечены еще жертвы и они в ближайшее время за них примутся. Если убийцы действуют по отработанному сценарию, в следующий раз опять выберут общественное место, которое жертва часто посещает, либо место, где живет или работает. И снова будут расстреливать.

– Хочешь, чтобы я показала народу их фотографии? Когда это сделать?

– Прямо сейчас. Имена и фото. Срочно. Подробности – через двадцать минут. Все, о чем мы договаривались не сообщать, пока придержи. Я скажу, когда можно будет… Эта информация дает тебе преимущество перед коллегами, но я, в свою очередь, попрошу об одолжении.

– О каком?

– Пибоди, открой фото Сюзанн Маки. Я хочу, чтобы его тоже всем показали вместе с остальными. Чтобы Маки постоянно видел ее перед собой, слышал ее имя, вспоминал, как она жила и как погибла.

– Хочешь его сломать?

Зло прищурившись, Ева опустила на стол пустую чашку.

– Я обязательно его сломаю. И еще кое-что: юрист, к которому обращался Маки, – потенциальная жертва. Я не знаю, как его зовут. Не могла бы ты мне с этим помочь?

– Дам задание своим ребятам.

– И если узнаешь о ком-нибудь с инициалами ДжР или МДж – сразу сообщи мне. Сразу же, Надин!

– Договорились. А ее ты как собираешься сломать?

– Над этим я еще думаю. Нам пора.

– Мне тоже.

– Шикарная квартира, Надин, – отметила Ева.

Надин улыбнулась.

– Я такую и хотела. Будет еще симпатичнее, когда полностью ее обставлю.

Направляясь к выходу, Ева услышала, как Надин говорит кому-то в трубку:

– Поскорее соедините меня с Ллойдом. Мне абсолютно наплевать, что он там делает! Немедленно, говорю!

Снова оказавшись в лифте, Ева перевела дыхание.

– Пибоди, вызови свидетелей ДТП, в котором погибла Сюзанн Маки. Их инициалов в списке не значилось, но не будем рисковать. И я хочу сама допросить Зоуи Янгер. Узнаем, что Бакстеру с Трухартом удалось из нее вытянуть, и все равно мне надо еще раз с ней поговорить.

Она взглянула на часы и подумала: «Интересно, где будут находиться Маки и его кровожадный отпрыск, когда увидят себя на экране?»

Они сидели в мансарде, снятой Маки незадолго до Дня благодарения. Он начал туда перебираться в преддверии праздничного сезона. Обставил комнату дешевой, практичной мебелью, и хотя арендовать две квартиры вышло дороговато, он понимал, что это было необходимо. Да и опасно оставлять деньги на банковском счете, открытом на имя, которым больше не пользовался.