Его и ее - Элис Фини

Среда 08.15

Я вижу это, даже если он не видит.

Хорошенькая младшая сыщица явно влюблена в Джека, и, хотя мы больше не женаты, очень странно наблюдать за этим. Неприятно и слегка огорчительно, если честно. Я не наивна и полностью отдаю себе отчет в том, что с тех пор, как мы расстались, его жизнь не стояла на месте, но при виде другой женщины, которая смотрит на него подобным образом, мне по-прежнему хочется выцарапать ей глаза. Когда никто не видит, я ускользаю в лес, направляясь в то самое место, где мы с Рейчел иногда прогуливали уроки.

Я знала, что другие девочки в нашей маленькой компании — Хелен Вэнг и Зои Харпер — все больше и больше ревновали из-за того количества времени, которое мы с Рейчел проводили вместе. Они не особенно старались это скрыть, да и меня это не сильно беспокоило. Меня никогда раньше не целовал мальчик, не говоря уже о девочке, и впервые в жизни я чувствовала себя хорошенькой.

Через пару месяцев я уже стала отставать в учебе. Мы слишком часто ночевали друг у друга, или занимались шопингом — только Рейчел могла позволить себе покупать одежду, или прятались за школой вместо того, чтобы сидеть на уроках. Я была готова сделать все, что угодно, только бы она была довольна, и всегда боялась, что могу ей разонравиться. Затем мама обнаружила, что я получила «очень плохо» по английскому, поскольку не сдала в срок эссе.

До этого я была круглой отличницей. Мама переживала больше, чем когда бы то ни было, и пилила меня две недели. Раньше она обещала, что разрешит мне отпраздновать мое шестнадцатилетие — просто пригласить домой нескольких девочек, — а это означало, что мне придется все отменить. Я плохо восприняла эту новость.

Рейчел уверяла меня, что сумеет все уладить и что Хелен поможет. Она сразу же подошла к ней на следующее утро до переклички.

— Нам надо, чтобы к понедельнику ты написала два английских эссе помимо твоего собственного. Ты всегда получаешь высшие отметки, и нам обеим они тоже нужны, иначе Анне не разрешат отпраздновать день рождения в следующие выходные.

Произнося эти слова, она заложила выбившую прядь черных блестящих волос Хелен ей за ухо, и я почувствовала странную ревность.

— Не могу, я занята, — ответила Хелен и снова взялась за учебник математики, который штудировала к нашему последнему тесту.

Рейчел сложила руки на груди и склонила голову набок. Так она делала всегда в тех редких случаях, когда не добивалась своего. Затем захлопнула учебник Хелен.

— Тогда меняй свои планы.

— Я сказала — нет.

Хелен стала гораздо более несговорчивой с тех пор, как я перешла в Святого Илария. Она уделяла больше времени урокам или школьной газете, чем когда-либо раньше, и очень сильно похудела. Я догадывалась, что это действие таблеток; вдобавок я почти никогда не видела, чтобы она ела.

— Подумай хорошенько, — произнесла Рейчел с одной из своих самых обворожительных улыбок.

К моему удивлению, в понедельник утром Хелен вручила нам два эссе; они, конечно же, должны были быть лучше тех, которые мы могли бы сочинить сами. Эссе были написаны двумя разными почерками, до странного похожими на наши собственные.

— Ты уверена, что все в порядке? — спросила я Хелен.

— Ты точно получишь отметку, которую заслуживаешь, — сказала она и пошла прочь по коридору, больше не произнеся ни слова.

Раньше я всегда сама делала домашнее задание, и для меня это было внове.

— Может, стоит проверить? — спросила я Рейчел, но она только улыбнулась.

— Зачем беспокоиться? Хелен так хорошо знает требования учителей, что, наверное, сама станет учительницей, когда вырастет. «Мисс Вэнг». Я уже представляю, как она сидит на директорском месте на школьном собрании. А ты?