Ставка на удачу - Анатолий Галкин

Далее – платье, бриллианты, сумочка и обувь. Всё это принес «временный муж» Максим Чарский.

В пятницу к середине дня Татьяна была вполне похожа на госпожу адвокатшу. Но тут пришли два технаря-криминалиста, которым было поручено оснастить девушку микрофонами.

Чарский, используя авторитет и старые контакты в милицейских кругах, уговорил капитана Лозового на авантюру.

Об этой операции не знал не только генерал Олег Сорока, но и полковник Кормач.

К вечеру в пятницу семь оперативников и два технаря в наушниках дежурили на улице Гоголя. Они на трех машинах окружили офис Гамаюна.

А еще одна машина на всякий случай прикрывала коттедж Чарского.

В случае успеха адвокат просил Лозового отпустить Юру Грымова, замяв его побег. Можно представить руководству, что это была тайная операция по выходу на Гамаюна и его людей…

Ровно в шесть вечера у офиса кудесника Игоря Гамаюна остановился «Мерседес». Таня вышла с гордо поднятой головой и пошла уверенной походкой «от бедра». С грацией пантеры перед прыжком!

Вот он подъезд и квартира на первом этаже.

Таня позвонила не коротким робким звонком, а громко и широко. Так, как это делают хозяева жизни…

* * *

Старенькие «Жигули» девятой модели катились медленно по шоссе со странным названием Президентская дорога.

Они ехали к даче мага Гамаюна так, чтоб миновать городские кварталы Севастополя.

Юра Грымов, который сидел за рулем, не спешил по двум причинам.

Прежде всего, он плохо водил машину и поэтому опасался всего.

И он не хотел, чтоб их остановила местная Дорожная инспекция. Они имели липовые документы на всех троих. И на Элю, и на Юру, и на машину.

С Президентской дороги они свернули на Балаклавское шоссе. А там и до Раздольной улицы рукой подать.

«Жигули» остались стоять на пустыре за сто метров до дачи Гамаюна.

Домик мага стоял на восьми сотках. И располагался он очень удобно – не в центре дачного поселка, не сбоку, и даже не с угла. Он стоял особняком. К нему можно было подойти с трех сторон.

Правда, со всех сторон был плотный и высокий забор из ракушечника.

Слева – хозяйство соседа. Впереди дорога по основной улице. Здесь по центру калитка и ворота с облупившейся краской.

Справа поляна, заросшая колючим кустарником. А дальняя часть участка выходила на каменистый холм, который поднимался над забором, над деревьями и над крышами.

Обсудив ситуацию, Юра с Элей решили обойти кусты справа и забраться на горку. Оттуда легче разведать обстановку. И, если Гамаюн спрятал ценности не дома, а на участке, то можно определить, где начинать искать.

Нам сверху видно всё, ты так и знай!

Сверху было видно самое главное! Сейчас дом наверняка пуст. Вечер только начинался, и солнце палило нещадно. Железная крыша за день так раскалилась, что можно яйца жарить.

При такой погоде внутри дачи душно и жарко, как в сауне. И нормальный хозяин давно бы открыл бы все окна. А тут ставни со всех сторон.

Они решили потихоньку спускаться к забору. Тем более, что в одном месте склон вплотную приблизился к ограде из ракушечника. Можно было встать на забор и спрыгнуть вниз на крышу погреба.

Юра проделал это первым, а потом поддерживал Элеонору и ловил ее внизу.

Странный погребок, на который они приземлились, был не больше метра в высоту. От него до дома не больше, чем десять шагов.

Машинально Грымов посмотрел на дверь этого лабаза. К ней вел спуск и пять ступенек, выдолбленных в мягком ракушечнике.

Дверь была сбита из солидных досок, но висячий замок держался на честном слове. Даже издалека было видно, что петли болтаются на шурупах, которые сами расхлябались и вываливаются.

– Эля, если искать ценности на участке, надо начать с этого погреба.

– Почему?

– Потому, что здесь дверь можно открыть. Я этот замок одной левой вырву.

– Попробуй, Юра!

Он попробовал, но левой рукой ничего не получилось. Пришлось взяться за замок двумя руками, упереться ногой и дернуть со всей силы.

Потом попытку пришлось повторить еще и еще!

На третий раз Юра со звоном отлетел на каменистые ступени. Он крепко держал в руках замок, на котором висели петли и оставшиеся шурупы.

Они спустились на пять ступенек, открыли дверь и вошли. Сразу за входом была площадка, а потом еще десять ступеней вниз.

В сторону дома шел широкий коридор.

Солнце светило в открытую дверь, и пока в этом подвале было все видно. Особенно через минуту, когда глаза привыкли к полумраку.

Здесь пахло сыростью и вином. Широкий проход был похож на винный склад.

Это «Массандра» в миниатюре! Если там, в винных подвалах на боку лежали дубовые бочки размером с джип «Чероки», то здесь на стеллаже сгрудились бочонки на два-три ведра.

Через двадцать метров стало совсем темно.

Юра зажег зажигалку и увидел над головой мощные половые доски, висящую на коротком проводе «лампочку Ильича» и крутую деревянную лестницу, ведущую наверх.

Стало ясно, что они находятся в подвале прямо под домом.

Элеонора увидела выключатель, и притронулась к нему. Тусклая лампочка зажглась и осветила дальние углы прохладного подполья.

В помещении, где обычно свалены кучи хлама, было относительно чисто и прибрано. На первый взгляд здесь не видно ничего, где могли бы храниться украденные из сейфов ценности.

Тут не было чемоданов, ящиков или бидонов с двойным дном. Только ведра, доски, лопаты и другой шанцевый инструмент.

Кое-где в подвале был мягкий пол, но рыть землю не хотелось.

– Юра, пойдем наверх, в дом. Может быть, чемодан лежит там под кроватью и ждет нас.

– Пойдем наверх. Погреемся! Но начинать поиски надо с чердака. Здесь в подвале сыро, и доллары могут сгнить. А под крышей им самое место.

Странно, но широкий люк из подвала не был закрыт. Они откинули крышку, вылезли и оказались в душной комнате между столом и диваном.

Здесь было совсем светло и как-то сказочно красиво. Щели в ставнях пропускали сюда полосы солнечных лучей.

Сразу за входной дверью располагалась пологая лестница, которая вела на чердак. Они поднялись наверх и поняли, что поиски будут долгими. Здесь громоздились ящики, коробки, сундуки, платяные шкафы и никелированные кровати с тумбочками.

Все это было свалено по краям. А пол чердака был из обычных толстых досок. Если лечь и заглянуть в щель, можно было рассмотреть всю комнату – шкаф, диван и большой стол посередине.