Неудачная карьера мегеры - Дарья Донцова

– Нет, – сухо ответил незнакомый мне человек.

– Ну, поехали, – пробормотал Степа, поднимая фужер. – Вилка, за тебя!

– За тебя, – повторил Илья и протянул ко мне фужер, – давай свой нос!

Степан рассмеялся:

– Мать моя те же слова говорила! Если где в гостях народ начинал тосты поднимать, выпить предлагал, мама смеялась: «Чокаемся. Ты стаканом, я носом».

– Раиса так же делала, – удивилась я, – наверное, это какой-то наш местный обычай, когда к носу непьющего касаются бокалом. Мне ни разу после того, как я переехала, никто это не предлагал. Кто хотел отравить Маргариту?

– Нам предстоит большая работа, – вздохнул муж, – надо отследить всех родных убитых Фирсовым женщин и тех, кто выжил. Люба и Михаил брат и сестра по крови. Есть еще Екатерина, она тоже им родня. Вероятно, есть другие, так сказать, члены команды, о которых мы пока не знаем.

– Но почему под ударом оказалась Марго? – продолжила я. – При чем она? И зачем пригласили в проект меня?

– Ты просто героиня шоу, – объяснил Илья, – подошла для съемок.

– Виктор решил построить пиар на том, что Арина Виолова хочет отравить ведущую, – возразила я, – с одной стороны, эта история связана с сумасшедшим Валентином Петровичем, с другой – со мной. Но я никогда не слышала ничего ни о Фирсове, ни о кладбище колдунов. И вот еще одна неувязка: Люба, старшая сестра Маргариты, нагло пыталась занять место жены Ильи, разрушить брак Маргариты. Но мне-то она сказала совсем другое. Спела песню о том, как любит Маргошу, беспокоится о ней. Из этого странного дела торчат нити в разные стороны, и связать их невозможно. Впервые у нас такое. Один раз мне в магазине положили в коробку туфли разного размера. Левый тридцать девятый, правый сорок первый. Красивая обувь, а носить невозможно. То, что произошло на съемках шоу, напоминает мне тот казус. Вроде все правильно, мы узнали про то, как Валентин Петрович убивал женщин, поняли, что корни запутанной истории кроются в прошлом. Но! Не складывается картинка.

– Ну… тут… накосячил я, – вдруг пробормотал Роман, – впервые со мной такое. Михаил Копылов не имеет никакого отношения к Фирсову.

– Здрасти, приехали, – воскликнул Степан. – И ты нам только сейчас это сообщаешь?

– Сам в шоке, – пробормотал Рома, – вообще не понимаю, как это вышло. Наталия Ивановна Кирсанова родила сына спустя год после того, как оформила брак с Юрием Петровичем Копыловым. Мало того, она после окончания школы сразу поступила в институт. Идиот я!

– Минуточку. – Степан прервал стенания мастера компьютерного поиска. – Екатерина дала нам тетради, которые вел Валентин Петрович. Ты откуда взял имя?

– Да, – подтвердил Роман, – оно указано на обложке, а вот в тексте не упоминается. Профессор так всегда делал. На страницах только «она», «баба», «тетка»… Вот, смотрите!

Роман повернул к нам ноутбук экраном.

– Снимок переплета!

– Наталья Ивановна Кирсанова, – прочитала я. – Полная тезка?

– Ну-ка, увеличь фамилию, – попросил Илья, – ага! Видите, над буквой «и»? Записи делались чернилами, они частично выцвели, или просто буква полностью не прописалась. Если мы сравним «и» в начале отчества с «и» в фамилии «Кирсанова», то увидим, что в имени она написана широко, палочки ровные. А в фамилии та же буква у´же, и вверху справа есть небольшое закругление.