Темный рай - Тэми Хоуг

Рядом с бассейном стояла высокая блондинка в трикотажном платье, делавшем ее еще выше и рассеивавшем любое подозрение в том, что блондинка на самом деле могла оказаться парнем. Взгляд ее глаз, точно два лазера буравивших гостью, сиял холодным изумлением.

— К примеру, — Мэри опять повернулась к Брайсу, — шериф сказал мне, что Люси каталась верхом в одиночестве, когда ее… когда с ней это случилось. Никогда не подозревала, что Люси любила одиночество. Честно говоря, не могу себе представить Люси, общающейся с природой.

— Да-а… Что ж, Люси была полна сюрпризов. Позвольте мне познакомить вас с некоторыми людьми, — предложил Брайс и, подхватив Мэри под локоть, повел ее прямо к высоченной блондинке у бассейна. Даже в туфлях на высоких каблуках Брайс доставал женщине лишь до носа, отчего у той в глазах светилось какое-то отвратительное удовольствие. — Мэрили, это — моя кузина Шерон Рассел. Шерон, это — Мэрили Дженнингс, подруга Люси.

Шерон окинула Мэри беглым взглядом.

— Ах да, — широкий рот растянулся в сардоническую улыбку, — маленькая певица!

Ядовитая улыбка расплылась и на лице Мэри.

— Очень рада с вами познакомиться, — сладко протянула она. — Вы кузина Брайса? Господи, до чего же люди могут быть похожи! Мне показалось, что вы родные братья… то есть брат и сестра.

— Вы не привезли с собой гитару? — притворно разочарованным голосом протянул Брайс.

— А вы собирались вместо ужина заставить меня петь?

— Боже упаси! Просто здесь есть люди из студии звукозаписи «Коламбиа рекордз», и мне показалось, что вы можете использовать свой шанс.

— Может быть, как-нибудь в другой раз. — Краем глаза Мэри выхватила в толпе сверкнувшие черные волосы и красивое лицо. Бен Лукас. — Я все еще слишком потрясена тем, что случилось с Люси, и приехала только поразвлечься, понимаете, познакомиться с новыми людьми, поесть на дармовщинку.

— Без вопросов. — Брайс сверкнул ослепительно белыми зубами и сделал широкий жест рукой, указывая на толпу гостей. — Милости прошу.

Не обращая внимания на Шерон, Мэри кивнула Брайсу и, уходя, прихватила тарелочку грибов с подноса у проходившего мимо официанта.

Лукас очаровывал брюнетку, которая тоже принимала участие в верховой прогулке. Они стояли на краю бассейна. Лукас был весьма привлекателен и сам ни в коей мере не пытался оспорить сей факт. Как и большинство влиятельных адвокатов, которых знала Мэри, он был тщеславен и самонадеян. Он безошибочно выбрал себе слушательницу на этот вечер. Молоденькая женщина ловила каждое его слово. На вид ей было не больше двадцати. Лакомый кусочек! И Лукас принюхивался к ней, точно голодный волк.

—…пресса осудила, приговорила и казнила Лану Бродерик, — заявил Лукас. — Оправдательный приговор всех ошеломил.

— А она на самом деле была невиновна?

Лукас одарил девушку отлично отработанным взглядом, в котором сочетались мудрость и страсть и который убеждал большинство присяжных заглотить наживку именно в этот момент, перед тем как Лукас бросит последнюю драматическую фразу.

— Ей следовало бы быть.

Мэри едва сдержала смех, боясь подавиться грибами.

— Уверена, что несчастная миссис Дейл Робардс слишком поздно пожелала, чтобы ваша клиентка была невиновной, — сухо заметила Мэри, обращая своим присутствием дуэт Лукаса и девушки в трио. — Если бы Лана Бродерик занималась в группе парадных шествий вместо внеаудиторных занятий с мистером Робардсом, миссис Робардс, возможно, была бы жива и по сию пору.

— Кажется, мне следует порадоваться обстоятельству, что вас не было в составе присяжных, мисс…

— Дженнингс, Мэрили Дженнингс. Вообще-то мы встречались. Пару лет назад. Я была судебным секретарем в Сакраменто. Как-то мне пришлось работать на одного из ваших партнеров. Дело «Штат Калифорния против Арманда Ускаваро».

— Мир тесен. — Лукас ответил Мэри не менее лучезарной улыбкой. — Стыдно признаться, но я не помню нашей встречи. Хотя всегда считал, что не забываю красивые лица.

— Возможно, вы лучше помните мою подругу. Она гораздо чаще меня работала с делами вашей фирмы — Люси Макадам.

При упоминании имени Люси Лукас заморгал так, словно какая-то невидимая рука влепила ему пощечину. Мэри заметила его реакцию и с извиняющейся улыбкой обратилась к молодой женщине:

— Во всей этой дневной неразберихе я толком не расслышала вашего имени.

— Саманта, — пролепетала та, вцепившись в свой бокал так, словно боялась, что он вот-вот выскользнет из руки и со звоном разобьется о голубые плитки кафеля, которым была выложена дорожка вокруг бассейна. — Саманта Рафферти.

Мэри потрясенно заморгала глазами:

— Рафферти? Вы жена Уилла Рафферти?

— Да.

Исчерпывающий ответ сопровождался окаменевшим взглядом, но Мэри не смогла тут же интерпретировать его. Она была слишком занята сбором воедино кусочков разыгравшейся днем драматичной сцены. Реакция Уилла неожиданно обрела хоть какой-то смысл. Вспомнилась фраза, брошенная Джеем Ди брату. У нас здесь большая проблема, младший братец. Проблема: брошенная жена Уилла в компании Эвана Брайса — человека, который станет королем Эдемской долины. Ничего себе дела!

Мэри бросила взгляд на стоявшего по ту сторону бассейна Брайса. Неужели и вправду для него все это только игра человеческими жизнями? Неужели именно поэтому он привел свою небольшую свиту в «Старз-энд-Барз»: посмотреть на человеческую драму, разыгравшуюся пред его очами? Мысль заставила Мэри похолодеть.

Она почувствовала на себе раздраженный взгляд Саманты, и ей тотчас стала ясна подоплека этого взгляда. Ревность! Боже, бедная девочка, вероятно, решила, что Мэри — очередное увлечение Уилла. Мэри про себя наградила его дюжиной весьма нелестных эпитетов.

— Джей Ди пригласил меня посмотреть, как клеймят скот, — солгала она. — До этого он помогал мне с животными Люси, которые теперь стали моими. Никак не могу привыкнуть к этой мысли. — Мэри повернулась к Бену Лукасу. — Полагаю, вы слышали о случившемся с Люси?

— Да. Для всех, кто ее знал, это стало ужасной трагедией. Граф… доктор Шеффилд… был вне себя от горя.

— Скверно, что он не был «вне себя», когда отправился на охоту. Возможно, ему стоило «выйти из себя» и увидеть, что он стреляет в женщину! — Слова Мэри прозвучали резко, как удар ножа, и так же остро, как кипевшее в ней негодование. Мэри понимала, что ей следует сдерживать себя, но чувства со временем не остыли. Как раз наоборот.

Лукас хмуро посмотрел на нее.

— Вы знаете этого «меткого» стрелка? — Мэри глотнула шампанского в надежде, что вино хоть немного охладит ее горячий язычок. Страшно хотелось курить.

— Я его адвокат.

Мэри слышала лишь общий шум вечеринки, звучавший в голове гулом пчелиного роя. Из невидимых динамиков бухала музыка, совершенно некстати и в диссонанс со статичным положением присутствующих.