Капкан для принцессы - Наталья Александрова

– Они настаивали, чтобы я полностью уничтожил всематериалы, которым пользовался в процессе работы.

– Они?.. – переспросил Маркиз. – Они обаимели с вами дело?

– Да, ее спутник, этот Виктор… он очень опасныйчеловек, но, к сожалению, я понял это слишком поздно.

– Они обратились к вам по рекомендации?

– Да-да, конечно, – рассеянно ответилдоктор, – неудобно было им отказать…

«Ну-ну, – подумал Маркиз, – небось польстился набольшие деньги, жадюга!»

– И вот, они сразу же начали ставить свои условия.Когда все операции завершились, Виктор потребовал, чтобы я при нем стер изкомпьютера все упоминания о своей пациентке. Я, конечно, возражал, говорил, чтоматериалы нужны мне для дальнейшей работы, что в своей базе данных я помещаюинформацию, не указывая настоящего имени пациента, да они мне его и не сказали!Куда там! Я тогда впервые серьезно испугался – до того Виктор был настойчив.

– Но вы ведь не послушались его.

– Тогда-то я сделал вид, что подчиняюсь, но у ВероникиМихайловны своя база данных. В тот же день после их ухода я скопировал все,связанное с этими операциями, на дискету, а в базе данных стер. Понимаете, яхотел как-то подстраховаться…

– Н-да-а, очевидно, этот Виктор решил с вамиразделаться после того, как все удачно завершится, потому и не стал тщательнопроверять.

Маркиз вытащил из конверта дискету.

– Там зафиксирован весь процесс превращения ее прежнеголица в новое, – пробормотал доктор Длуголенский. – Вам это поможет?

– Разумеется, – ответил Маркиз, прячаконверт. – Теперь вот что. Незачем сомневаться в том, что по тому адресу,куда вы ездили сегодня, девушки и ее спутника уже нет. Можете вы мне назватьеще какие-нибудь адреса?

– Сначала она была здесь, – запинаясь, заговорилБорис Львович, – но потом Виктор забрал ее, и я ездил на улицу Некрасова,и еще один раз – в деревню Катыши, это по Выборгскому шоссе до Левашова, а тамвлево по проселку…

– Загородный дом? – осведомился Маркиз. – Чтоон из себя представляет?

– Да обычный старый деревенский дом! Крепкий, конечно,бревенчатый, забор деревянный, сад вокруг запущенный.

– Видели там еще кого-нибудь, кроме тех двоих?

– Кажется, мелькал еще какой-то мужчина, но я неуверен…

– Какая улица, номер дома? – настойчиво спрашивалМаркиз.

– Да там во всей деревне одна улица! – усмехнулсядоктор. – Деревушка маленькая. Хоть и близко от города, живут толькоместные. Проселочная дорога ужасная, всего семь километров, но одни ямы! Второйдом с ближнего края, а первый – развалюха какая-то.

– Ну что ж, – Маркиз поднялся с места, –нужно торопиться. Вы больше ничего не хотите мне сообщить?

– А вы думаете, что они все еще там, в деревне? Раз онизакончили все свои дела… – криво усмехнулся доктор.

– Я очень надеюсь, что они еще там, – в тон емуответил Леня. – А дела они еще не закончили. Им надо убедиться, что вымертвы и никому ничего не расскажете. Допустим, этот Виктор видел, каквзорвалась машина. Он же не будет стоять рядом вместе с зеваками. Он позвонитзавтра в клинику и спросит вас. И там ответят, что случилось несчастье и докторДлуголенский не принимает.

– Господи! – Длуголенский забегал по кабинету.

– Что бы они ни сказали, вас это не должно волновать,потому что вас уже не будет в этом городе.

– Да-да, конечно. – Борис Львович быстро вынимализ сейфа пачки долларов. – Хорошо, что детей отправил учиться за границу,только жена дома…

Захлопнув железную дверь, доктор Длуголенский, неоглядываясь, побежал по Тринадцатой линии на Средний, маша рукой всемпроезжающим машинам.

Расставшись с Длуголенским, Маркиз набрал на сотовомтелефоне номер телефона своей старой коммуналки – он хотел сообщить Лоле о том,что слежка за доктором благополучно закончилась, принеся свои плоды, ирасследование входит в завершающую стадию.

Никто долго не отвечал, наконец трубку сняли и послышалсястарческий голос Зинаиды Викентьевны:

– Алле! – проговорила старуха. – Кто говорит?А, Ленечка, это ты?

– Позовите Лолу! – громко проговорил Маркиз, зная,что старуха плохо слышит.

– А Лолочки нету, – ответила Зинаида Викентьевна, –она куда-то ушла… Ты скажи ей, Ленечка, что так нельзя, когда уходишь изквартиры, нужно закрывать двери…

– Что?! – изумленно вскрикнул Леня. – Она незакрыла двери?

– Мало ли какие люди ходят по лестнице, так нельзяпоступать, ты ей скажи!

– Да Зинаида Викентьевна, – взмолилсяМаркиз, – объясните толком, что случилось? Когда Лола ушла, почему дверине закрыты?

– Уж это я тебе не могу сказать, почему она их незакрывает, видимо, так воспитана, – недовольно пробурчала старуха, –а только я в магазин выходила. Мне надо было хлебца купить, и сахару, исметаны, а около магазина я встретила Ольгу Аникеевну, и она мне сказала проЛюдвигу Карловну, что та поссорилась с Антониной Никитичной из четвертогоподъезда по причине отношения к средствам массовой информации…

– Зинаида Викентьевна, нельзя ли покороче! –взмолился Леня.

Ему не жалко было денег за эфирное время, но он волновалсяиз-за исчезновения Лолы и хотел поскорее добиться от старухи толковогообъяснения.

– Не поймешь тебя! – обиженно проговориласоседка. – То просишь толком объяснить, а то на полуслове прерываешь… Могувообще ничего не рассказывать! Ну ладно. Короче, пока я с Ольгой Аникеевнойпоговорила, да пока все купила, а еще в том магазине сметаны по семь пятьдесятне было, так пришлось на угол идти…

Леня скрипнул зубами, но сдержался и не стал прерыватьсоседку, решив, что этим только еще больше затянет ее объяснения.

– А на углу еще вспомнила, что дрожжей надо, так покавсе купила и домой вернулась, уже без малого пять часов было. Я ключи-то сталаискать, Лолочка-то ведь к двери не подходит, а сумки поставила на пол. Ну идостаю ключи, смотрю – дверь-то и не закрыта… Батюшки, думаю, неужели же ясовсем из ума выжила? В магазин пошла и дверей не закрыла? Да не может, думаю,такого быть! Вошла в квартиру, а там-то все посбросано, пораскидано! Я думаю –мать честная, неужели воры были? Нет, смотрю, ничего не пропало. Тогда я ввашу-то дверь постучала, Лолочку позвала – может, думаю, она мне скажет, что унас за погром был. А только Лолочка не отвечает. Я дверь-то – дерг, она иоткрылась. Ты не думай, я не заходила, я не так воспитана – в чужие комнатызаходить, а только заглянула и вижу – Лолочки нету, и тоже, как в коридоре, всепораскидано… Видно, думаю, Лолочка куда-то собралась, да торопилась очень, икогда уходила, дверь даже закрыть не подумала, а ведь это нехорошо, мало ликакие люди бывают, а я женщина одинокая… и другие соседи только поздно вечеромдомой возвращаются…