Без веры - Карин Слотер

Лена стояла у входной двери, изучая доску объявлений, а когда прошла в зал, все мужские взоры обратились на нее. Даже стриптизерша заинтересовалась и сбилась с ритма, заподозрив конкуренцию. Детектив Адамс не обращала внимания, а вот для Джеффри плотоядные взгляды уподоблялись изнасилованию. Руки непроизвольно сжались в кулаки, но заметившая это Лена покачала головой:

— Пойду в гримерку, проверю девушек.

Кивнув, инспектор обернулся, чтобы взять пиво. На стойке два доллара плюс мелочь, Чип куда-то исчез. Толливер сделал большой глоток и чуть не подавился теплой жидкостью. Либо в «Розовой киске» разбавляют напитки сточными водами, либо где-то поблизости держат пару лошадей.

— Извини, — пробормотал налетевший на него тип, и начальник полиции сунул руку в карман, чтобы проверить кошелек, который, как ни странно, оказался на месте. — Ты не здешний? — спросил неуклюжий парень.

Джеффри не стал отвечать на вопрос, считая, что в барах искать дружков глупо.

— А вот я здешний, — слегка шатаясь, пролепетал новый знакомый.

Начальник полиции решил удостоить его вниманием. Итак, перед ним блондин ростом под метр семьдесят, давно не мытый и не стриженный. Набравшись до беспамятства, он одной рукой цеплялся за стойку, а другую вытянул в сторону, пытаясь удержать равновесие. Под ногтями грязь, кожа желтая, одутловатая.

— Часто сюда приходишь? — спросил Джеффри.

— Почти каждый день, — обнажая кривые зубы, улыбнулся блондин.

Толливер достал фотографию Эбигейл Беннетт.

— Знаешь ее?

Продолжая раскачиваться, парень посмотрел на фотографию и облизнул губы.

— Хорошенькая!

— Она умерла.

— Ну и что, все равно хорошенькая, — пожал плечами немытый блондин, а потом кивнул на кружку. — Ты пить будешь?

— Угощайся, — предложил Толливер, отодвигаясь в сторону, чтобы не задеть грязнулю. Похоже, этому парню срочно нужно опохмелиться. Что ж, нечто подобное уже приходилось видеть. Джимми Толливер, отец Джеффри, каждое утро вставал примерно с тем же настроением и такими же глазами.

В бар вернулась Лена, по выражению лица которой было ясно — похвастаться ей нечем.

— Там только одна девушка. По-моему, несовершеннолетняя беглянка. Я дала ей визитку, но на обратную связь не надеюсь. — Детектив Адамс взглянула на стойку: — А где бармен?

— Побежал сказать менеджеру, что к ним нагрянули копы, — осторожно предположил Джеффри.

— Вот вам и осторожность с вниманием!

За баром дверь — наверное, туда и сбежал Чип, а рядом — зеркало, оттенком чуть темнее остальных. Наверное, за ним сидит кто-то из руководства, например менеджер, и наблюдает за происходящим.

Стучать явно незачем. Дверь оказалась запертой, но Толливер сумел распахнуть ее, посильнее повернув ручку.

— Эй! — отступая к стене, закричал Чип.

Сидящий за столом мужчина считал деньги: одной рукой перебирал купюры, другой нажимал на кнопки калькулятора.

— Что вам нужно? — спросил он, не потрудившись даже глаза поднять. — У нас тут все чисто, кого угодно спросите.

— Знаю, знаю, — кивнул Джеффри, доставая из кармана джинсов фотографию Эбигейл. — Хочу выяснить, бывала ли здесь эта девушка.

Хозяин бара продолжал разглядывать стол.

— Никогда ее не видел.

— Может, сначала посмотрите, а потом уже скажете? — предложила Лена.

Только тогда мужчина поднял глаза. На влажных губах заиграла слабая улыбка, он взял из пепельницы толстую сигару и пожевал кончик. Буквально через секунду стул заскрипел, как семидесятилетняя шлюха, — хозяин бара с наслаждением откинулся на спинку.

— Увы, молодая леди не почтила нас своим присутствием.

— Посмотрите на снимок, — снова попросила детектив. — Мистер Фитцджеральд! — позвала она, глянув на бейджик.

— Просто Альберт, — великодушно разрешил хозяин, взяв у Джеффри полароидную карточку. — У этой девушки какой-то мертвый вид.

— Надо же, какая проницательность! — похвалила Лена. — Эй, а ты куда?

Толливер видел, как Чип пятится к двери, первой его схватила детектив Адамс.

— Н-никуда… — пролепетал незадачливый беглец.

— Смотри, без фокусов! — предупредил начальник полиции. При ярком освещении бармен оказался тощим как скелет — вероятно, от перебивавших аппетит наркотиков. Волосы подстрижены, лицо чисто выбрито, но вид все равно какой-то неухоженный.

— Хочешь поглазеть, Чиппи? — Альберт протянул фотографию, но бармен не взял. С ним явно творилось что-то неладное: взгляд загнанной крысой метался между Леной, Джеффри, снимком и дверью. Прижавшись спиной к стене, парень продолжал двигаться к выходу, будто надеясь сбежать прямо из-под носа копов.

— Как тебя зовут? — спросил Толливер.

— Доннер, как турецкую еду, — ответил за него Альберт. — Мистер Чарлз Доннер.

Ноги Чипа уже по инерции двигались к двери.

— Я ничего не сделал…

— Стой на месте! — велела Лена, но не успела сделать и шагу, как бармен бросился прочь, на ходу открывая дверь. Резкий выпад — и она схватила его за рубашку, толкнув к Джеффри. Толливер среагировал гораздо медленнее, но все-таки успел поймать парня, пока тот не упал на пол. Увы, о металлический стол Чип все-таки ударился.

— Черт! — зажал локоть бармен.

— Ничего с тобой не случится, — объявил Джеффри, подняв его за ворот.

— Больно! — согнувшись пополам, ныл Чип.

— Заткнись! — прикрикнула Лена, вручая парню снимок. — Посмотри на девушку, уродец!

— Я ее не знаю, — тер локоть Чип, и Джеффри не мог понять, врет он или нет.

— А почему сбежать хотел?

— Потому что срок тянул…

— Ерунда! — рявкнула детектив Адамс. — Почему сбежать хотел?

Бармен молчал, и она стукнула его головой об стену.

— Боже мой, мэм, не надо! — Умоляюще глядя на Джеффри, Чип закрыл руками затылок. Он был немного выше Лены и чуть тяжелее, зато явно уступал ей в силе.

— Отвечай! — приказал инспектор.

— Не хочу обратно за решетку.

— Формально ты еще под стражей? — догадался Толливер.

— На условно-досрочном. — Доннер снова принялся тереть локоть.

— Посмотри на снимок еще раз! — велел Джеффри.

Чип помрачнел, но, по-видимому, привыкший делать то, что скажут, взглянул на фотографию. Трудно сказать, узнал он девушку или нет, но, судя по тому, как дернулся выпирающий кадык, равнодушным парень не остался.

— Ты ведь с ней знаком, верно?

Бармен испуганно посмотрел на Лену, явно опасаясь, что она снова его ударит.